«Письма в Америку. Том 2» (Рерих Елена Ивановна)



24.VII.36
Родные мои, вчера пришли письма Зиночки и Мор[иса] от 2­го и 7-го и Франсис от 7-го и 14-го июля; так, последнее письмо пришло на девятый день - это рекорд! Конечно, Вы
можете себе представить, какая была радость получить такую скорую весть! Из всех писем Ваших видим, что адвокаты уверены в успехе. Конечно, "многое возможно, когда предписанное исполнено". Будет время, когда сердце будет ловить каждое Слово, каждый Намек. На днях получили сведение от друзей и поняли, почему так важно было посетить я[понское] конс[ульство] в Указанное время. Итак, и это мудрейшее действие было упущено, и теперь, конечно, оно уже неполезно. Также и отсрочка с манускриптами осложнит дело. Все это, конечно, уроки, но тяжко видеть, сколько ценнейшей энергии расходуется зря и какое топтание приходится производить там, где суждена была самая прочная и прекрасная ткань. Кроме того, и уроки эти не будут поняты теми, кто не понимает значения сроков. Так, родные наши, принимая во внимание особенность и обидчивость некоторых publisher'ов, тем более проявим наше единение. Ведь главная опасность именно в обидчивости и разъединении. Без устали Вел[икий] Вл[адыка] говорит о значении Единения. В книге "Аум" Сказано: "Кто же они, которые не ценят и не любят единения? Они никогда не испытывали чувства непоколебимости, всегда соединенного с единением. Они не знают мужества неразрывного с единением. Они отвергали продвижение, которое сильно единением. Они приобщались к радости, существующей в единении. Они презирали твердыню единения. Что же им осталось? Или гнуться под вихрем, или сохнуть под солнцем, или гнить в плесени предрассудков. Кто же они, презревшие Единение?"
Вы, родные, знаете, что все сказанное есть великая
истина, хотя майя земной очевидности и скрывает это от невежественного сознания. Но наша священная обязанность непоколебимо утверждать эту Истину из Истин. В эти напряженные дни совершенно необходимо читать Учение, и особенно те страницы, где говорится о красоте подвига и мужества. Как бы тяжко ни было на сердце, но, прочтя эти строки, я всегда испытываю новый подъем духа, и волна радости подвигу приливает к сердцу. Именно, только Подвиг может принести высшую радость. Ничто не может сравниться с огнями этого приношения. Потому, Любимые, смотрите на все происходящее как на возможность явить великий подвиг духа, и силы Ваши возрастут, удесятерятся. Подвигу сопутствует и смелость, и яснопонимание.
Еще из книги "Аум": "Много пробных камней. Можно
испытывать сознание людей на самых основных понятиях. Скажите им: эволюция и развитие, продвижение и подвиг - и без всякого аппарата почувствуете, как принят такой зов. Он должен быть принят радостно, и мужественно, и вдохновенно, но чаще всего заметите шатание, смятение и саможаление. Не будет рождаться радость от саможаления и мужество от сомнения. Между тем слово о подвиге должно вдохновлять. Одна мысль о продвижении должна удесятерять силы. Какое дело сподвижнику до всех драконов! Он не замечает разъяренных зверей, ибо вдохновение есть Щит верный. Уже знаете, насколько вдохновение соединяет с самыми мощными энергиями. Уже каждый испытал, насколько усталость отгоняется устремлением. Каждый ребенок знает, чем можно преодолеть, но впоследствии бедный шатун спотыкается в неверии".
"Сами знаете, насколько легче руководить людьми
устремленными. Сами знаете, как в движении стрелы не достигают и вращение их обращает их на врага. Много раз сами чувствовали, как крылья росли и покрывали пространства. Не утомление, не раздражение, не раздвоение мысли доведет до продвижения".
Все победы одерживались именно этим неодолимым
устремлением и верою в Высшую Правду. Там, где устремление погашается кислыми опасениями и сомнениями, порождаемыми лживой очевидностью, там уже сеются семена неудачи. Наша обязанность уничтожать эту страшную заразу лживой очевидности. В связи с лживой очевидностью приведу Вам в конце письма выдержки из замечательного письма Максима Горького к одной большой общественн[ой] деятельнице Е.Кусковой. Так, будем всеми силами духа, всеми огнями сердца разбивать сомнения и ослепление очевидностью сегодняшнего дня. Будем мужественно встречать все натиски врагов, зная, что самое ужасное обратится в нашу победу. Так и разбойничий набег Леви на Школу, и тяжкие оскорбления, нанесенные им Вам в присутствии свидетелей, послужат на разрушение этого злодея. Чем безобразнее проявление врагов, тем лучше для нас. Тактика адверза даже при слабости защитников обращает все на пользу. Так не опасайтесь никаких нападений. Чем хуже, тем лучше. Сказано: "Отчаяние дурно, но есть иная мера крайнего напряжения, которая необходима для Достижения. Можно отождествить ее с пределом отчаяния, но, по существу, они будут противоположны. Отчаяние разрушительно, но предел напряжения созидателен".
Так, родные, не убоимся! Прекрасно пишет Модрочка о том,
что нам нечего опасаться оповещений Леви о всяких методах Сообщения. Именно, уже многие эксперименты в области психической энергии завоевали себе право гражданства среди ученых и университетов. Лишь невежды могут отрицать Веичайшую Обасть, Сужденную Человечеству. Кроме того, Леви не может утверждать, что передача происходит только известным ему способом. Он, конечно, будет умалчивать о моем яснослышании и ясновидении, которые очень развились. Так, два дня тому назад я слышала целую лекцию об атомах. В моем общем письме осенью 35-го года я уже писала об усилении яснослышания и отмене прочих способов восприятия. Потому пусть они не лгут! О яснослышании нужно сказать и Милл[еру]. Ему можно сказать и об Огненном Опыте Ур[усвати]. Сам Леви получал и продолжает получать указания от своего черного гуру, потому пусть не клятвопреступничает. Какой ужас, что манускрипты все еще в их руках и что за все это время проволочек они могли списать оттуда все, что им нужно. Конечно, многое они будут выдавать как полученное ими таким дуракам, как Хисс и др[угие]. Правильно защищаться научными опытами в области псих[ической] энергии. Статья Н.К. "Борьба с невежеством" очень пригодится. Дайте ее Милл[еру] и адвокатам. Радовались всем сообщениям, полученным Мод[рой] от брата из Южн[ой] Америки. Мы всегда верили и верим в сердце Южн[ой] Ам[ерики]. Там растет новая сила, которой суждено большое будущее. Прошу Модрочку всячески закреплять дружбу. Пусть знают, что мы их искренние друзья и доброжелатели. Шлю сердечную признательность и брату ее за проявленное им участие в деле. Трогателен эпизод с молодым англич[анином]. Да, много душ ищущих разбросано по всем концам света. Знаем, как многие не имеющие возможности купить книги Ж[ивой] Эт[ики] сидят по ночам после тяжкого дневного труда и переписывают их на машинке. Мы, конечно, могли бы послать им, но не всегда делаем это, ибо трогательны то горение и та радость, которые доставляет им эта работа. Сама знаю, с каким душевным подъемом записываю каждый день Драгоценные Слова в свои тетради. Да, мы имеем самое Драгоценное, то, что ни за какие сокровища мира не приобрести. Потому, бережны к этому Величайшему Благу. Получили вырезки из газет с отзывами о книге Франсис.
Должны сказать, что здесь пишут лучше. Трогательно, как Н.К. заботится об этих отзывах о книге Франсис. На устремление сердца и ответ приходит прекрасный. Также радовалась помещению статьи Фосдика о "Scholar". Шлем наш сердечный привет этим двум достойным братьям. Считаю, что Зиночка должна придерживаться полученных Указаний в связи с Фосд[иком]. Все же такие друзья, как Флор[ентина] и Ст[оу] могут подать совет и помочь в этой великой и ожесточенной битве тьмы со Светом. Ведь теперь уже так близко время, когда мы сможем их достойно отблагодарить за их поддержку. Можно им об этом намекнуть. Мне очень хотелось бы помочь брату Шу. Что за болезнь у него? Если это нервное расстройство, то спермин д-ра Пеля может быть очень полезен. Да и самому Ш[у] хорошо бы воспользоваться этим средством. Ведь оно безвредно! Пришлите мне карточку этого брата, если можно. Я увижу, возможно ли ему помочь. Сами Вы, родные, не забывайте о своем здоровье и принимайте жизнедатель валериан. Очень радуемся, что явилась возможность Мор[ису] поехать в Бел[ые] Горы. Как хотелось бы дать всем небольшой отдых и, главное, вдохнуть радость подвигу.
Привожу Вам письмо Макс[има] Горьк[ого], которое считаю замечательным:
"Вы, уважаемая Ек[атерина] Дмитриевна, упрекаете меня в грубости отношения моего к эмиграции и односторонности освещения мною русской действительности. Искренно говорю: никому, кроме Вас, я на эти упреки отвечать не стал бы, да и Вам отвечаю не потому, что хочу "оправдываться", а потому, что у меня к Вам есть определенное отношение, началом коего служит моя первая встреча с Вами летом 1893 года в Нижнем, когда Вы, больная, жили в Вознесенском переулке.
О грубости говорить не стану; это, очевидно, свойство моей натуры. Все же я не вижу себя грубее, например, дворянина Бунина в его отношении к
людям, которые думают и чувствуют не так, как он, а также в его отношении вообще к русской народной массе. Мне кажется, что людям вашего типа следовало бы обращать внимание не на мою грубость, а на совершенно изумительную циническую грубость эмигрантской прессы. На ее поражающую лживость и вообще на понимание ею моральной грамотности.
Односторонность? Но ведь Вы в письме Вашем тоже односторонни - и как
еще! Между нами тут есть, разумеется, существенное различие: у Вас есть привычка не молчать о явлениях, которые вас возмущают, я же не только считаю себя вправе и могу молчать о них, но даже отношу это умение к числу моих достоинств. Это - аморально? Пусть будет так. Но не считайте это парадоксом или вообще какой-то словесной уловкой.
Суть в том, что искреннейше и непоколебимо ненавижу правду, которая на
99 процентов есть мерзость и ложь. Вам, вероятно, известно, что будучи в России, я публично, и печатно, и в товарищеских беседах выступал против "самокритики", против оглушения и ослепления людей скверной, ядовитой пылью будничной правды. Успеха я, разумеется, не имел. Но это меня не охлаждает, я знаю, что 150 млн. массе русского народа эта правда вредна и что людям необходима другая правда, которая не понижала бы, а повышала рабочую и творческую энергию. Такая правда, возбуждая доверие человека к воле своей, к разуму, уже посеяна в массе; она дает превосходные результаты. Я имею в виду не только электрификацию и индустриализацию, развитие сельскохозяйств[енной] культуры и все прочее, что совершенно напрасно зря порочит ваша пресса. Не поверите и в то, что убийства селькоров и активистов деревни - это борьба против культуры, борьба отцов с детьми, борьба индивидуалистов против коллективистов, борьба, которая будет развиваться до победы последних над первыми. Оставим это.
Для меня важно, главным образом, вот что: быстрый и массовый рост личности, рост нового культурного человека, важен рабочий сахарного завода, который читает Шелли в подлиннике, важен человек широкого и здорового интереса к жизни, человек, понимающий, что он строит новое государство, человек, живущий не словом, а страстью к деянию, к действию. Человека этого я, разумеется, наблюдал не только за время моего пребывания в России истекшим летом - я с ним нахожусь в общении более 4-х лет. Это - превосходный человек, но - он очень горяч и доверчив. Ему не
нужна та мелкая, проклятая правда, среди которой он живет, - ему необходимо утверждение той правды, которую он сам создает. Он ее создаст и утвердит на своей земле. Вы скажете, что я - оптимист, идеалист, романтик и так далее. Это - Ваше дело. Мое - посильно объяснить Вам, почему я - "односторонец". Кстати, это началось у меня лет 35 тому назад. В заключение скажу Вам, Екат[ерина] Дмитр[иевна], - верьте не верьте: удивительно хорошо, бойко и деятельно живет молодежь в России. Всего доброго,
А.Пешков".
Вот именно от будничной правды, от этой мерзейшей лжи
человечеству пора бы отвыкать. Пора расширять свой кругозор.
Не думает ли Зин[а], как далек один знакомый нам писатель от такой точки зрения? Также очень мне по душе его замечание всем партийным ораторам: "Довольно Вы все закручиваете... Никого не поймешь. Попроще бы. А то все с фестонами... Тут, понимаете, нутро надо. Без нутра никакой крепости не возьмешь".
Родные, обнимите от меня всех ближайших.
Доверительно
31.VII.36
NAGGAR, Kulu, Punjab, Br. India.
Родная и любимая моя Радночка, спасибо, спасибо, вот уж истинно вернейший друг наш! И сказать не могу, какую тягость сдвинула с сердца полученная весть. Ошибка! Источник ссылки не найден.
Для успеха всех дел необходимо еще некоторое время
сохранить Пар[ижский] Ц[ентр] и представ. М. Многое складывается удачно, и не нужно искривлять прямые пути. От глубины сердца благодарю Флор[ентину]. Ведь в наше время такие друзья редчайшее явление. Как только получим
письмо со всеми подробностями, напишем ей. Помощь делам и продвижению - помощь величайшая. Ношу ее в сердце, пусть будет ей хорошо!
Радночка, помню, кто назван Стражем Верным. Помню, как в конце 24-го года, когда уже намечалось предательство и Леви собирался обработать, именно Радночка, возмущенная, встала на защиту. Помню, как и в 26-ом году, когда вновь показались истинные лики, Радночка бросилась ко мне и предложила все свои сбережения на продвижение дел. Такие минуты не забываются. Они живут в сердце и согревают его в самые трудные минуты. Храню эти воспоминания как самые драгоценные. Радночка моя, именно нашим единением одолеем все
трудности. Радовалась, что из этой помощи можно нечто уделить и близким сердцу.
На этой неделе не было писем из Америки. Как всегда, во
время монсуна попортились дороги. Ждем с великим нетерпением известий о том, что произошло после благоприятного для нас решения в суде. Несомненно, предатели в безумии своем надумали новое зло. Если собрать все мерзости их, какая получится потрясающая картина! Но примем спокойно все гнусные обвинения, ибо Сказано: "Нам нечего опасаться". Многое в их обвинениях будет обращено на пользу! Обстоятельства в связи с событиями так изменятся! Потому торжественно принимаем этот бой за Свет и справедливость.
Прилагаю письмо к Мил[леру] и копию его только для
Радночки. Не следует говорить ему, что содержание этого письма известно. Многие очень не любят, чтобы их письма читались.
Что наш родной Авир[ах]? Как его здоровье? Многое думаем
о новом друге. Спасение в его устойчивости. Конечно, горение сердец друзей многому поможет. Удастся ли самой Радночке отдохнуть? Думы и устремления сердца моего - как бы облегчить
и порадовать Вас, мои родные.
Токи психической энергии постоянно устремлены к Вам из нашего Ашрама. Не забудем, что и 37-ой год по знакам лучше 36-го года в нашем деле. Все слагается так, как нужно. Но
будем стараться расширять наше сознание данным Учением, чтобы теснее объединиться с Сознанием Высшим. Много радости впереди. Широкое поле перед нами для посева доверенных зерен. Всем уготовлено щедро, только бы не рассыпать.
Прошу Радночку обнять и милых Фосд[иков]. Они живут в
сердце, и часто посылаю им лучший привет. Что Ф.Ст[оу]? Думаю, что последняя победа подбодрила друзей. Прекрасно, что будет организовано Общ[ество] Др[узей] Р[ериха], - это так важно. Н.К. уже писал об этом, объясняя все его значение. Сердце мое говорит сердцу Радночки: родная, все придет. События помогут. Если Высшее Сознание направляет корабль направо, не может он идти влево. Космический Магнит действует непреложно.
Шлю всю ласку, всю нежность и любовь.
Сердцем,
Е.Р.
Ничем не устрашимся - и победим!
9.VIII.36
Родные наши, не знаю, получим ли мы сегодня почту -
дороги размыты; с большим запозданием получаем Ваши столь жданные письма. Еще не имеем описания следствий благоприятного решения судьи в июле. Надеемся, что к концу августа адвокаты примут все меры, чтобы подготовиться и как можно ярче представить весь case. Мы же должны озаботиться об укреплении и хотя бы некоторых выступлениях общественного мнения, вот почему мы так настаивали и продолжаем настаивать на организации Комитетов Друзей М[узея] и Ассоц[иации] Р[ериха] и так далее. Общественное мнение распространяется по широким и неуловимым каналам и часто достигает самых нужных лиц. Как Сказано: "Жду действий, действий, действий!" Именно действия творят возможности. Потому мы до глубины души тронуты проявлением неустанной деятельности и заботы со стороны Флор[ентины] С[утро]. Именно она пользуется каждым случаем, чтобы разбить клевету и утвердить истину. Вот уж верный друг! Письмо ее к Страусу превосходно. Сердце мое так хочет выразить ей всю благодарность, которой оно преисполнено к ней. Знаю, что когда-нибудь она узнает пламя этой признательности. А пока прошу Зиночку обнять ее и от всего сердца поцеловать ее за все делаемое ею в защиту дел и основателей их. Спасибо ей и за последнее сердечное письмо! На днях напишем и Ф.Ст[оу] - тоже удивительный друг! Потому так и настаиваем уже 8-ой месяц, чтобы сделать Комит[ет] Др[узей] и Ассоциацию Р[ериха] общественными Учреждениями и чтобы все прекрасные действия друзей остались зарекордированными. Так, и Шрак понимает все значение общественного мнения и необходимости действий, и оформления протестов, но об этом Н.К. пишет в общем письме к Вам, потому не буду больше распространяться на эту тему.
Пришли Ваши письма от 16-го по 23-е июня. К письму
Франсис приложено и письмо Ст[оу] к Флорентине, из него ясно, что наши адвокаты требовали денег еще до получения благоприятного решения судьи. Но, конечно, никто не может заставлять людей работать даром. Являть самоотверженность есть привилегия ближайших к делам. Именно только ближайшие знают всю красоту подвига во имя Культуры. Потому не будем слишком строго судить людей, работающих только заработка ради, но все же примем это во внимание и, главным образом, очень оградим себя, чтобы была полная договоренность относительно суммы, которую publisher'ы должны будут
получить. Все прошлое показало, какая осторожность должна быть проявлена всюду и со всеми. Помните Левенстина! Так оградитесь, родные. Думаю, что и в этом очень может помочь Милл[ер]. Имею в него большую веру, ибо он был повторно Указан. Мы же уже на многолетнем опыте знаем, что означает неисполнение Указаний. Жизнь сложна, а сейчас события настолько нагромоздились, что лишь при руководстве можно избежать всех опасностей. Указанный М[иллер], по-видимому, очень тонкий человек и хорошо разбирается в людях и, главное, в их побуждениях. Потому, родные, умоляю, проявите Единение. Сердце часто чует, что Вы устали слышать этот призыв. Но до конца дней моих буду твердить и настаивать на этом великом и едином двигателе всякого строительства и успеха. Ведь сознание наше переросло пределы земного состояния, и мы можем уже понимать и законы, и условия нашего будущего существования в другом плане, потому не будем же ограничивать себя.
Конечно, письмо и действия Ф.Ст[оу] очень тронули нас,
это верный друг! Надеемся, что ничто не задержит его, ибо присутствие его совершенно необходимо во время рефери! Слышала Указание о готовящихся ложных свидетелях. Напишем ему со следующей почтой, чтобы оно пришло к его возвращению. Теперь относительно новой корпорации Agni [Yoga] Press. Конечно, кроме Вас четверых и нас всех, в нее могут войти и все перечисленные Зиночкой друзья, также как и Инге, и миссис Уэльш, если бы она выразила желание участвовать в этом. Не зная америк[анских] законов, я полагала, что для корпорации нужно определенное число лиц. При первой возможности нужно будет издать новую книгу "Аум", на которую предатели не могут посягнуть, ибо они не имеют копии ее. Как только наступит похолодание, примемся за ее перевод. Сейчас еще трудно, ибо мое самочувствие не позволяет мне систематично работать по вечерам. Да и Яруюшка очень устал и чувствует себя неважно. Армагеддон тяжко отзывается на всех.
Великая мне радость, что друзья в Р[иге] так спешат с изданием книг Уч[ения]. Уже требуют книгу "Аум", но она еще
не закончена. Подходит к 500-му параграфу. Вероятно, всех будет около 600 или больше. Получили ли Вы книгу "Врата в Будущее"? Также, вероятно, имеете и вторую часть [книги] Клизовского. Книга хорошая. На днях получили и первый номер журнала на литовском языке, так и там деятельность ширится. Много ищущих душ раскинуто по всему свету! Получили, как всегда, сердечное письмо Мор[иса] от 14-го июля. Радуемся, что он может отдохнуть душой и телом. Неужели муж Клайд знает русский язык? Мор[ис] пишет, что он перевел все книги Ж[ивой] Эт[ики]. Вероятно, на английский язык? Ведь это огромный труд! Все сделанное для дел и книг Вл[адыки] трогает меня безмерно. Шлю Мор[ису] и его милым ученикам сердечный привет. Часто мыслями переношусь в их маленькую общину в Белых Горах, и сердце участвует в беседах близких душ. На днях просматривала книгу Алексеева "Пути и судьбы марксизма", напечатанную в Париже. Автор ее делает очень интересные выводы. Так, первоначальные мысли Маркса совпадали со многими положениями Ж[ивой] Э[тики]. Удивительно, как великие идеи искажаются последователями, а иногда и самим автором, не имеющим достаточно силы духа, чтобы противостоять натиску меньших сознаний, окружающих его. Прилагаю выписку, прочитайте внимательно.
Итак, Занавес взвился над Великой Драмой в Европе. В
Испании разыгрывается пролог ее. Как Сказано, положение Земли ужасно! Но люди до того ослепли, что даже знающие об Армагеддоне не отдают себе отчета о всей грозности его! А спасение так близко и так, казалось бы, естественно и легко достижимо, стоит лишь решить проявить человечность и хотя бы некоторое единение! Но именно против единения ополчились все силы зла, разъединение - их клич и клеймо! Много что слышу и
слышала о событиях. Разрушение Испании было Указано мне еще в 27-ом году у преддверия в Тибет. Также и о временном усилении Италии, и многое другое. Все Указано. Примем торжественно, благоговейно каждый Совет, от многих опасностей будем ограждены. Так, родные и любимые, читайте больше книги Уч[ения]. Многое что в новом понимании встанет перед Вами. Найдете намеки о готовящемся предательстве самомнительных, о лженаследниках, налагающих вето (veto) на пространственное решение, и многое др[угое]. Все это очень поучительно перечесть в свете происходящего. Много намеков бросалось, когда предательница находилась еще в Ашраме. Тогда же я сказала ей о моем видении, в котором я прощалась навсегда с черной Леви, и это в то время, когда излияния в "любви" и "преданности" в письмах ее достигали своего апогея! Но ничего не шевельнулось в этом уже отравленном сердце. Она промолчала. Должна сказать Вам, любимые, что на мой вопрос: не наша ли Карма вызвала подобное предательство со стороны трех, не повинны ли мы перед ними в чем-то в прошлом? - ответ был: "Никогда и ни в чем, потому так ужасно их злодеяние". Души, приблизившиеся с корыстолюбивыми целями, стали жертвою страшного одержания. А мы знаем, что "ужасна Карма даже
малого предателя". Какое же затмение сознания произошло,
чтобы забыть все предостережения!! Обычно малодушные озлобляются на предостережения. Они считают их угрозами, и в самомнении и невежестве восстают против каждого благого совета и предупреждения. Так уж обучены люди сладкими голосами темных шептунов, усыпляющих их сознание. А между тем даваемые предостережения часто не раскрывают всей опасности, возникающей от пренебрежения ими. Люди забывают о неумолимых законах. Так, родные, читайте со всею внимательностью, со всем горением сердца все предупреждения и все даваемое. Радостно было слышать, что Амридочка имеет уже страницы "Беспредельности" и что она любит их. Надеюсь, что она имеет
и обе части "Мира Огн[енного]". Думаю, что как только муссон уменьшится, вышлю обратно просмотренную копию англ[ийского] "М[ира] Огн[енного]". Так и не дождалась недостающих в середине параграфов. Пусть Амридочка имеет перевод всех книг Учения. Обнимаю ее и ценю все делаемое ею. Доверяю ее чуткому сердцу. Очень ценим и все делаемое Модрочкой по линии Пакта и Южн[ой] Ам[ерики]; также надеемся, что и в Бостоне выставка будет удачна. Каждое выступление сейчас нужно обставить очень внушительно. Так, родные, каждый из Вас приносит свои чудесные дары на общую пользу. И Великое Сердце Вл[адыки] принимает каждый дар и ценит его по достоинству. Очень прошу мою Зиночку поберечь себя. Знаю, как сердце ее надрывается в желании всюду успеть, ничего не упустить. Истинно - Верный Страж! Сердце мое устремлено в признательности ко всем Вам, родные мои. Храните друг друга, ибо каждый незаменим на своем месте.
С любовью,
Е.Р.
"Если взять сторону бытия совершенного общества, если остановиться на коммунизме самом по себе, то здесь мы встречаем чрезвычайно разные различия отдельных типов коммунистического строя. В первоначальном марксизме отличается коммунизм элементарный от коммунизма истинного, настоящего.
Элементарный коммунизм представляет собою как бы предельное, до бессмыслицы доведенное выражение частной собственности, через которое она, говоря на языке Гегеля, превращается в свою противоположность. В подобном коммунизме "непосредственное физическое обладание вещами" становится главной задачей и целью человеческого существования. Этим коммунизмом владеет универсальный инстинкт стяжания, голое стремление обладать вещами, иметь их. То, что не может быть предметом непосредственного обладания, насильственно истребляется и уничтожается. То, чем можно завладеть, поступает в общую собственность. Маркс сравнивает этот процесс уничтожения частной собственности и замены ее
коллективной с умиранием индивидуальных брачных отношений и с заменой их общностью жен, или коллективной проституцией. Он думает, что в этом сравнении открывается "тайна" такого элементарного и "неотесанного" коммунизма: "Как женщина из брака может вступить в отношения общей проституции, так и все общественное богатство... переходит от связи его с индивидуальными собственниками в отношения общего неурегулированного пользования коллективом". Такой коммунизм растворяет талант в ничтожестве, воспитывает чувство всеобщей ненависти и является, в сущности говоря, особой формой того хищнического стяжания, которое присуще и собственности частной. При режиме такой собственности частный собственник более бедный всегда борется с более богатым, что и проявляется в конкуренции. В пределе своем такой коммунизм приводит к всеобщему уравниванию в нищете, к утрате всякой цивилизации, к понижению потребностей и к опрощению.
Истинный коммунизм в противоположность только что очерченному представляет собою действительное преодоление частной собственности и вытекающее отсюда нахождение человеком своего существа, а также восстановление общежительной природы человека, то есть рождение человека истинно человечного. Это есть истинный гуманизм и в то же время натурализм, т[о] е[сть] очеловечение природы, о котором мы говорили ранее".
[Алексеев "Пути и судьбы марксизма"].
"Преступники ищут, где бы нанести наиболее разрушительный
удар. Они полагают, что, раздробив один череп (Ф), они откроют путь к овладению всем. Черная ложа уже давно это задумала. Так, можно написать, чтобы хранили картины". Знаю, родные, что Вы примите все меры, чтобы охранить доверенные сокровища. Всем сердцем надеюсь, что именно указанный сотрудник Милл[ер] выполнит блестяще это задание.
Получили прекрасные письма из общины в Бел[ых] Горах.
Знаем также, как дружно живет другая община на Аруне Фарм. Часто мысленно переносимся в эти милые общины, и сердце шлет лучшие лучи. Прошу Амридочку передать г-же Уэльш, что я очень ценю ее преданность Учению, и как только тяжесть муссона спадет, непременно напишу ей. Сердечный привет и милой верной Инге. Амридочку обнимаю и крепко, крепко целую.
Родная моя Радночка, прошу передать Модрочке, что в своем последнем письме г-жа Скумэкер упоминает о прилагаемых ею кратких биографиях и фотографиях членов группы, но таких приложений не оказалось, также не пришли они и со следующей почтой. Надеюсь, что они не затерялись. Я собиралась ответить именно по получении этих сведений. Может быть, Модрочка спросит, что случилось с биографическими очерками? Также очень хотела бы иметь фотографии членов группы, хотя бы любительские.
Родные наши, спасибо Вам за все выказанные Вами заботы. Сердце полно благодарности к Вам, наши верные и неустрашимые воины. Сейчас тревожусь злыми умыслами преступников. Знаю о конечной победе, но хотелось бы сохранить Ваши силы и оберечь Вас от ударов. Берегите друг друга. Многое облегчится, если будет проявлено полное доверие, полная обоюдная осведомленность в происходящем, полное единение в действиях против преступников. Почта уходит, надо кончать. Радночке скоро напишу.
Окружаю Вас сердцем и шлю всю любовь и ласку.
Е.Р.
Доверительно
20.VIII.36
Родная моя Радночка, всем существом чую создавшееся
положение среди сотрудников, и, конечно, в силу этого обстоятельства мы должны проявлять особую осторожность и бережность в наших общих письмах, чтобы нашими советами или
какими-то порицаниями не осложнить нагромоздившихся трудностей, созданных продолжающимся разъединением. Часто при писании письма мы грустно шутим, что нам приходится вспоминать детскую игру: "Барыня прислала сто рублей, что хотите, то купите, но с условием: черного и белого не покупать, "да" и "нет" не говорить".
Родная моя, знаем многие особенности характеров с самого начала строительства, но ведь без доверия и дружелюбия ничего построить нельзя. Прошу мою Радночку очень задуматься над тем, чт'о есть водительство или строительство. Строитель должен прежде всего выказывать великую терпимость и терпение, иначе он будет разрушителем. В малых подробностях приходится уступать, чтобы не погубить большего. Дружелюбие и чуткость должны показать и те выражения, в которые следует облечь свое обращение к сотрудникам. Недопустимо и проявление личной обидчивости. Часто приходится промолчать там, где дух горит возмущением. Часто, из опасения еще горшего разъединения нельзя похвалить кого-то, тогда как сердце рвется сказать лучшую похвалу. Жизнь очень сложна, и тяжко положение каждого строителя. Люди не хотят вдуматься, среди каких противоречивых течений мышления и сложнейших обстоятельств приходится действовать строителю, прокладывая успешное продвижение! Припомним, как и половина благих Советов никогда не выполнялась. И, видя, как из данного лишь брызги долетают, приходилось часто молчать, ибо укорами и указанием на ошибки ничего не построить. Чтобы сложить необходимые ступени, строитель должен соображаться с характерами всех сотрудников. Родная моя понимает, о каких сотрудниках я говорю. Их чудовищное честолюбие и самомнение, истинно, росло не по дням, а по часам. Они не выносили никаких предостережений, принимая их за угрозы, и результат налицо - полное и страшное одержание, ведущее к разложению. Ведь Учение никогда не понималось ими, и в этом все бедствие. Никто из них не понимал, что превыше всех дел, превыше всего стоит Учение. Если Учение воспринято частично, то и следствия будут тоже частичными.
Знаю, как многие и хорошие, но неопытные люди не могут понять, как можно было приблизить к светлому делу таких злоумышленников. Но вначале у них была искра устремления, которая могла разгореться в пламя. Кроме того, что же делать, если так называемые "хорошие люди" не разбираются в истинном значении предложенных им дел и отворачиваются от величайших, чтобы тут же оказать всякую помощь "длинным мертвецам", которые отвечают их уровню сознания. Что же делать, если среди людей еще столько духовных недорослей, которые не могут отвечать на призыв Высших Вибраций. Истинно, никогда еще великие дела, складывавшие ступени грядущей эпохи, не были поняты или подняты правительствами и миллионерами, меценатами и всякого рода патронами и прочими. За примерами недалеко ходить, вспомним хотя бы ближайший - кто помог Е.П.Блав[атской]? А между тем она совершила великий подвиг; она самоотверженно заложила ступень нового сознания, прочно вошедшую в жизнь. Достойная оценка и почитание ее еще впереди. Также мы знаем, что никакое дело мирового значения не может быть поднято только с помощью друзей. По всей истории мы видим, что лишь самые тяжкие обстоятельства создавали героев и способствовали успеху великих дел. Самые ярые враги, сами того не понимая, приносили наиболее тяжкие камни на построение во благо общее. Тактика адверза принята Силами Света не только в силу глубокого знания человеческой природы, но по основному Космическому Закону, по которому борьба за существование и переживание наисильнейшего (не исключительно в физическом, но в духовном смысле) верховно главенствуют с момента проявления Космоса в Бытие. Чтобы вооружить человека на эту вечную борьбу, все Учения Света настаивали и настаивают прежде всего на закалке и дисциплине
духа и на расширении сознания. Борьба может быть прекрасна, когда она устремляет человека к пробуждению и усовершенствованию заложенных в нем божественных свойств. Как прекрасны победы, одержанные широтою мысли, силою духа и великодушием сердца, знающего, где и в чем истинное или общее благо. Так, от начала веков не "теплые" светляки строят
храмы, но подвижники и джинны. Как уже Сказано: "Джинны думают, что строят тюрьму, а выходит храм". Так будет и теперь. И сейчас уже непредубежденный наблюдатель за происходящим во всем Мире может видеть путь Света и как одна тьма пожирает другую тьму (фаш[изм] и комм[унизм]). И это относится как к большим, так и к малым проявлениям. Уже давно Указано на связь всех событий с данными делами; победят те, в ком сильнее проявляются божественные качества - устремление к общему благу, кто слово "я" заменил понятием "мы", в ком
горит жажда к широкому познанию и подвигу самоотверженного служения родине и человечеству. По этим признакам можно отличить будущих победителей.
Любимая моя Радночка, ничто не может случиться с нами,
если Учение воспринято будет во всей его полноте. Прилагаю параграфы из Учения на отдельном листе, чтобы можно было перевести их близким друзьям и сотрудникам. Так, прошу Радночку мужественно пережить тяжкую полосу и закалять дух свой в терпимости и в спокойствии. Явим полное спокойствие к трудному сотрудничеству. Если предложенная разумная мера принимается враждебно, следует промолчать. Иногда, обождав два-три дня, та же отвергнутая мера при изменившихся обстоятельствах будет прекрасно воспринята. Будем помнить, что именно тон делает музыку, потому пусть тон этот родится из сердца, зажженного доброжелательством и терпимостью во имя порученных дел. Если кому-то по жалкой слабости хочется быть на виду и показать, что он всем двигает, то пусть и думает так. Но истинный двигатель или пружина всякого механизма всегда скрыты, потому постараемся занять место пружины. Время и результаты покажут истину. Так вооружимся терпимостью и великим терпением.
Еще хочу напомнить, что все друзья нуждаются во внимании, осведомлении и подкреплении. Тот, кто понимает это и принимает к тому меры, получает огромное преимущество. Потому считаю, что Радн[а], Мор[ис] и Амридочка могут очень укрепить свои позиции у Ф.Ст[оу] Он нуждается в постоянном подкреплении - так было Указано. Жалею, что ему, видимо, не было передано, что Милл[ер] был Указан. Я очень просила приближать его и оказать ему доверие, рассказав о многих знаках, сопровождавших нашу общую жизнь. Вероятно, ему не было сообщено, что оба Комитета по Защите Музея были одобрены. Также что основание нового Центра или Ассоциации им[ени] Р[ериха] и выход бюллетеня были Одобрены. Нужно общественное оповещение для подхода новых людей и, следовательно, новых возможностей. Нужны оявления общественного мнения. Но, конечно, следует избегать несимпатизирующих газет и т[ак] д[алее].
Несказанно счастлива буду, если и Клайд удастся открыть небольшой культурный центр в Т. Это именно явится как бы протестом общественного мнения против совершаемого разрушения в Нью-Йорке. Во всех отношениях такой центр явился бы большим делом и ударом врагу. Именно враг больше всего боится действий и выступлений культурных. Приложим, родная моя, все устремление духа и сердца, чтобы помочь осуществлению такого культурного центра. Вполне согласна с Амридочкой и Радн[ой], чтобы как можно меньше распространяться о всех задуманных начинаниях и прочее, и прочее. Была огорчена, что дело друга Клайд приняло некоторую огласку. В своих письмах мы очень осторожно касались этого вопроса. Так же точно надеюсь, что и дело с Флорент[иной] и ее интересом к карт[инам] останется в самом тесном кругу друзей. По оккультным законам, никогда не
следует пускать по ветру то, что не оформилось еще. Так, при существующем разъединении очень опасно сообщать некоторые вещи, не относящиеся непосредственно к общим делам. Между прочим, принадлежащая Флорент[ине] панорама картин представляет собою Азиатский путь, и, конечно, можно было бы пытаться предложить всю серию целиком какому-либо музею. Для музея, конечно, и цена была бы иная. Об этом можно подумать. Родная моя, выработаем в себе спокойствие и ровное
отношение ко всем получаемым вестям, как хорошим, так и плохим. Следует помнить, что худая весть сегодня может смениться завтра хорошей и наоборот. Все меняется, а в переживаемое нами необычайное время смены эти происходят с невероятной быстротой. Так утвердимся в сердце в великой победе и изгоним всякое сомнение. Тогда не будет места в нем никакому страху и огорчению, но лишь твердое и радостное устремление к созданию наиболее ярких обстоятельств для сужденной победы. Нужны неотложные и разумные действия, чтобы привлечь необходимых и полезных людей и новые обстоятельства. "Нужно возмущение воды, чтобы произошло исцеление". В застое
- разложение.
Так, родная моя, прошу не тревожиться слишком и жить в радостном сознании о победе. Некоторым людям нельзя говорить слишком определенно о сужденной победе, ибо они не понимают сложности законов и сейчас же успокоятся на этом знании и перестанут действовать, тем затрудняя достижение успеха. Но зная, что моя Зиночка не успокоится в бездействии, но еще больше устремится к достижению яркой победы, я говорю - Победа суждена.
Также, родная, прошу не упускать из виду и другую сторону происходящего. Не может быть духовного развития без страданий и трудностей. Самоотвержение есть основа всего Добра и всех духовных достижений. Как может человек чувствовать горе брата, если сам он не страдал! Будем мужественны и научимся любить препятствия, будем смотреть на них как на новые возможности. Устремление и правильно понятая борьба накопляют психическую энергию, которая дает нам бессмертие. Без борьбы и устремления, и напряжения не собрать драгоценного вещества. Потому нельзя страшиться напряжения, но нужно лишь отбросить всякое сомнение, выедающее драгоценные накопления, а также уныние и страх или беспокойство. Если сумеем парализовать этих врагов, то вырастим крылья, которые и перенесут через все бездны. Так, родная моя, будем наполнять пространство мыслями победными, ибо в них озон и прана, питающие драгоценную энергию.
Теперь еще одно Указание: "Главная забота злодеев -
пошатнуть Ф[уяму]. Их умысел около этой задачи. Но если знаем, то и приложим все силы в этом направлении. У них одна задача, у Нас их много".
Обратить нужно внимание на это тех publisher'ов, которые могут понять. Завтра посылаю на имя Амр[иды] для передачи Милл[еру] маленький резной тибетский ящичек и в нем старинный русский крест и цепочка XVI столетия. Вместе с этой вещицей посылаю ему самые лучшие мысли, сердечные пожелания. Считаю, что Радночка, если хочет, может прочесть это письмо и Амриде. Я так благодарна ей за то, что она поддерживает Радночку. Прошу Радночку обнять и крепко-крепко поцеловать ее. Заботы ее трогают сердце мое. Родные мои, шлю Вам все лучи любви и нежности. Победа впереди, но приложим все усилия, чтобы сделать ее как можно ярче.
Обнимаю Вас сердцем.
Е.Р.
Для всех
28.IX.36
Не могу писать сейчас длинных писем. Все время занято
спешной корректурой перевода "Тайн[ой] Доктр[ины]". Нужно спешить с изданием ее - так Указано.
Родные мои и любимые, шлю Вам весь огонь сердца к
предстоящей борьбе. Знаю, как упорна будет она, но именно это напряжение принесет необходимые результаты. Указана полезность протягновения всего процесса, ибо это даст возможность подойти новым обстоятельствам. Об этом мы давно уже намекали. Нельзя безнаказанно идти против Указаний Света. Последнее письмо Зин[ы], в котором она пишет о единении, которое установилось среди ближайших сотрудников, принесло волну Огромной Радости.
Родные наши, ведь нет у нас большей радости, как видеть
всех Вас объединенными любовью и сознанием того великого счастья, которое выпало на нашу долю. Прекрасно пишет об этом счастье Зиночка. Да, лишь из книг Учения можно черпать несломимую устремленность к выполнению возложенного великого действия.
Родные мои, столько возможностей заложено в каждом из
Вас. Дайте расцвести этим прекрасным цветам. Цените друг друга. Ведь один дополняет другого.
Моя Модрочка знает, как я верю в ее сердце. Огонь его
всегда загорается в нужный момент и сжигает все наносное. Сердце мое говорит сердцу Модрочки: знаю, что Модрочка многое поймет и поможет наладить прекрасные связи и отношения. Великодушие сердца знает, что нет более достойного действия, как творить прекрасные отношения между друзьями. Так, родные, держитесь дружнее дружного в час великой битвы. Нет у нас более близких, нежели Вы, родные; Катрин мне очень дорога, и ее отношение к Вам так прекрасно. Любите ее и защищайте друг друга всеми силами духа. Морису шлю привет сердца, чую все устремление его. Блюдите, родные, и за друзьями. Оказывайте внимание, согревайте сердцем. Ведь сердечное слово действует как целительный бальзам, и в наше время ужасающего ожесточения эти огни сердца совершенно необходимы. Так возжигайте все огни и привлекайте ими страждущие и ищущие души. Нет магнита мощнее сердечности, пользуйтесь им широко. Что Шаховские? У Олега аура была очень хорошая. Знаю о Ваших мечтах, родные, конечно, мечты есть крылья и многое что может осуществиться в недалеком будущем. Знание сроков есть самое великое знание, и это знание дается устремленным сердцам. Знание это приносит и Щит крепкий. Так, родные, обнимаю Вас одним объятием и держу в сердце Ваши облики. Все придет и все будет Указано во время. Благословение В[еликого] Вл[адыки] с Вами.
Е.Р.
Несколько выдержек из книги "Аум":
"Считаю, что сейчас нужно напомнить о сердечном
устремлении. Так, уже древние отшельники предлагали при мысленных обращениях представлять перед собою как бы прямую дорогу, по которой должна была стремиться мысль. Много существует образов, помогающих сосредоточению. Но никто не предлагает представить мысль блуждающей по лабиринту. Прямота и простота будут наиболее удачными мостами".
"Будем торжественны, не приложим смятения к напряжению пространства. Не будем проявлять суетливости, когда можно предчувствовать действие. Не заслонимся облаком пыли, когда нужно иметь чистую даль. Скажем слово любви, как Щит крепкий".
"Сходя в глубокую пещеру, каждый предпочтет иметь яркий и ровно горящий светильник, нежели дымный факел, иногда рассыпающий искры. Так же и с качеством психической энергии. Искры дымных вспышек не улучшат положения. Но как достигать ровного света? Только постоянным размышлением о начальной энергии. Подобно умному деланию без слов, в ритме сердца
укрепляется свет неугасимый".
"597. Много говорят об испытаниях. Ужасаются, что даже
миры на испытании. Много самосожаления о трудных испытаниях. Даже подозревают - справедливо ли само понятие испытания? Можно бы помочь всем недоумевающим поставить вместо слова "испытание" - проверка. Каждый человек перед мостом непременно удостоверится в прочности его и в других своих действиях. Ради себя человек испытывает все окружающее. Человек не любит понятия испытания, ибо оно послано откуда­то, но проверка ради своего удобства не противна человеку. Пусть он осознает, что все испытания только для его пользы. Нужно затвердить, что понятие сближения миров есть великое испытание".
Из параграфа 598. "Стучащемуся - открой; болящему -
помоги; заблуждающемуся -укажи; но будь осторожен со скребущимся. Особенно, когда устремляешься к единству, оставь все смутительное, ибо оно непригодно для Высоких Собеседований.
Обереги сотрудников, плывущих в одной ладье, некоторые из
них непривычны к дальнему плаванию. Ведь не все прошли те же сроки. Кому удалось лучше, тот знает и великодушие. Он уже опытен и в терпении, без чего не удастся никакое изыскание. Каждый познавший значение психической энергии будет навсегда исследователем. Всегда он будет совершенствоваться. Значит, он избавится от старости".
Доверительно
Зин[е], Амрид[е]
6.XI.36
Родная моя Радночка, посылаю при сем копию моего
заявления от 27-го марта и копию доверенности от 7-го янв[аря] с[его] г[ода] и прилагаю небольшое добавление. Если Милл[еру] понадобятся еще какие-либо детали, то сообщите ему, что в манускрипты вошли частью уже опубликованный и частью еще не опубликованный литературный материал.
Никаких наших писем мы от них не требуем сейчас, ибо это могло бы вызвать с их стороны требование о возвращении им их писем к нам, которые еще нужны для делопроизводства. У кого хранятся два пустых листа с моей подписью, кот[орые] белокурая вернула?
Теперь, что касается до полученных Амридочкою фотостатов
с "indications'ами", то нужно иметь в виду, что сообщения эти были проверены и можно сказать, что все, к чему белокурая предательница "прилагала свою руку", уже отмечено. Прошу передать Амридочке, чтобы она этим не смущалась, ибо все восстановлено и поставлено на место. Можно припомнить из истории Теософического Общества, как в письма Учителей вставлялись целые пассажи, которые совершенно изменяли смысл сказанного, и Уч[ител]ям приходилось восстанавливать истину. Вообще полезно вспомнить все, что делалось вокруг Е.П.Бл[аватской]. Аналогия будет поразительная. Так, еще раз прошу мою Амридочку и всех Вас, родные мои, принимать с большою осторожностью все, что выходило и выходит "из-под
руки белокурой предательницы". Проверка нужна во всем. Также еще раз утверждаю, что я не пишу на англ[ийской] машинке. Кроме того, у нас имелась тогда лишь одна в офисе, которая все время в ходу. Так, все переводы их писем делались белокурой, и она же писала их на своей бумаге и на своей машинке. Она набрасывала черновик перевода и после прочтения мне его вслух и некоторых поправок переписывала его начисто. Должна добавить, что крайне редко успевала я прочесть, вернее, она мне вслух, чистовик перевода, ибо она заканчивала его перед самым уходом почты. Конечно, в такие письма она
может и могла вписать все, что ей угодно, ибо и подпись моя ставилась на одном лишь листе. Так, все, что выходило "из-под руки белокурой" за время ее пребывания у нас за весь 34-ый год, должно быть проверено и отмечено. Доказательства нечестности ее натуры были уже тогда налицо. Не застала ли я ее подчищающей письмо Леви!
Так, родные мои, прошу Вас: не поддайтесь грубому предательству. Знаю, что трудно понять, как могло быть допущено такое предательство. Но, родные мои, нарыв нужно было вскрыть, но для успешности операции нарыв должен назреть. Отсюда и те Указания "не мешать", которые я слышала, когда выходящее из-под руки белокурой, мне было мучительно неясно. Лишь в марте месяце мне было окончательно Сказано об их страшном предательстве. На днях я очень ласкала мою Амридочку. Причем слышала мой голос, говоривший: "Моя родная, родненькая Амридочка, не нужно горевать, все уладится". Истинно, все уладится, только бы научиться выполнять немедленно все даваемые Советы. Нужно очень вооружаться и иметь твердую основу и опору в Комит[ете] и Общ[естве]. Вот и Чайка, начав с малого, уже может собирать до ста человек. Так не будем смущаться небольшим количеством, но приложим старания, чтобы Общество состоялось. И как уже давно Указывалось обратите внимание на бедных и молодых. Они - лучшая опора. Пример видите в Общ[естве] Спин[озы].
Получили телеграмму о болезни Альфреда. Но, как Сказано:
"Не спешите с выводами. Обычно люди поспешают преждевременно
и тем смущают нити следствий". Давно уже было сказано и повторено о том, что все будет повернуто на пользу. Также и приглашение Модрочки по делам Южн[ой] Ам[ерики], которое ставилось в зависимость от исхода болезни Альфреда, должно быть учтено. Как Сказано: "Каждое явление многообразно. Особенно ошибочно представлять один источник и одно следствие явлений. Можно около каждого действия различать много различных областей, которые влияют и на которые распространяется влияние. Нужно усвоить, что сфера каждого действия гораздо обширнее, нежели можно представить по земному рождению... Так, нужно приучить себя к сложности действий и явлений". Думается мне, что можно найти самые неожиданные подходы, лишь бы научиться смотреть широко и не затемнять своего сознания суждениями близоруких людей. Каждое обстоятельство именно чревато новыми возможностями, потому будем искать во всем наиполезнейшее для дела.
Помните, родные: "Все можно будет обратить на пользу, но, главное, не волнуйтесь, Высшая Мудрость держит Равновесие Мира, и многие явления приходится допускать именно ради этого равновесия".
Потому, родные, проявим все спокойствие и мужество и
полное доверие к Высшей Мудрости. Только приложите все устремление сердца, чтобы выполнить Советы. Уверена, как и раньше, что именно Брат поможет во многом. Конечно, Милл[ер], как Вы уже сами видите, подпадает иногда влиянию своих советников. Но и это переживем, помните о всех необычных путях, которыми действует Высшая Мудрость, и не смущайтесь ничем.
Трудности на большом пути неизбежны. Только напряженность устремления способствует действиям и росту духовному. Потому соберем все мужество и доверие и устремимся к выполнению всех Советов, помня о сроках. Запоздалость всегда осуждена. Родные мои, читайте кн[иги] Учения. Так счастлива, что скоро все они будут переведены и доступны хотя бы для ближайших сотрудников. Указано, что кн[ига] "Аум" очень нужна в
Америке. В каком состоянии новое издательство? Со следующей же почтою посылаю кн[игу] "Аум" мужу Клайд для перевода, ибо он выразил согласие перевести ее. Такое счастье, что нашелся человек, который, восхитившись Учением, в один год изучил язык и перевел все книги Учения! Из Р[иги] писали, что на
днях заканчивается печатание "Аум" по-русски и уже вышла вторая кн[ига] Н.К. и прекрасная кн[ига] Рудз[итиса] "Сознание красоты спасет". Следовало бы распространить их широко. Конечно, Вы уже знаете, что именно благодаря врагам "Священный Дозор" увидел свет. Так и во всем джинны помогают строить сужденное. Изумительно наблюдать этот закон: тень служит выявлению света. Как и предательство послужит на великую пользу. Сейчас, родные мои, прошу не сетовать, что не так часто пишу Вам отдельные письма, все время мое занято корректурой "Т[айной] Доктр[ины]". Получила письмо с просьбой поспешить с высылкою манускрипта, ибо иначе они не успеют издать до мая, после которого входит в действие новый закон, сильно осложняющий многое; но, несмотря на то, что сижу с утра до самого вечера почти не отрываясь, мне не успеть просмотреть и переписать этот огромный труд в два месяца. Потому возможно, что издание второго тома задержится.
Прошу мою Амридочку передать мой самый сердечный привет
Эми Уэльш. Ее письмо, такое трогательное, получено. Спасибо ей, что она понимает, как мне трудно сейчас и как каждая минута на счету. Она спрашивает меня, чем может она помочь делу, но ее добрые мысли и слова много помогают, кроме того, она могла бы научиться писать на машинке и помочь Модрочке переписывать Учение.
Так, родные мои, в единении победим. Но не будем волноваться. Будем помнить строки из Учения: "Печально, если кто-нибудь не подвергается нападениям. Значит, его энергия в очень слабом состоянии и не вызывает противодействия. Только несведущие могут считать нападения несчастьем. Тучность заплывает жиром бездействия... Полезнее осторожное устремление, оно сохраняет достаточное прикрытие для нервов...". Родные, все устроится, путей много, и новые обстоятельства подойдут.
Посылаем для Вашего сведения копию нашего письма к миссис
С. и копию письма от нее. Со своей стороны, тоже поясните ей, что до ближайшего ам[ериканского] конс[ульства] один конец дороги не менее пяти дней, а местный магистрат бывает здесь тоже чрезвычайно редко, будучи в разъездах. Потому невозможно сказать вперед, когда он будет в наших краях и сможет удостоверить подпись. Многие не отдают себе отчета, в каком медвежьем углу мы живем. Отсюда и все задержки. Вот и сейчас у нас переменился магистрат, и мы не знаем, когда придет новый.
Очень хотела бы, чтобы Амрид[а] заведовала принадлежащими
мне вещами. Это значительно упростило бы многое.
Также прошу Вас, родные, помнить, что все Сообщения получаются единым путем яснослышания. Также ни в каком случае нельзя никого приобщать и поощрять к получению самостоятельных messages. Все Указания и messages идут из Ашрама. Во всех древних Учениях и Мистериях это всегда составляло Тайну из Тайн и выдача этой тайны каралась даже смертью. Потому никто за пределами Вас четверых не должен знать, каким образом что передается. Тем более, что сейчас - яснослышание единый канал. Как Сказано: "Уявление опасностей может быть". Зиночка передаст это и родному Авираху и при случае напомнит о едином канале яснослышания и Модрочке. Сейчас нужна крайняя бережность и осторожность во всем около Руки Водящей. Ведь страшная опасность может заключаться в приобщении неиспытанных людей к получению самостоятельных messages. Темные силы только и ждут этого доступа и, конечно, войдут со словами Света и лучшими приветами. Завоевав доверие, они выполнят свою разрушительную работу. Так было в одном из кружков в Р[иге], и теперь несчастные плачут, ибо семья разбита и принять их обратно невозможно. Так можете наблюдать и над предателями, получающими messages от своего нового водителя. Те, кто с нами, должны идти путем духовного совершенствования и естественного развития высших центров, не
прибегая ни к каким другим способам. Соблазнов будет много, и не нужно думать, что к светлому очагу не могут подступить темные силы. Это величайшее заблуждение, именно, если малым угрожают бесы, то Архангелу угрожает сам сатана. Именно, где ярче свет, там и подступы тьмы сильнее. Даже в Нов[ом] Завете указано на подступ сатаны к Христу. Вступающий на путь Света должен быть готов к самым изысканным наступлениям со стороны тьмы. Оберечь может лишь Щит Доверия и полного послушания Высшей Воле. Потому, родные мои, охраним доверяющихся нам. Окружаю Вас сердцем и шлю всю мою любовь и веру в Вас.
Е.Р.
З[ине], Амр[иде], Фр[ансис] и М[орису]
16.XI.36
Родные мои, все сознание, все сердце сейчас с Вами. Знаю,
как напряжены Ваши силы, и потому снова умоляю выказать величайшую бережность друг к другу и признательность ко всем друзьям. Глубоко тронуло нас отношение Брата. Именно он действенно помогает. Вполне понимаем всю сложность положения, в котором он находится, и потому участие его в такой форме является лучшим решением. Принесем ему нашу самую сердечную благодарность и верим в его опытность и мудрость. Именно, как Сказано: "Он поможет". Также отнесемся со всею
внимательностью и к Милл[еру], и другим помогающим. Все названные принесут пользу делу. Главное, сумеем быть признательными и явим радость каждому действию. Но не будем забывать, что жизнь очень сложна и в основе этой сложности лежит все то же губительное разъединение. Как нужно ценить людей, которые понимают, чт'о есть единение сознания! Родные мои, дожили мы с Вами до развития битвы, конец которой предрешен. Потому не убоимся никаких трудностей. Также не будем устрашаться чрезвычайного напряжения наших сил, ибо лишь так могут развиваться наши способности. Заветы всех народов и всех веков полны этим утверждением. Ведь лишь в напряжении накапливается драгоценная психическая энергия, дающая нам бессмертие. Бездеятельная, или так называемая счастливая и спокойная, жизнь есть самое страшное несчастье и бедствие для жизни духа. Даже физическая крепость наша растет с развитием психической энергии. Психическая энергия называется энергией всеначальной, ибо именно она лежит в основе всего Бытия. Жизнеспособность есть проявление психической энергии. Потому, родные, не убоимся и будем помнить, что именно эта битва даст нам возможность накопить драгоценные кристаллы всеначальной энергии. Привожу Вам выдержки из новой книги:
"В древних трактатах можно найти выражение "поврежденные души", при этом поясняется, что повреждение может быть нанесено лишь самим собою. Как только человек вообразит себе, что ему не остается никакого дальнейшего пути, он заковывает свою всеначальную энергию. При таких кандалах не может быть никакого продвижения. Пресекая путь, человек принимает на себя тяжкую ответственность. Нельзя оправдываться отчаянием. Ведь этот мрачный призрак зарождается от собственного слабоволия. Вселившийся призрак в духе действительно повреждает его здоровье. Призрак не имеет ничего общего с действительностью. Если люди проследят истинные причины отчаяния, то можно поразиться ничтожностью таких причин. Если бы понятие братства было близко людям, то сколько таких неосновательных отчаяний могло быть рассеяно! Но люди предпочитают пресекать свои продвижения, лишь бы не помыслить о целительных основах".
"Писатели древних трактатов о "поврежденных душах" часто
имели много оснований для такого выражения. При каждом мастерстве можно убеждаться, насколько трудно руководить при наличии враждебной воли. Не только враждебная воля, но и
бездеятельная воля будет уже вредоносной. Много уже сложенных возможностей будет отринуто недоброю волею. Не только в великих событиях, но во всем укладе жизни можно наблюдать такое положение".
Так, родные, примем в сознание эти мудрые Указания и
проявим мужество, единение и добрую деятельную волю. Победа с Высшей Волей, потому явим спокойствие и радость в битве. Знайте о конечной победе и действуйте укреплением Ваших и наших общественных позиций. Надеемся, что Общ[ество] будет скоро инкорпорировано; также и новое Изд[ательство] должно начать свою деятельность выпуском книги "Аум", как Указано. Потому посылаю манускрипт этой книги г[-же] Гарт[нер], ибо Сказано торопиться с этой книгой. На днях должен выйти из цензуры оригинал этой книги. Спасибо Модрочке за присылку "Беспредельности", но я ведь уже дважды просматривала корректуру этой книги и одна копия ее у меня имеется. Спасибо и за присылку второй книги "Листов С[ада] М[ории]".
Постараюсь поспешить с просмотром второй книги после окончания корректуры "Тайной Доктр[ины]" и кн[иги] "Аум" на англ[ийском] языке, перевод которой надеюсь получить к весне. Большая радость, что теперь все книги Учения переведены на англ[ийский] яз[ык]. Только Модрочка забыла дослать мне недостающие страницы из первой части "Мира Огненного".
Октябрь и ноябрь - очень опасные месяцы, декабрь менее,
но лучшая полоса начнется в феврале. Конечно, не следует понимать это узко. Все события так тесно связаны между собою. Так и оттяжки в деле были полезны. И сейчас не следует думать, что дело быстро закончится. Будут разные перипетии, но не убоимся и не допустим слабости духовной. Ибо трудности, порождающие слабость духа, будут порождениями неуспешности. Препятствия, зовущие весь огонь духа к битве, действуют как творческое начало. Неубоявшийся сотрудничает с Силами Высшими. Притяжение неминуемо там, где все силы напряжены. Так в высшем напряжении притянем и лучшие возможности. Родные, берегите друг друга, всем друзьям шлю привет сердца. Все думы с Вами, весь огонь сердца шлю Вам, любимые наши.
Е.Р.
З[ине], Фр[ансис], Амр[иде] и М[орису]
25.I.37
Родные наши, пришли письма Ваши от 3-го по 5-ое янв[аря].
Из письма Амридочки узнали, что и Франсис, и Инге тоже заболели гриппом. Берегите, родные, здоровье - это самое главное. Надеемся, что все уже поправились, и Амридочка избегла заразы. Редко пишу сейчас, ибо велико напряжение и тяжко сказывается на сердце. Несмотря на то, что у нас комнатная температура держится 45 и 50 градусов по Фар[енгейту], по вечерам и ночам я томлюсь от внутреннего огня. Много огненных явлений.
Очень оценили заметку в "Н.Ю.Амер.". Кому-то эта заметка, вероятно, пришлась очень не по вкусу. Бедная наша Зин[а] понимает всю трудность, которую представляет подача отчета по Школе при сложившихся обстоятельствах. Ожидаем, каков будет ответ Пл[аута]? Вряд ли он согласится, чтобы в отчете были перечислены все те трудности, при которых Школе приходится работать. Конечно, с Хорн. нужно быть очень осторожными. Из того, что он не терпит Хорша, не значит, что он будет сочувствовать нам. Так, его отказ инкорпорировать Общ[ество] до выяснения судоговорения более чем странен и подтверждает сказанное о нем. В связи с инкорпорированием Общ[ества] Н.К. пишет Вам некоторые соображения. Так, хотелось бы видеть проявление строительной деятельности, которая, конечно, отразилась бы благотворно и на всех прочих делах. Кажется нам, что и Комитет Защиты как-то растворился в воздухе,
остались лишь Ст[оу] и С. Все эти общества и собрания нужны были для облегчения Вашего же положения. Стоя во главе общественных учреждений, необходимо быть на глазах общества и проявлять свою деятельность за пределами одного учреждения. Общественная жизнь требует большего внимания к людям, только так можно ожидать притока новых сотрудников. Так, когда мы указывали на учреждение Общества, мы хотели предоставить Вам еще возможность широкого проявления и, главное, иметь центр, к которому можно было бы привлекать новые силы. Без центра, или фокуса, ничто не может жить. Теперь об Издательстве А[гни]-Й[ога]. Ввиду всяких затруднений с инкорпорациями мы хотим предложить Вам две альтернативы. Первая, чтобы рижск[ое] Изд[ательство] дало Вам заказ на выпуск кн[иги] "Аум" на англ[ийском] яз[ыке]. И так как деньги на это
издание будут собраны в Америке, то, конечно, издание будет фактически Вашим и Вы будете заведовать продажей его. Вторая - взяв все авторские права на имя Е[лены] Р[ерих], издать кн[игу] "Аум" так же, как мы издавали "Л[исты] С[ада] М[ории]", поставив адрес склада кн[иг], чтобы можно было получать заказы. Подумайте об этом. Если заказ будет от Рижск[ого] Общ[ества], то можно будет перечислить все изданные ими книги. Недопустимо, чтобы драгоценные жемчужины мысли, дающие такую радость сердцам, лежали под спудом! В Р[иге] сейчас уже печатается второе издание "А[гни]-Й[оги]" и "Листов С[ада] М[ории]" на немецком. Также приступили к печатанию "Основ буддизма" по-латышски. Прислали и пробную страницу первого тома "Тайной Доктрины". Думаю, что издание выйдет даже лучше английского, ибо шрифт крупнее и бумага лучше. Только бы избежать опечаток. В таком труде это нелегко. Хотя друзья стараются все сделать как можно лучше. Пригласили даже особого корректора. Получили ли Вы кн[игу] "Аум" в твердом переплете? Считаю синий цвет с серебром очень удачным.
Родные наши, много дум уделяем Америке, так хотели бы
вывести Вас на строительную стезю. Вам необходимы новые сотрудники, которые помогли бы Вам выполнить всю программу. Пример Хетнеровской группы у всех на глазах, а ведь они идут нашим путем. Вероятно, скоро станет ясно, что трое апостатов ни на какие settlement'ы не пойдут. У них одно задание - прикончить все и всех нас. Потому и нужно протягновение, чтобы использовать разные привходящие обстоятельства. Вы уже получили нашу телеграмму, продиктованную Вел[иким] Вл[адыкой], о том, что каждое протягновение в опытных руках даст новые возможности, - пусть решают сообща с Комитетом Защиты. "Но под лежачий камень вода не течет". И если мы ограничимся лишь самими собою да еще проявим нетерпение и нетерпимость, то, конечно, трудно ожидать успеха. Как Сказано: "Победа суждена, но Мое условие - Единение".
Почему бы и милым братьям Фосд[икам] не начать собирать вокруг себя молодые, ищущие души. У нас много примеров сейчас, когда сравнительно робкие люди начинали с одним слушателем, а не прошло и года, как у них уже больше десятка. Подкрепляя друг друга, они взаимно возжигают свои огни энтузиазма и вдохновения. Чистая радость вошла в жизнь многих отягощенных сердец. Появилось понимание смысла жизни, а с этим пришла и надежда, и возможность нового строительства жизни. Родные мои, больше читайте Учение и найдите радость претворения его в жизни каждого дня, и все встанет на место, и новые дали откроются при свете огня сердца. Не забывайте ни на минуту, что мы живем в совершенно исключительное время. События поспешают. Новые встанут и будут строить жизнь по­новому. Так, "сердцем читайте Учение. Единение нужно и там, где Учение читается. Одно чтение не есть Щит, должна быть особая радость претворения прочитанного. Каждый человек в течение дня может претворить что-либо из Учения - тогда придет радость Единения!!"
Из новой кн[иги]: "Гармония не всегда удается, если даже словесно и произносится. Обычно заблуждение, что гармония может быть установлена рассудком. Никто не сознает, что лишь сердце является обителью гармонии. Люди повторяют о единении, но сердце их полно колючих стрел. Люди твердят много изречений разных веков о мощи единения, но не пытаются приложить эту истину к жизни. Люди укоряют весь мир за раздоры и в то же время сами сеют разъединение. Поистине, нельзя жить без сердца. Не найти обители гармоничной при бессердечии. Не только себе вредят сеятели разъединения, но они заражают пространство, и кто может предугадать, как далеко просочится такой яд? Не думайте, что достаточно сказано о единении, о творящей гармонии. На каждой странице нужно твердить о том же, в каждом письме нужно помянуть единение и гармонию. Нужно помнить, что каждое слово о единении уже будет противоядием, уничтожая пространственный яд. Так подумаем о благе Единения".
Получаем много сердечных писем от друзей. Спасибо им
всем. Каждое слово сердца так драгоценно. Амридочка тоже наша радость. Каждое письмо ее полно истинной заботы. Шлю ей ласку сердца моего.
Родная моя Зиночка, чую и знаю, как трудно, но все же необходимо научиться хранить спокойствие в самые тяжкие дни. Отгонять нужно силою духа мрачные мысли и сомнения, как самые смертоносные яды. Что может случиться с нами, если сердце наше полно устремления претворить Учение в жизни, если сердце наше отдано Вел[икому] Вл[адыке]? Претворение Учения в жизни и есть тот Несокрушимый Щит, который сопутствует нам на всех путях наших. Без претворения Учения в жизни разве может жить любовь в сердце? Нет, она будет лишь лицемерием. Так пусть все сеющие мрачные мысли недоверия и сомнения устыдятся. Тяжка Карма таких шептунов. Мрачные мысли - удушители магнита сердца. Подавленность есть величайшее оскорбление, наносимое Вел[икому] Вл[адыке], ведущему нас по пути Света и радости. Потому, родная моя Зинуша, воспрянем духом и приложим лучшее умение наше, но не будем чрезмерно печаловаться, если не все понимают сущность происходящего. Исполним наш долг и претворим Учение в жизни.
Знаю, как может магнит сердца Зиночки привлекать! И
сейчас зазвучал этот магнит в словах, написанных о нашем незабвенном друге Фел[иксе] Ден[исовиче] Лукине. Спасибо, родная, за эти строки, полные сердечного огня. Знаю, как они будут оценены.
Так и Модрочке шлю все мое устремление к строительной
работе. Ей много дано, и потому хочется видеть способности ее, приложенными в жизни. Модрочка, приложить нужно старания, нужно торопиться слагать основу новой твердыни. Подбирать нужно молодых. Нельзя сразу ждать толп последователей, для всего нужно потрудиться, и как еще потрудиться! В чем же подвиг жизни, как не в преодолении трудностей! Так встретим новый год с твердым решением претворить Учение в жизни и трудиться во имя Вел[икого] Вл[адыки] на Общее Благо. "Истинно, Учение Жизни является пробным камнем. Никто не пройдет мимо, не показав свою сущность. Кто возрадуется, кто ужаснется, кто вознегодует. Так каждый должен показать, что творится в глубине его сознания. Не удивляйтесь, что реакция Учения так различна и ярка. Нарада высекал такие же различные искры из сознаний человеческих. Если кто-то не может вместить устоев справедливости и нравственности, пусть он проявит свою негодность. В явной формуле пусть возможно менее останется масок лицемерия, пусть проявится дикость, ибо она не может долго пробыть под одеждою притворства. Так пусть же возликует молодое сердце, оно может явить себя в радостном восхождении. Так пусть мера Учения будет и показанием деления человечества. Зло и добро должны различаться, но такое распознавание дается нелегко".
"Человек спасенный мнит себя погибшим. Уже погибший
думает, что он победил. По всему миру ползают недомыслия. Наяву люди окружены призраками. Можно усмотреть безумие целых народов. Учение может открыть многие глаза и напомнить о нерушимости основ".
"Предостерегайте, чтобы не злословили на Высшие Силы.
Безумцы не понимают, что мысли их преломляются о мощные Лучи и поражают самих безумцев. Если они и не падают немедленно мертвыми, это еще не значит, что организм их не начал разрушаться. Своя же стрела найдет зачаток язвы и вызовет ее наружу".
Утверждаю, что явлений много, но люди так слепы и не
видят хлеб приготовленный. Люди не хотят признать то, что всеми силами уже Приближается. Пусть на перепутьях странники поют о сужденном Братстве.
Родные мои, шлю Вам всю любовь и ласку и устремляюсь
сердцем к единению. Прошу передать милым Фосдикам мою радость их заботе.
Сердцем с Вами,
Е.Р.
Сон мальчика всполошил Нахаловку
Семилетний Алеша
привлекает массовое паломничество
В Нахаловке, в семье Полякова, проживающего по Варшавской ул. в д. № 51, на днях произошел случай, породивший много толков среди жителей города.
Семилетний мальчик Поляков Алексей, ученик второго начального училища, видел следующего содержания сон.
Мальчику накануне праздника Введения Пресвятыя Богородицы приснилось: Алексей увидел в небе ярко горящую церковь с золотыми крестами на куполах. Против этой церкви находился большой дом, из которого вышел окруженный большим количеством народа человек, одетый в одежду, похожую на одеяние первых русских царей.
Колокола храма звонили пасхальным звоном. Позади человека, влево от него, крутилось огненное колесо, искры, исходившие от колеса, угрожали поджечь светлого мужа и его свиту, но в самый опасный момент откуда-то раздался громкий голос; он предостерегал: "Не подходите близко к огненному колесу".
Тот же голос говорил: "Это Россия и ее судьба".
Купола церкви были без крестов, наподобие того, как изображается художниками-иконописцами "Горний Иерусалим". Церковь была, как бы покрытая инеем.
Мальчик Алексей Поляков на рисунке для родителей и посторонних лиц изобразил, как ему представилось во сне видение.
О чудном сне мальчика сообщено арх. Мелетию.
12.II.37
Родные наши, сейчас особенно устремляем мысли к Вам. Шлем Вам спокойствие и мужество. Не будем устрашаться злобными утеснителями, которые и сами действуют гонимые страхом. Скажем им: "Не запугаете". Ведь все Учения прежде всего были направлены на то, чтобы воспитать в учениках бесстрашие. Без этого качества никакое продвижение на духовном пути
невозможно. Мы знаем, что никто и ничто не может противостать Высшей Справедливости и Высшему Решению. Оно совершится, но действие может быть ускорено или задержано, и не столько внешними обстоятельствами, сколько нашим внутренним, духовным состоянием. Ни на минуту не забывайте, родные, что успех и все возможности именно в Ваших и наших руках. При истинном единении сердец доступна и Высшая Помощь. При наличии такого
мощного рычага взаимопомощи все становится возможным. Потому проявим спокойствие, устремимся к сотрудничеству и, главное, будем действовать и строить. Не скрою, очень огорчилась, что Общество не могло осуществиться. Как мы уже много раз писали и как было Сказано: "Именно Общ[ество] должно было стать выразителем общественного мнения. Оно нужно прежде всего Вам для контактов и привлечения новых людей". Оно нужно также и потому, что злоумышленники стараются подорвать авторитет Ф[уямы]. Они известили брит[анское] прав[ительство] о комм[унистах] и в то же время посылают в другую страну статьи Поула о белой гвардии*. Конечно, значение доносов невелико, но нужно знать. Также они готовы разрушить значение картин, чтобы нанести хотя бы какой-то вред. Мы на дозоре, но пусть друзья помнят, куда направляется зло. Они пусть помнят, что трое не спят. Мы потому и просим о Единении. Мы помогаем везде, где примут помощь".
Да, родные, мы должны помнить, что как некоторые
насекомые и пресмыкающиеся предпочитают гибнуть, лишь бы укусить и выпустить яд, так же точно и служители тьмы готовы на самые неприятные последствия для себя, лишь бы сотворить ядовитое зло... Этот параграф из Учения вполне приложим к трем злоумышленникам... Так, трое не спят. Проявим и мы необычную зоркость и находчивость. На чем же будем изощрять все способности свои, как не на трудностях?! Но как облегчаются они, когда Заветы Учения и Жизни горят в сердце! Итак, не будем устрашаться нагнетению этих дней. Без напряжения центров, или психической энергии, или устремления невозможны никакие накопления, следовательно, и продвижение, и успех.
Родные, очень прошу Вас, припомните все советы, посланные
за последние полтора года. Необходимо выполнить хотя бы часть их. Уже много затруднилось вследствие отложений. Пройдет еще год, и то, что было легко вначале, станет еще труднее. Люди легко забывают. Каждое дело, каждое начинание требует к себе непрестанного внимания и ухода. Спорадические действия ни к чему не приводят, нужно неуклонное систематическое поступательное строительство.
Как болит сердце, что Комитет Защиты, можно сказать,
почти что не существует, ибо не слышно, чтобы участники его собирались для обсуждений фаз дела. Из предполагавшегося Комитета Друзей тоже ничего не вышло. Комитет Пакта растворился. Общество отложено, группы Жив[ой] Эт[ики] не собираются. Agni [Yoga] Pr[ess], вероятно, не осуществится, но последнее не так страшно, ибо можно печатать и от рижск[ого] Изд[ательства].
Родные, не для упрека пишу все это, но так хочется, чтобы
Вы удержались на волне общественного внимания. Если трудно завоевать себе общественное положение, то как легко утерять его, если не будут приложены усилия к планомерным поступательным действиям. Родные мои, расширяйте круг друзей Ваших. Для этого у Вас имеется такое мощное средство, как кн[иги] Жив[ой] Эт[ики]. Пользуйтесь ими. Не знаете, где и когда взойдут так посеянные Вами зерна.
Не забывайте и старых друзей. Навещайте Стоу.
Поддерживайте его симпатии к делу. Умейте показать, как нарастает и ширится культурная деятельность Р[ериховского] Общества в других странах. Сколько людей тянутся к Свету Учения Жизни! Да, родные, несмотря на грозные времена, всюду вспыхивают светлые знаки, не говоря уже о стране, где происходит такая радикальная чистка. Радостно наблюдать, как нарастает волна здравого смысла и жажда строительства. Да, все события лишь послужат на пользу Новой Страны. Потому, несмотря ни на что, радостно на душе, зная близкие сроки. Счастливы были получить подтверждение, что Эми и семья ее вне опасности. Шлю ей, Амридочке и Инге мысли сердца. Недавно слышала, как Вл[адыка] звал Амридочку. Много ласки было в
голосе. Пусть будет ей светло. Пусть радость придет.
Огорчены были узнать, что Флор[ентина] проиграла дело. Но
не удивляемся, ибо с таким адвокатом ничего другого и ожидать нельзя. Присутствовала ли сама Фл[орентина] на суде? Также опечалились сообщением о болезни Дона. Бедняга; шлем ему мысли укрепляющие. Очень прошу передать мои самые сердечные пожелания милым братьям Фосдикам.
Родной мой Авир[ах]. Очень трогает меня, как Вы
поддерживаете единение и горение сердца в Ваших милых ученицах. Прекрасна мысль читать одновременно всем те же самые параграфы Учения. Хорошо при этом записать и мысли, которые являлись при чтении их, и обмениваться ими. Привожу Вам полезный Совет, кажется, я не пересылала его Вам.
"Полезно советовать друзьям, чтобы они в определенный час посылали добрые мысли. В таком действии будет не только укрепление доброжелательства, но и дезинфекция пространства - последнее весьма необходимо. Ядовитые эманации не только заражают человека, но и осаждаются на окружающих предметах. При этом такие осадки весьма трудно изгоняемы. Они могут сопровождать предметы и на дальние расстояния. Со временем будут различать ауру таких зараженных предметов. Пока же чуткие люди могут ощущать на себе воздействие таких наслоений. Добрые мысли будут лучшим очистителем окружающего. Утверждение посылок добра будет еще сильнее, нежели очистительные ароматы. Но следует приучаться к таким посылкам. Они могут не содержать определенных слов, только направляя доброе чувство. Так среди обычной жизни можно творить много добра. Каждая такая посылка как молния очищающая".
Очень прошу Кл[айд] и Дор[ис] посылать такие добрые мысли Вам, родной Ав[ирах]. Именно в определенный час. Вам они очень нужны, ибо могут быть направления темных сил из-за Вашей кровной связи с белокурой. Ведь связь эта еще не совсем нарушена. Конечно, Рука Ведущая всегда покроет Щитом от большого зла, но могут быть разные нападения, чтобы нанести хотя бы малый ущерб. Счастливы были узнать о чудесном спасении Вашем. Так, родной, будьте и сами очень осмотрительны. Мысленно два, три раза в день окружайте себя неуязвимою бронею психической энергии. Я довольно часто вижу белокурую в образе змеи. Она всегда устремляется на меня, но ужалить не может. Получила трогательное письмо от Дор[ис]. Столько любви в нем к Вам, родной, и Кл[айд]. Радостно сознавать это единение сердец. Именно так - Ваше внутреннее, не внешнее, единение. "Как противно каждое несправедливое осуждение, так и лицемерная личина будет показателем притворства и болезни ауры".
Получила и вторую посылку "Аум" и "Мир Огненный". Но
сейчас не могу просмотреть. Все еще целыми днями сижу за "Т[айной] Доктр[иной]". Передайте, пожалуйста, милой Дор[ис], что ввиду моего слабого зрения я очень прошу ее употреблять яркую ленту. Это мне значительно облегчит работу. Пишу это на будущее, ибо до сих пор присланные ею страницы переписаны превосходно.
Зиночка сообщила мне, что найденные тетради находятся у
Вас. Я просила ее описать мне подробно, что это за тетради, и также, если это тетради Уч[ения], сообщить год, месяц и число их написания. На каждой первой странице я ставила эти числа. Но вот уже две почты прошли, и я тщетно жду столь важного для меня осведомления. Потому, родной, очень, очень прошу Вас немедленно исполнить эту мою просьбу. Мне чрезвычайно важно знать это.
Сейчас пришла дальневост[очная] почта. Принесла много
добрых знаков. Один из корреспондентов пишет, как на каждом шагу ему приходится убеждаться, сколько людей, особенно среди молодежи, звучат на культурные и духовные начинания в связи с Р[ерихом]. Также поразительно, как быстро враги выявляют свою
личину и выдают своих инспираторов! Потому все их действия вызывают совершенно обратный результат. Приходится еще раз сказать: хвала врагам! Ведь и в больших размахах все полезное совершается под знаками угроз врагов. Потому вооружимся терпением.
Очень горевали, читая об ужасах, переживаемых в Америке. Надеемся, что опасность дальнейшего разрушения остановлена. Перед этим несчастьем мне было Сказано, что "траурные
герольды показались в Америке". И подумать только, сколько несчастья могло быть предупреждено! Но злая воля пресекла путь вестнику!
"Может ли быть потоп, смывающий целые области? Может ли
быть землетрясение, разрушающее целые города? Может ли быть вихрь, сметающий города? Может ли быть падение громадных метеоров? Все может быть, и качание маятника может увеличиться. Не имеет ли значения качество человеческой мысли? Так пусть подумают о сущности вещей. Она очень близка мысли, и много мыслей устремлено из разных миров. Не будем винить одни солнечные пятна!"
Когда люди научатся отличать причины от следствий, много познается. Но до сих пор люди признают лишь следствия, и даже в самой грубой степени. Никто не желает понять, что между причиной и следствием должно пройти известное время. Когда тонкое сознание познает причины, обычно оно подвергается насмешкам. Грубый глаз еще не видит все происшедшее, и невежды разглашают, что ничего не произошло. Потому пора направить мысли на корень вещей. Но это нелегко, ибо доверие заглушено, и тем самым познавательная энергия приведена в бездействие. Можно назвать много случаев, когда познание может предвидеть причины как начало следствий, но малое недоверие смывает все возможности".
Хаос ревнив и яр. Он захлестывает, где находит малейшее колебание. Хаос не упустит ничего, чтобы прорвать слабую плотину. Можно заметить, что предательства происходят накануне особо полезных действий. Не было случая, чтобы предательства происходили без особых сроков. Когда уже были сложены пути продвижения. Именно тьма и хаос не выносят всего созидательного. Они стерегут пути и ищут, кто способен им помочь. Можно назвать много примеров, но также много показательных действий, когда сердечное единение превозмогло тьму".
Так, родные наши, идите к единению, храните доброту
сердечную и доверие взаимное. Окружаю Вас любовью и лаской. Любите друг друга.
Сердцем с Вами,
Е.Р.
Мусульманский анекдот Ошибка! Источник ссылки
не найден.
четырнадцатого векаОшибка! Источник ссылки не
найден.
"А вор так ни в чем и не виноват?"Ошибка! Источник
ссылки не найден.
У Ходжи украли осла. На следующий день Ходжа, плача, рассказал об этом друзьям и просил их помочь. Выслушав его, они начали подавать ему советы. Один сказал: "Нужно на дверях конюшни повесить замок". - "Ну что там вешать замок на обыкновенную дверь? Какой из этого толк, - заметил другой. - Толкнешь дверь - и она рассыплется". - "А что ты скажешь о
стене вокруг дома? Отчего ее не сделать несколько выше?" - "Да ты живой был или мертвый? Ведь не за пазуху себе сунул вор здоровенного осла? Где ты был, когда он выводил осла из конюшни через двор от дверей, ведущих на улицу?" - "Послушай, я ночью запираю изнутри, а ключ кладу себе под голову. И вор не мог никак сорвать замок и увести у меня коровенку ли, осла ли". Словом, они засыпали Ходжу бесполезными речами, упреками и попреками. Потеряв терпение, Ходжа сказал: "Дорогие друзья, вы
рассуждаете правильно. Но только все это относится к прошлому, а на сегодня от ваших слов пользы нет никакой. Ну посудите сами: вся вина, стало быть, на мне? А вор так ни в чем и не виноват?"
For Sina, Amr[ida], Maur[ice]
23.II.37
Родные мои, ввиду того, что Н.К. пишет Вам исчерпывающе о
всех деловых соображениях, я не буду касаться их сейчас, но
перед новой полосой событий еще раз посылаю Вам сердечный призыв, вернее, мольбу о братском сотрудничестве. Время жестокое, грозные вестники стоят у порога. Ужасен кровавый туман, нависший над землею! Проникнемся серьезностью положения и преисполнимся великой торжественности. Это поможет лучше усвоить, что каждый из приблизившихся к Уч[ению] Жизни обязан напрячь все свои силы для очищения сердца и мышления. Преисполнимся и великою признательностью, ибо, несмотря на неисполнение Указаний и Советов, в минуту грозной опасности Щит Милосердия покрывает недомыслие. Но не забудем ни на минуту, что сужденная победа возможна лишь при выполнении основного условия - сердечного единения среди ближайших. Кто же примет на себя тяжкую Карму разъединителя? Ваше единение сплотит и друзей, и адвокатов. Велик магнит сердечного единения! Докажите, родные, что за 15 лет Вы усвоили основы Учения Жизни. Привожу новые страницы из кн[иги] Уч[ения] Ж[изни]. Вдохновитесь ими, родные наши!
"В основе Братства каждый работает, сколько может. Каждый помогает по мере сил. Каждый не осуждает в сердце своем. Каждый утверждает знание по опыту. Каждый не упускает времени, ибо оно невозвратимо. Каждый готов уделить силы Брату. Каждый проявляет лучшее качество. Каждый радуется удаче Брата. Разве эти основы слишком трудны? Разве они сверхъестественны? Разве они вне сил человеческих? Разве они требуют сверхзнания? Неужели только герои могут понять единение? Именно для вразумления дается пример лучших людей - врача, сапожника, ткача, мясника (примеры эти проявлены в "Добротолюбии" и у Свами Вивекананды), чтобы в разных трудах запечатлеть лучшее мышление. Поверх труда мужского стоит явление женщины. Она ведет, она вдохновляет, она руководит на всех путях, являет пример синтеза. Можно удивляться, насколько быстро она входит в любую область. От земли и до дальних миров она успеет соткать крылья Света; умеет сохранить "чашу" в разных атмосферах. Когда говорим о сотрудничестве, Мы всегда указываем на подвиг женщины. Область Братства есть область Сотрудничества".
"Если даже одиночная психическая энергия является профилактикой физического здоровья, то насколько же мощнее будет влияние объединенной энергии! Смысл Братства заключается в объединении всеначальной энергии. Только расширение сознания поможет познать значение гармонии энергии. На всех планах жизни она проявляет свою благую силу. Наверное, вас не раз спросят - как развивать психическую энергию и как познать полезность ее? Но достаточно сказать, что сердце, устремленное к высшему качеству всей жизни, будет проводником психической энергии. Никакая насильственная условная подвижность на проявление сердечной деятельности не полезна. Сердце - самый независимый орган. Можно дать ему свободу к добру, и оно поспешит наполниться энергией. Также лишь в дружном общении можно получить плоды объединенной энергии. Но для этого необходимо понять, чт'о есть согласие". "Торжественность должна быть подкреплена понятием
Братства. Не должна она оставаться как пустой звук. Утверждать торжественность - значит петь гимны восходящему
Солнцу. Нужно осознать, и какое очищение снисходит при преисполнении целительной торжественности. Все предлагаемые понятия имеют значение и возвышающее, и целебное. Мы предлагаем все, что может укрепить и тело. Не будем думать, что возвышенные понятия являются лишь возвышением, - они составляют и целебные средства, укрепляющие организм. Следует признать силу благих понятий".
"Торжественность должна произноситься при осознании Беспредельности. Некто удивляется, почему книга "Беспредельность" дана раньше последующих частей? Но как же можно понимать "Сердце", "Иерархию", "Мир Огненный" и "Аум", если не предпослано понятие Беспредельности? Все названные понятия не могут быть в конечности. Человек не вместит каждое из них, если не вдохнет зова Беспредельности. Может ли сердце человеческое рассматриваться как низший материальный орган? Ужель Иерархия может быть помещена в ограниченном пространстве? Мир Огненный только тогда засияет, когда пламена его сверкают в Беспредельности. Если Аум есть символ высших энергий, то разве они могут быть ограничены? Так произнесем Беспредельность торжественно".
"Возможно ли, чтобы после величия Беспредельности
следовало говорить о простом земном единении? Если даже и не спросят, то многие так подумают. Но кто же сказал, что земное единение нечто простое? Для понимания его прежде всего нужно познание синтеза. Но такое обобщение может быть лишь при осознании Беспредельности. Не просто земное единение! Часто произносится это слово, но редко оно прилагается к действию. Много ли людей могут сойтись в объединении? Только начало труда приблизится, как найдутся многие поводы к разногласию. Невозможно разъяснить, чт'о есть единение, если нет в сердце понятия Великого Служения".
Родные, пусть книги Уч[ения] Ж[изни] раскрывают наше
сознание и помогут приобрести синтез. Пусть Великий Облик наполнит сердце и поможет лучше понять путь Великого Служения. Помыслим, как нужно охранять каждую каплю энергии Вел[икого] Братства, которое Одно лишь держит равновесие планеты. Поможем там, где мы обязаны и где мы в силах это сделать. Родные, ради Вашего же благосостояния, ради Вашей пользы умоляю сердцем почувствовать необходимость единения. Сколько радости в доверии и устремлении к лучшему выполнению! Родной Авирах, перешлите эти строки Вашим милым ученицам. Шлю им радость сердца моего их устремлению.
Любимые, услышьте призыв сердца и начните новую ступень. Явите магнит сердца, без него никого не привлечь. Люди могут подходить, но лишь сердце может удержать их и дать, и получить пользу. Начиная что-либо, всегда предпосылайте удачу, страшная разрушительная сила заключается в сомнении и недопущении. Так называемые счастливчики всегда полны несломимого радостного устремления и убеждения в достижении намеченной ими цели.
Нужно осознать всю истину утверждения о той творящей
мощи, которая заключается в сердечном устремлении, в убеждении и в доверии к Руке Водящей. Этими качествами мы развиваем в себе великую силу, без которой не только земная жизнь, но и жизнь в Тонком Мире превращается в серое прозябание. Нет хуже яда для разложения всех тонких энергий в нас, чем сомнение, неподвижность умственная и подавленность, или уныние. Лишь кристаллы тонких энергий несут дух в сферы Света и радости. Потому так заповеданы торжественность и восторг духа перед каждым новым препятствием, перед каждой возможностью напрячь свои силы. Радость борьбы есть основная нота бессмертия, основная нота могущества. Нужно радоваться всем видам борьбы, нужно восхищаться бесконечными возможностями сочетаний и творчества. Нужно жить в каждом данном миге, готовясь в то же время для будущего, и не преувеличивать значения падений и разочарований. Какая сила
возникает, когда встречаешь борьбу не только мужественно, но и с радостью. Запомним, родные, что как в духовном, так и в материальном мире нужно иметь радостное дерзновение, чтобы иметь успех.
Так в Единении устремитесь, в радостном и светлом дерзновении к новым действиям, к новому строительству для одоления всех препятствий. Пусть радость и торжественность пребудут с Вами.
Сердцем с Вами,
Е.Р.
Доверительно
Зин[е] и М[орису]
Можно прочесть и Амридочке
29.III.37
Родная моя, любимая моя Зиночка, посылаю письмо Н.К. к Фосдику. Прекрасны все мысли, выраженные в его проспекте. Пусть следует намеченным линиям. Пусть не настаивают на какой-либо одной, ибо в процессе работы нащупается и отберется все наиболее приемлемое и жизненное. Шлю им все устремление сердца моего в помощь их благой работе.
Как правильно Дедлей характеризует все происходящее
сейчас у реф[ери]! Приходит на ум, может быть, нелепая мысль - почему бы кому-либо из них не повидать автора кн[иги] "Here is too crime". Автор ее - известный криминал[ьный] репортер и написал эту книгу по поручению attorney-general Кеммингса, если не ошибаюсь. Хорошо бы прочесть эту книгу и повидать автора, чтобы рассказать ему о происходящем судоговорении, о нашем case. Возможно, что это ничему не послужит, но, может быть, польза лишнего оповещения произойдет. Совершенно не настаиваю на этом, ибо книгу эту не читала, но слышала лишь от Св[ятослава], что, судя по отзывам в америк[анских] журналах, книга очень интересна и, видимо, произвела большое впечатление. Конечно, из такой кн[иги] можно всегда почерпнуть много полезных сведений для культурной работы, ибо необходимо осведомлять широкую публику о происходящем усилении преступности, чтобы остановить вовремя разложение всех устоев страны.
Родная моя Зиночка, конечно, мы ясно понимаем и видим все положение и все обстоятельства. Зиночка понимает, что в общих письмах я не могу высказать всей боли, накопившейся в сердце, видя, как не принимаются Советы спасительные, чувствуя все пренебрежение к самому основному и все накопившиеся обиды самости, которые всегда так вредили всем делам! Зная характер и исследуя ауру, вижу, как осторожно нужно прикасаться к некоторым болезненным наростам. Потому и стараюсь писать осторожно, никого не выделяя. Сердце мое с Вами и Амридочкой, которая так помогает во всем. Не знаю, что и было бы без нее! Родные, доверяйте ее сердцу. Выкажите ей все внимание, она заслуживает его. Также и Брат очень нужен и держится только ею.
Между прочим, я была бы очень признательна Зиночке за пояснение, о чем именно Милл[ер] просил нас? Я знаю, что он разочаровался в вере, увидя разъединение и слабость фронта, но в чем заключается его предательство, остается нам неясно. Переговоры о соглашении помогли затянуть дело, а нам сейчас нужно всячески и везде затягивать, конечно, не показывая противникам, что мы этого добиваемся. Также не получила я от него письма, упомянутого им в беседе с Зин[ой]. Что произошло со Скоттами? Нет ли там скрытого влияния и Рамб[овой]. Она - сущность трудная, и ее нельзя задеть или ожесточить. Можно порадоваться, что прошлая Карма Св[ятослава] с нею закончилась.
Также не следует забывать Стоу; нужно посещать его.
Кажется, Ав[ирах] имел с ним добрые отношения, пусть навестит
его. Пусть Стоу видит, что мы дорожим им. Не следует, чтобы у него сложилось впечатление, что лишь одна Франц[ия] ценит его участие и делится с ним о происходящем. Недавно послали ему письмо. Также прошу Зин[у] передать мой самый сердечный привет Флор[ентине]. Спасибо за ее полезную работу, за оповещение друзей о совершающемся злодеянии. Большим ударом была для нас отсрочка в уплате за картин Арс. У нас все готово, и мы лишь ждали адреса, по которому лучше отправить. Не знаю, что и будет, но надеюсь, что Помощь Высшая придет. Расход по поездке в Карачи огромен. Было Указано, чтобы и Свят[ослав] ехал с Н.К. Он ведь лучше всех знает все подробности дела. Трудно было бы нам без него. Надеемся, что и конс[ульство] окажется не таким малокультурным, какими мы привыкли их видеть. С ужасом читаем о всем происходящем в Вашей стране. Да, "там, где Вестник Благих Сил унижен, там спросится со всей страны". Истинно, Помощь Высшая отлетела, и страна избрала путь труднейший. Вспоминается, как никогда, Сен-Жермен с его предостережениями, которые так же легкомысленно были отброшены теми, кого они больше всего затрагивали. Родные мои, все переживем, ибо события поспешают. Только бы продержаться два, три года, а там - новые подвижки. Наблюдайте, как Карма настигла некоторые страны! Как неумолимо разлагаются те, кто мечтали лишь о разрушении других.
Родные, берегите здоровье. Конечно, у Ав[ираха] было
огненное явление, и хорошо, что не удалось уложить его в больницу. Подобные внезапные подъемы температуры, продолжающиеся иногда месяцами, наблюдаются довольно часто. Обычно доктора не понимают причины таких лихорадок и даже иногда отказываются лечить. Так было с одним молодым человеком в Риге. Лихорадка достигала 40 градусов и больше, и, не спускаясь, продолжалась более 2-х месяцев; были созваны все лучшие доктора, но они не могли нащупать причину и, наконец, попросили отца взять больного из больницы. Отец пригласил тогда д-ра Лукина, и тот поставил его на ноги через несколько дней, давая ему соду и розы с мускусом. Имейте в виду, что это драгоценное средство лучше всего помогает при лихорадках. Именно, ничто так не помогает, как конденсация психической энергии и сода, тушитель воспалительных процессов. Берегите себя, родные. Стройте мысленное ограждение от нападений злобных сил.
Должна кончать, ждет спешная работа. Указано спешить во
всю с "Т[айной] Докт[риной]", чтобы начать корректуру "Аум". Как приняла Франс[ис] весть о переводе г[-ном] Гартнером кн[иг] Учения? Это было неизбежно. Подумать, что за 15 лет она не удосужилась научиться читать и понимать русский язык! А ведь ее мать отлично говорит по-русски. Родные мои, обнимаю Вас от всего сердца и шлю всю ласку и нежность мою. Берегите себя.
Сердцем и всей душой с Вами,
Е.Р.
Доверительно
Р[адне] и Амр[иде]
24.VI.37
Родные и любимые Радночка и Амридочка, выразить не могу,
как больно узнать, что Школа должна была отказаться от кооперации с драм[атической] группой. Как чудовищны интерпретации законов, способствующих только разрушению. Ждем привхождения ясного и несвязанного ума, который мог бы без предубеждения широко охватить и понять все плюсы и минусы Вашего и нашего положения и нащупать необходимые ориентации в некоторых кругах. Ведь ни один из наших publ[ishers] не может этого сделать. Потому так приветствуем появление Генри. По сообщенным Вами деталям, он может дать именно более
правильное и широкое освещение всего дела. Без него некоторые лица, вероятно, не смогут освободиться от наброшенной на них майи Эрнстон и комп[анией] и выйти из своего узкого поля наблюдения и малой осведомленности. Имею в виду и Тр[удного] Чел[овечка], и ее близких. Конечно, и Генри тоже необходимо дать некоторые биографические и библиограф[ические] данные о Н.К.; также полезно ему перелистать хотя бы messages за 29-ые - 30-ые годы, там много выдающихся имен.
Спасибо от всего сердца родной Амридочке за то, что она
так блестяще выполнила столь важное Указание. Необходимо движение в деле. Радуемся всем Вашим посещениям. Конечно, некоторые уже запоздали, но все же известная доля пользы получается. Также не следует сразу ждать следствий от каждого посещения и разговора. Следствия работают очень многообразно. Иногда одно слово, произнесенное в защиту или в одобрение, может спасти человека от смерти. Главное - нужно движение. Родные мои, знаем, сколько тягостного приходится
испытывать при обхождении Трудного Человечка. Эти тягости нам хорошо известны. А сколько их было, и не перечесть! Ведь и драма, которая разыгралась, когда она узнала о посещении Гл[авы] тремя апостатами, усложнила и ускорила разрыв. Пытка себе и другим подобные характеры. Особая ненависть трио направлена именно против нее и всей ее семьи, пусть не делает себе никаких иллюзий. Трио не могло мне простить, что я встала на ее защиту. Они до сих пор не знают, что принятие и подписание П[акта] произошло вовсе не через ее друга, который наивно изумлялся легкости своих достижений. Со временем многое что раскроется. За несколько недель до апрельской драмы я видела, как Трудн[ый] Чел[овечек] в ярости хотел сжечь на огне весь мой труд, символизированный толстой тетрадью, но мне удалось все же спасти его.
Спасибо, любимые, от всего сердца каждому широкому
оповещению и правильному оповещению происходящего. Трио неустанно работает на широкое клеветническое оповещение. Конечно, их методы грубы и нередко имеют обратное действие, но все же они сеют смуту в колеблющихся умах, потому наше молчание может быть вредным. Ждем с величайшим напряжением Ваших писем, родные наши, с описанием дальнейших шагов и советов Генри. Мы уже телеграфировали Вам, что каждое его участие приветствуется нами. Но ввиду того, что обстоятельства так быстро меняются и мы не знаем всех условий, на которых он может войти в дело, нам очень трудно настаивать. Конечно, дело Музея значительно, и его участие в нем может мощно повлиять и на другие дела. Потому ждем Ваших решений на посланное нами принципиальное согласие.
Зиночка глубоко права, что нам, находясь вдали, особенно тяжко, ибо дух наш рвется быть с Вами и действовать. И порою устремление это так сильно, что мы чувствуем головокружение, моменты полного отсутствия и затем исчерпанность всех сил. Эти явления всегда совпадают со значительными подвижками или событиями. Тяжко мне видеть, как страдает Н.К. от бессмысленного разрушения. Недавно видела в видении его светлую голову в увеличенном размере, он пристально смотрел на меня, и из левого глаза катилась крупная скорбная слеза, оставляя на щеке серебристый след. Да, напряжение его велико. Так же и Юр[ий], и Св[ятослав] стремятся приложить свои силы в действии. Св[ятослав] особенно близко к сердцу принимает все творимое в Ам[ерике]. Но дисциплина прежде всего, и нужно выдержать срок, иначе все можно погубить. Ведь знание сроков есть самое великое знание. События и так следуют с сокрушительной быстротой, и Знамя Пр[еподобного] Сергия поднято. Потому не приходится изумляться всем сдвигам. Да, серебряная слеза есть символ высокой степени готовности к испытаниям. Она напоминает о нити серебряной и о чаше терпения. Как Сказано: "Символ слезы для чаши терпения не будет случайным. Трудно удержать свое негодование, когда
видишь разрушение бессмысленное. Часто по серебряной нити сердца бежит жалоба на жестокость людей. Учитель нередко пошлет Луч Света, чтобы можно было заглянуть в даль. Только телескоп духа может покрыть суждение...". Да, лишь знание грядущего поддерживает наши силы. Ибо не враги утомляют и беспокоят нас, но невероятно тяжко нам отягощать друзей, зная, что все так напряжено и у них. Сколько помощи видим от Вас, родные! Только будущим живем, когда сможем выказать Вам нашу признательность. Сейчас у Юр[ия] развивается замечательное проникновение в дела Нов[ой] Страны; за несколько дней он знает, что там произойдет. Нужно благословлять этот дар, в жизни он ему так пригодится, и что особенно отрадно, что он принимает все эти Указания в полном доверии. Св[ятослав] тоже очень чуток, но он больше звучит на ам[ериканские] дела. Сейчас он пишет портреты Н.К. Ему было Указано написать четыре в натуральную величину. Два уже написаны, и прекрасно. Третий в работе, и думаю, что выйдет еще лучше предыдущих. Также начал делать по памяти наброски с Амр[иды]. У него есть несколько фото с нее. Особенно люблю в соломенной шляпе, сделанный в Швейцарии. Нужно сказать, что он сделал огромные успехи. Радостно видеть, как зреют его талант и мысль творческая. Итак, мы имеем и Леонардо*, и Тициана. Не помню, писала ли я Вам, как близки Св[ятослав] и Тициан.
Не знаю, писала ли я Вам, что наш друг Гаральд
Ф[еликсович] подвергся гонению со стороны лиц, стоящих во главе медицинского департамента. Как Вы знаете, Гаральд начал практиковать вскоре после смерти отца, и сейчас у него уже перебывало до 5000 больных. Он вылечивал там, где все доктора отказывались из-за безнадежности случая. Конечно, все это вызвало страшную зависть со стороны коллег, и так как он лечит своими и отцовскими средствами и отвергает всякие патентованные лекарства, то они решили его просто-напросто обвинить в незаконной продаже лекарств и в знахарстве за его склонность к гомеопатии и подали на него в суд. Ополчившиеся против него врачи все занимают самое видное положение, и один даже состоит в тесных дружественных отношениях с членом или с главою пр[авительства]. И так как и отец его всю жизнь подвергался гонению, то, конечно, многие были настроены крайне пессимистично еще ввиду особого положения (военн[ой] дикт[атуры]) в стране. Но наш друг оказался достойным сыном своего отца и ничем не смутился, но сейчас же начал действовать. Направил друзей к влиятельным лицам, а сам объехал лучших адвокатов. Не без интереса отметить, что все они сказали ему, что у него ни малейшего шанса выиграть это дело перед судом. Кроме того, дело было поставлено так, что повестка явиться в суд была послана совершенно неожиданно, накануне слушания дела, чтобы не дать времени подготовиться. В день получения он немедленно поехал к новому адвокату из более прогрессивных. В тот же день ему удалось повидать его, но и тот сказал, что пункты, по которым его обвиняют, очень тяжки, но все же тут же дал несколько указаний для немедленного действия.
Кроме того, все осложнилось назначением самого грозного и ретроградного судьи. Но обстоятельства так сложились, что грозный судья не мог появиться в суде и его заменил другой, очень интеллигентный судья. Адвокат прекрасно изложил все дело, и результат был тот, что Гаральд был оправдан!!! Можете представить себе нашу радость. Конечно, департамент в продолжение двух недель может обжаловать решение судьи, но вот уже прошло более двух недель, и мы не слышали о возобновлении. Но самое замечательное в этом деле, что тогда как адвокаты и многие друзья предсказывали неудачу, сам Гаральд находился в повышенном, радостном настроении. Когда сочувствующие спрашивали, каково его настроение, он отвечал: "Самое львиное!" Его письма ко мне за этот период полны такой
радости сразиться с врагами за правое дело, такой веры в победу, что, конечно, эта волна психической энергии притянула к нему все симпатии и дала возможность произвести чудо. Ведь провал дела грозил ему захватом его ценнейшей аптеки и запрещением практики. Как он писал мне во время нападений: "Опять должен сказать - да благословенны препятствия, дающие нам возможность скорейшего роста. Как ни странно, но чувство такое радостное, что так и кажется, что полетишь в синюю даль. А у меня ведь есть Изображение В[еликого] Вл[адыки], и это я никогда не забываю. А также знаю, что если только сумею воспринять хотя бы маленькую частицу того, что Оно дает, то крылья вырастут наяву, и действительно может оказаться, что мои враги, судя по тому, какие возможности они мне дадут, будут моими друзьями... Произойдет ведь только сужденное, только своими силами каждый из нас должен завоевать данные возможности. Хотя иногда путь может оказаться уж очень тернистым, но через тернии светит яркая звезда светлого будущего... Не может быть грустно человеку, знающему, что у него есть такой Водитель, как Вы, Ел[ена] Ив[ановна]. Ведь это такая радость, через которую тернии совсем незаметны...". Вот, родные, эта вера в В[еликого] Вл[адыку] и перенесла
его через страшную пропасть. Истинно, нужно помнить ежесекундно о Высш[ей] Помощи, и тогда ничто не страшно. Замечательно и то, что при своей несломимой вере в победу и в Руку Водящую он не оставил ни одного камня не перевернутым. Успел объездить влиятельных людей, собрал сотни подписей от своих больных, одним словом, сделал все, что было в его силах. Пишу Вам это, родные, чтобы Вы порадовались вместе с нами о таких светлых воинах и еще раз убедились, как исполнение Совета и, главное, устремление сердца побеждает все. Наша психическая энергия, излучающаяся мощно при таком устремлении, дает возможность и Вам сотворить чудо, ибо такая энергия может ассимилировать посланную ей в подкрепление энергию Высшую. Во всем нужно взаимодействие, именно это основное обстоятельство так часто упускается из виду.
Сейчас пришла телеграмма от Амр[иды] с запросом
относительно выступления с делом Эвел. Конечно, Генри, при его опытности и, главное, понимании сущности Гл[авы] и прочих пол[итических] соображений, может быть очень полезен. Сказано, что "при его опытности может получиться полезное строение, но нужно, чтобы он очень изучил все дело. Кроме того, он всегда может тянуть дело". Из того, что постоянно упоминается протягновение, можно видеть, как это важно. Если Вы, родные, решите выступить с делом Эвел., пусть Генри приготовится очень охранить ее. Конечно, кто поверит наветам уличного вора, но все же должны быть приняты меры. Конечно, в Ам[ерике], видно, все очень привыкли ко всевозможной клевете, ибо даже обвинения в шпионстве никого не возмущают, и инициаторы этой гнусности остаются охраненными законами страны. Хорошо, если у Генри есть в распоряжении аппарат печати и свои особые пути. Конечно, он отметит и необычную дружбу официального лица с фирмою Х. и Роз. Ведь это одно уже дает ему карты в руки. Теперь родные, чтобы пояснить Вам еще раз, почему Советы даются иногда в намеках и не в определенных Указаниях, приведу параграф из новой книги:
"Для одних Наши Советы - посох надежный, для других ­несносный груз. Одни примут Совет как нечто долгожданное, но другие в каждом Совете найдут повод к недовольству. Не может человек понять, насколько Совет должен сгармонизироваться с его сознанием. Нельзя применить многие полезные действия именно лишь по причине отвергания их. Добро не живет с отверганием. Добро имеет дверь открытую, ему не нужны замки. Только в Братстве можно научиться открытости и сокровенности...".
Так, родные, только если Совет принят в нашем сознании в полной готовности выполнить его, Совет получает
подтверждение. Если есть хотя бы малое сомнение в правильности его, лучше отложить. Помните Совет поехать с письмом к Куз. Друзья отвергли мудрость этого шага, и Совет больше не повторился. Свободная воля охраняется всем Братством. Потому следите за даваемыми Намеками, но пусть эти Намеки срастутся с Вашим сознанием. Родные наши, додержимся в полном единении и устремлении до победы.
Каждый Совет, каждый Намек на пользу дел - так и примем и явим самодеятельность в приложении и понимании. Родные мои Зиночка и Амр[ида], сердце мое так устремлено к Вам и полно самой нежной любви. Сейчас получилось письмо от миссис Ман, [она] приводит места из письма миссис Меррик.
Вот Вам уже и польза от нее. Радовалась, что она оценила посланных к ней вестников. Привожу эти места в письме к Амр[иде]. Надо кончать, ибо почта уходит и моя машинка испортилась.
Еще раз обнимаю Вас, родные, и шлю всю любовь и веру в
Вас.
Сердцем с Вами,
Е.Р.
Доверительно
Радн[е] и Амр[иде]
28.VI.37
Родные и любимые, счастливы новому развитию дела. В связи
с этим хочу привести из книги "Братство" вошедшее в нее 27-го июня: "Чем сильнее Свет, тем мрачнее тьма", и это речение непонятно. Между тем его нужно принять просто. Не следует думать, что тьма возрастает от Света. Свет обнаруживает тьму и затем рассеивает ее. Носитель Света увидит и мрачные тени, которые исчезают при приближении Света. Робкие полагают, что тьма обрушится на них, - так мыслит робость; и дрожит светильник в руках ее, и от трепета страха оживают и кривляются тени. Страх во всем плохой советчик.
Неофиты Братства испытываются на страхе. Им покажут самое безвыходное положение и ждут, какое решение изберет испытываемый. Мало кто подумает: "Чего ужасаться, когда за нами Братство?" Именно такая предпосылка освобождает от страха и озарит свободно полезное решение. Но чаще всего, прежде чем подумать о Братстве, человек успеет и огорчиться, и раздражиться, и наполниться империлом. Не будет полезно обращение от наполненного империлом. "Свет истины - свет мужества, свет преданности рассеивает тьму" - этими словами начинается устав Братства.
Так приветствуем каждое мужество. Сказано: "Амр[ида] идет мужественно и хочет помочь". Сердце ликует, чувствуя заботу о Делах Вл[адыки]. Спасибо, родные. Пусть дело примет должные размеры. Клеветы нечего бояться, ибо они все равно сеют ее,
и, как Сказано, много шире, чем на суде. Но не будет допущено вреда. "Мужество и есть духовность".
Так, дело вступит в новую светлую и победную полосу. Чем шире, тем лучше. Теперь можно оценить наведение свободной воли на правильное решение. В добрый час! Великая радость живет в сердце, ибо понято значение этой борьбы.
Тороплюсь отправить с уходящей почтой. Шлю Вам всю любовь, всю признательность нашу.
Сердцем с Вами,
Е.Р.
Из письма полк[овника]Ошибка! Источник ссылки
не найден. Н.В.КардашевскогоОшибка! Источник
ссылки не найден.
А.В.Руманову, 1937 г.Ошибка! Источник ссылки
не найден.
...Думается, что из всех больших людей Н.К.Рерих один из
замечательнейших. Если современность недостаточно оценила его, то история поставит Рериха на пьедестал, может быть, самым видным из выдающихся деятелей XX века.
Великий художник с мировым именем, мыслитель, глубочайший философ,
тонкий политик и мощный организатор - таковым представляется Н.К.Рерих. В нем сочеталась мудрость Востока и культура Запада.
Учитель человечества, он не уступает гению Толстого. Под мастерским
пером его создались многочисленные тома его трудов, долженствующие стать настольными для каждого образованного человека. Пакт Рериха есть апофеоз мысли гуманиста и великого борца за искусство. Это руководство для глав государств и их полководцев.
Н.К. - личность неповторимая. В частной жизни Рерих поражает своей необычайной скрытностью, удивительной простотой и замечательной отзывчивостью. Он весь проникнут любовью к человечеству. Каждое его слово поражает точностью и обдуманностью.
Сколько удивительных учреждений создано Н.К., и немного примеров,
чтобы при жизни еще имя великого человека было бы закреплено Музеем его произведений. Как путешественника имя Н.К.Рериха возможно сочетать с именем Марко Поло. Думается, что наступит время, когда открытия Н.К. через Трансгималаи будут носить его имя.
Эпопея похода Н.К.Рериха через Тибет величественна. В ней он показал
себя путешественником громадного опыта, и лишь благодаря его крупным дипломатическим дарованиям, военному таланту и той энергии, которой он поддерживал в тяжелый час дух участников экспедиции, она не погибла. Телеграмма Н.К. Президенту Соединенных Штатов, есть документ исторический, в котором выявилась во весь рост фигура Н.К. Телеграмма - рапорт о благополучном выходе экспедиции в пределы Индии...
Доверительно
9.IX.37
Родные и любимые мои Радночка и Амридочка. Снова сердце
глубоко тронуто неусыпною заботою близких сердец. Спасибо родные! Поблагодарите и обнимите от меня и милых членов кооператива Инге, Спенсера* и Фосдика. Знаете, родные, как ценим Вашу помощь. Сердце болит, зная Ваши трудности. Находим мужество принимать помощь друзей, ибо полагаем все решительно на пользу дела. Вы знаете, родные, как устремляемся к строительству. Ведь каждый из нас, не говоря уже о невероятном напряжении Н.К., стремится приложить накопленные знания. И чем ближе время, тем мучительнее ожидание. Знаки уже вспыхивают на всем пространстве планеты, но нужно еще выждать некоторое время. Сердце так устремлено к несению подвига, к строительству.
Родная моя Амридочка. Мы запросили Вл[адыку] о
Сп[енсере], и Ответ пришел: "Мальчику можно предложить или инженерное дело, или кооперативное, связанное с сельскохозяйственными делами". Понимаю это Указание, что по этим двум линиям он может быть успешен, но следует предоставить ему самому избрать ту отрасль инженерного искусства, которая ему ближе. Кооперативное построение, несомненно, будет развиваться во всех странах и наиболее насущное, конечно, то, которое связано с агрикультурой. Пусть Сп[енсер] проверит себя, что ему ближе. Время еще есть. Спасибо, родные, за присылку карточек. Очень нравится мне
та, где Амридочка с Радночкой. Конечно, и кудрявая Зиночка мила сердцу моему, хотя я любила и монголочку. На большой карточке выражение такое грустное, что сердце защемило, и так захотелось приласкать верного и милого Стража, которого так сердечно оценила Амридочка. Родная моя, все пройдет, переживем и будем работать вместе. События так поспешают, но прошу ничем не устрашаться. Линия Света ярко начертана. Лишь бы не выпасть из нее. Для этого будем всеми силами духа хранить сердечное единение и сотрудничество с друзьями. Помните, родные, Ваше сердечное единение - наша радость, ибо
в нем залог победы и нашего скорейшего свидания. Н.К. уже пишет в общем письме о том, что В[еликий]
Вл[адыка] указал, чтобы кто-то запросил апостатов - открыт ли Музей, ибо видел снятую надпись? Вообще хорошо было бы, если несколько таких запросов поступило и поступало бы. Так же очень просим милого Дедлея безотлагательно просить отца своего друга воздействовать на мнение В. Всякие побочные обстоятельства нужно использовать.
Так, родные, осторожно постарайтесь воздействовать и на Франсис, чтобы она поняла важность отклика Амер[ики] на юбилей. Нужно достать приветствия от учреждений и выдающихся деятелей. Ведь это важно для всего дела. Не упустим такой козырь. Ведь это нетрудно сделать. Будем бороться с тьмою внесением Света и не убоимся никаких чудовищ, которых осветит внесенный Свет. Они уползут.
На днях вышлю Вам "Тайную Доктрину" в русском переводе.
Второй том еще не вышел.
Хочу добавить еще одну страницу из новой книги. Между
прочим, в этой книге каждый параграф начинается с имени Ур[усвати].
"Ур[усвати] жалеет людей, отвергающих Братство. Мы
сожалеем о каждом лишающем себя знания о Твердыне Мира. Если человек хранит в сердце твердое сознание, что где-то творится работа на благо человечества, он тем приобщается к этой спасительной мысли. Пусть она будет вначале мечтою, пусть она иногда вспыхивает, как сияние зарницы, но каждая зарница уже свидетельствует о сокровенной энергии. Не нужно, чтобы человек восставал против утверждения Истины. Каждый произнесший слово "брат" уже строит мост в будущее. Люди должны представить себе, что каждое поругание, так же как и всякая хула на Братство доносится к Нам. Как волна тока пролетает по всему миру, так и звучание "Братство" является к Нашей Обители. Не забывайте, что "Братство" слышимо Нами, это слово как магнит притягивает к себе каждое созвучие. Тем более можно сожалеть хулителей Братства. Они не хотят понять, к какой мощи они прикасаются. В своем злобном неверии они скажут: "Братство не существует". Когда же им предложат доказать их утверждение, они будут твердить, что не видели Братства. Но они не видели очень много и на планете, значит, то все не существует? Не могут хулители доказать несуществование Братства, потому они так раздражаются при каждом поминании Нашей Обители.
Очень желательно запросить хулителей, и не оставить их в припадке кощунства. Истинно сказано, что спросится не только за злые слова, но и за непроизнесенные добрые слова. Много речений из глубокой древности поучают человечество простейшим истинам, но они новы и сегодня. Так будем очень бережны с понятием Братства, не забудем, что чуткие аппараты записывают каждое слово о Братстве. Не будем в числе тех, кто вольно или невольно предательствуют. Есть особая болезнь кощунства, когда отчаявшийся вызывает Высшие Силы к ответу хулами. Но это болезнь. Нельзя причислять к ней хулителей невежественных и злобных. Они не отчаиваются, но наслаждаются разрушением лучшей мечты человечества. Не могут они получить знаков от Братства. Не поднимут их творчество мысли прекрасные, потому сожалеем о всех отвергающих Братство".
Прочтите это и Фосд[икам], и Инге, и кому найдете
возможным. Решила приложить отдельную страничку для Франсис, чтобы она не обиделась.
Родные, сердце мое говорит сердцу Вашему, спасибо за все,
за каждую помощь в деле Вл[адыки]. Осознаем всю красоту подвига внесения Света и деятельного противления злу. Не может считаться воином Света равнодушно смотрящий на злобные разрушения.
В два и в три часа дня буду посылать Вам лучшие мысли и волны радости. Шлю любовь и всю нежность сердца.
Духом с Вами,
Е.Р.
21.IX.37
Родные и любимые, отвечаю на письма от 20-го, и 26-го авг[уста]. Прежде всего хочу сказать, какую волну радости приносят Ваши письма. Каждый раз, когда читаем сердечные слова Ваши друг о друге, когда чуем Ваше мужественное устремление бороться со злом до победного конца, - у нас праздник на душе. И так хочется обнять Вас, любимые, и от всего сердца еще и еще раз шепнуть: родные, победим, одолеем врага в единении и доверии друг к другу. Наступит долгожданный день, когда соберемся вместе и принесем нашу горячую признательность В[еликому] Вл[адыке], давшему нам радость светлого строительства и величайшее счастье нового понимания и беспредельного роста сознания. Ведь все ужасы, происходящие сейчас в Мире, при новом понимании принимают совершенно иные аспекты. В сердце не остается ни горечи, ни обиды, ни сожаления о прошлом и живет лишь великое устремление принести все силы в помощь Великим Вл[адыкам], сражающимся за спасение несчастного и невежественного человечества.
Родные, прошу Вас, собирайтесь в единении и проверяйте
Ваши чувствования и понимания, чтобы закреплять новые озарения. Проверяйте Ваши суждения, старайтесь, чтобы они были как можно шире, и при каждом явлении нащупывайте несколько секторов его распространения - только так можно найти более или менее верную оценку. Читайте, родные, чаще кн[иги] Учения. Великую помощь и радость духа получите от усвоения их в новом понимании. Подчеркивайте в кн[игах] места, которые Вам в данное время ближе. И следите, как через некоторое время Вам захочется подчеркнуть и другие. Один мой корреспондент пишет: "Каждый раз, что я перечитываю кн[иги] Учения, я изумляюсь, как мог я просмотреть и не подчеркнуть места, которые кажутся мне сейчас такими значительными". Так только можем мы замечать рост сознания.
Обнимаю от всего сердца нашу милую Инге, трогательный она человек! Читайте, родные, и Инге, и Дедлею новые страницы Учения. Пусть дух и полно, и радостно приобщается к Источнику Мудрости и Благости. Именно, радость живет в подвиге Служения. Хочется мне поделиться с Вами, любимые, некоторыми страницами из новой книги, приложу их к концу письма. Зиночка переведет их для Амр[иды] и Франсис, и они могут сохранить у себя по копии. Конечно, следует прочесть, как я уже писала, и Инге, и милому Фосдику. Но странички эти нужно очень хранить. Не следует, чтобы они попали в чужие руки, большой вред может получиться.
Радуюсь, что Франсис уже выслала клише. Наши
прибалтийские друзья мечтали успеть выпустить монографию к 10-му окт[ября]. Ведь монография и конгресс являются именно продолжением бирбаловой линии*, о которой так заботятся Великий Владыка. И здесь друзья, несмотря на обычное противодействие некоторых лиц, широко откликнулись на юбилей, и 10-го окт[ября] в 10 часов вечера в Дели будет broadcast. Некоторая национальность опасалась всего, что шло от
русских и из России. Считать Россию врагом своей страны впитывалось с молоком матери и стало уже атавизмом. Но судьба жестоко посмеялась и выявила роковой удар и опаснейших врагов с той стороны, откуда их меньше всего ожидали! Так бывает и во всей жизни, когда какое-то недоброе чувство овладевает нами и, привязывая мышление наше к одной точке, тем самым суживает наш горизонт и упускает из виду не только благие возможности, но и нарастание роковой опасности или удара. Потому так и советуется гнать от себя всякие назойливые мысли и представления, чтобы они не выросли в чудовищ, закрывших от
нас действительность. Мудрее, чем в жизни, не бывает, и жизненные уроки очень болезненны, но, вероятно, потому они все же в конце концов заучиваются.
Как хотелось бы мне увидеть фильм "Жизнь Золя", о
кот[ором] пишет Зиночка. Истинно, следовало бы всем publisher'ам и судьям посмотреть этот фильм. Правильно отметила Зиночка замечательные слова Клемансо, сказанные им по поводу отъезда Золя в Англию. Истинно, слова эти были подсказаны мудростью и знанием человеческой природы. Добродушные и беззащитные барашки, без сопротивления влезающие в волчью пасть, хороши лишь на сцене, вызывая слезы умиления сентиментальных, но жестоких сердец, но в жизни такие барашки ничего, кроме жалости с долей презрения, не вызывают. Истинно, кто-то должен был бы призадуматься над этим положением вещей. Видели ли наши друзья этот фильм? Давно ничего не слышали о Ст[оксе]. Родные, держите его в курсе всего происходящего. Посещайте его все, пусть у него не сложится впечатление, что кто-то один лишь интересуется и посещает его. Сам он этого не скажет, но в душе подивится. Люди любят, чтобы о них вспоминали.
Видал ли Народный г-жу Перн и удалось ли ему осведомить
ее о настоящем положении вещей? Читали и изумительные откровения о принадлежности к Ку-Клукс-Клану С.Блека! Удалось ли Вам, родные, послать необходимый материал и симпатизирующему человеку в Сюпр. К.? Нельзя упустить ни одной возможности. Родные, будьте едины, ведь лишь в этом залог победы, и вместе обсуждайте бирбалову линию.
Родные, шлю Вам всю любовь и веру в Ваше мужество и преданность Делу.
Сердцем с Вами,
Е.Р.
Сейчас пришли Ваши письма с 31-го авг[уста] по 4-ое сент[ября]. Ввиду того, что Франсис в своем письме высказывает мысли, вполне отвечающие моим, привожу это место: "Я также видела Главу. Чувствую, нам надо время от
времени видеться с ним, иначе он подумает, что мы приходим к нему лишь когда нуждаемся в средствах, и может обидеться за то, что мы не держим его постоянно в курсе всех наших дел. Я сказала ему о задержке в решении арбитра и сообщила, что мы предпринимаем новые шаги, к чему он отнесся весьма одобрительно. Он очень высокого мнения о Музее и также упомянул о том, что чувствует себя во многом обязанным, кто предоставил ему средства в помощь Музею и тем облегчил затрудненительное положение. Откровенно говоря, Главу вполне можно подготовить к более ясному пониманию обстоятельств, если говорить с ним просто и от сердца. Иначе ему зачастую довольно трудно высказывать собственное суждение".*
Также пришло извещение от рижск[их] друзей о том, что монография Н.К. все разрастается и репродукции с картин поручены госуд[арственной] типографии, во главе которой стоит художник Л., бывший в России заведующим госуд[арственной] экс[педицией] изготовл[ения] бумаг. Сам он очень заинтересован этим изданием и гордится, что ему поручено выполнение репродукций. Ввиду этого друзьям хотелось бы получить еще клише из Америки. Вероятно, Франсис уже получила от Н.К. добавочный список клише, который было бы желательно получить как можно скорее. С новыми добавлениями монография, конечно, не выйдет раньше ноября, но все же просим милую Франсис поторопиться с отсылкою клише. Трогательно видеть, как друзья стараются и заботятся сделать все как можно лучше. Так, на открытие Музея в Р[иге] будет приглашен дипломатический корпус, и уже намечены речи выдающихся лиц, также будет и broadcast. И подумать только, что все это делается тружениками самыми скромными средствами. Среди них имеется и свой Бёме-сапожник, имеющий лавочку на рынке, но почти все средства отдающий на дело Вл[адыки]. Да, северные
народы пробуждаются и с настойчивостью и добросовестностью, свойственным им, строят храм Культуры. Порадуемся вместе с ними, и от всего сердца пожелаем им всего самого светлого в их чудесном строительстве во благо человечеству.
Совершенно доверительно
23.IX.37
Родные мои Зиночка и Амридочка, понимаю и глубоко
сочувствую всему, что Вы пишете о трех человеках. Зиночка полагает, что мое письмо может чему-то помочь? Нет, родная, срок еще не пришел. Есть духи, которые просыпаются лишь под ударами судьбы. При мало-мальском житейском успехе все старые привычки усугубляются. Мы уже не раз могли это наблюдать. Так, получив жалобу, что никто ей не пишет по-англ[ийски], Н.К., по своей необычайной готовности всегда всем помочь, тотчас же написал ей прекрасное письмо, также и Святослав, со своей стороны, послал сердечную весть, и даже Юрий присоединил свое послание, но никто из них не получил от нее даже простого acknowledgement'а.
Родные, сильно опасаюсь, что за этой необычной
обидчивостью и ревностью кроется сейчас болезненное явление, и потому следует ее всячески щадить. Так, родные, как ни трудно, но прошу Вас, проявляйте к ней максимум осторожности, при настоящем болезненном состоянии она может обратиться против всех дел. Конечно, крайне прискорбен инцидент, о котором пишет Зиночка, с запасом фотографий с картин Н.К. для полезного издания. Также и запоздание отсылки клише много задержало выход монографий, и наши рижские друзья изумлены таким отношением. Приходится извиняться за Тр[удного] Ч[еловечка] и объяснять задержку внешними обстоятельствами. Истинно, сердце иногда сжимается от боли, видя, в каком непонимании положения вещей пребывает тот, кто, казалось бы, должен учитывать каждую возможность, чтобы приложением бирбаловой линии пресечь и покрыть зло, нанесенное и наносимое апостатами, но вместо того в своем ослеплении усердно работает им на пользу.
Все же не теряю надежды, что придет время и наступит пробуждение. Но сейчас срок еще не пришел, ибо обида породила и озлобленность, и, конечно, чувства эти имеют своим объектом именно меня, может быть, она даже себе не хочет в этом признаться. Разве не меня считает она виновницей разрыва отношений между ней и Гл[авой]? Так не будем закрывать глаза на печальную действительность, но, помня о ее болезненности, примем меры, чтобы ее не раздражать.
Ведь сейчас мое письмо к ней, если оно не будет полно
самых восторженных похвал к ней, если оно не будет возносить ее превыше всех сотрудников, не произведет никакого впечатления, более того, такое письмо не только ничему не поможет, но еще усугубит сознание, что без нее ничто не может быть сделано, и отуманенное сознание еще сильнее даст почувствовать ближайшим сотрудникам все своеволие свое. Родные мои, не хочу хвастаться, но должна сказать: психическая энергия указывает безошибочно уклоны духа даже отдаленных сотрудников.
Так болит сердце за отуманенность сознания Тр[удный] Ч[еловечек], так хотелось бы найти доступ и снова зажечь огонь ее сердца. Когда-то сердце ее звучало на все прекрасное и на каждую ласку. Но неизжитые чувства ревности и исключительного себялюбия, накопленные за прошлые существования, видимо, осилили лучшие порывы и в данном воплощении. Итак, будем бережны с нею, и, может быть, чудо пробуждения совершится.
Также правильно все, что Зин[а] пишет об участии Брата.
Именно он мог сделать гораздо больше, но страх и еще нечто другое остановило его. Но, во всяком случае, он был полезен, ибо если бы не его дружба к Амр[иде], он обратился бы против дел. Тот факт, что он не на стороне апостатов, большой наш плюс. Потому сумеем быть благодарны и за то, что было сделано им. Нужно уметь ценить каждую помощь и не ожидать от людей самоотверженных действий. Лишь тот, кто на Пути, знает, что есть самоотверженность и преданность до конца, а много ли таких?
Господи! До чего нужно сейчас сближение миров, чтобы
люди, наконец, убедились, как тяжко приходится им в тонком существовании, если они жили на Земле, потворствуя лишь своим низким инстинктам или действуя против предначертания Сил Света.
Родные мои, чуйте всю боль мою о происходящем, ведь и
радость лишь в том, что наш Верный Страж, несмотря ни на что, твердо идет путем Служения, и наша Амридочка ничем не устрашается, но следует тем же великим путем преданности и доверия к Сердцу В[еликого] Вл[адыки]. Родные, обнимаю Вас сердцем и посылаю Вам весь огонь и всю нежность мою. Любите друг друга. Сердцем Ваша,
Е.Р.
На днях послали Вам, любимые, по одному тому "Тайн[ой] Доктр[ины]". Задержала отправку, ибо хотелось исправить некоторые неизбежные опечатки и ошибки. Боюсь, как бы не вышло обиды со стороны Франсис, потому должна буду выслать ей том "Т[айной] Д[октрины]" с надписью. Потому не показывайте
ей Ваши тома до получения ею одного тома на ее имя.
Доверительно
Сейчас пришли письма Зин[ы] и Франс[ис] от 31-го
авг[уста] и 3-го сент[ября] с описанием весьма прискорбного инцидента. Кроме общего письма от Франсис получено и доверительное на имя Н.К. Конечно, Н.К. ответит ей и приложит совершенно доверительно копию его и для Вас. Происшествие это подтверждает все наши опасения о ее болезненном нервном состоянии, потому еще раз умоляю Вас, родные, проявлять по отношению к ней всю осторожность. Конечно, получив запрос от изд[ательства]: "Who is who?", - проще было бы взять уже имеющийся у Вас исправленный текст краткой биографии и без всяких оповещений отослать по назначению.
Конечно, Н.К. пояснит ей, что "Flamma" есть совершенно самостоятельное начинание Фосдиков, и мы будем только рады, если и ее друзья начнут какое-либо полезное дело, издательство или группу по Учению Жизни и т.д. Каждое распространение благородных и возвышающих понятий сейчас должно быть приветствовано просветленными сознаниями, ибо оно неотложно при надвигающейся мировой смуте.
Также обращаю, родные, Ваше внимание на то, что в своем
общем письме она пишет о посещении Ст[оу], привожу это место в моем общем письме. Пусть она после не говорит, что кто-то осмелился его навестить. Между прочим, известила ли она Вас заблаговременно о своем намерении посетить его и о результате этого посещения?
Родные, будьте осторожны с нею, она очень нужна. Ведь и в деле Амр[иды] она главный свидетель! Именно, обращайтесь с нею не только как со стеклянным сосудом, но как со взрывчатым веществом. Также очень прошу родную Зиночку ни в коем случае не обмолвиться, что от нас получаются доверительные письма. Это будет рушением всех дел. Прилагаем совершенно доверительно и копию ее конф[иденциального] письма. Так, родная, Сказано: "Пусть Радна укрепит сердце великодушием". Да, родные, наши самые близкие должны уметь нести и самую
большую тяготу - в этом их привилегия и великая радость в будущем. Так явим великодушие и будем врачами, зорко следя за настроением больного, чтобы чем-нибудь не ухудшить его положения, что может привести к печальному результату. Так Зиночка и здесь должна явиться Верным Стражем. Великое терпение есть удел носителей Света. Родная моя, знаю, что тяжко, но всем нам приходится быть прежде всего врачами - время такое тяжкое и опасно больных много, очень много.
Так, еще раз обнимаю Вас, родные мои, и умоляю явить
терпение и великодушие. Каждый призыв к единению пусть не останется пустым звуком. Будем помнить, насколько можем утяжелить Великое Сердце необдуманным действием или словом. Скажите ей, что никто из нас никогда не умалит ее значения в великой работе, и просим ее верить, что сердца наши открыты ей и хотим видеть доверие к нам с ее стороны.
Всеми мыслями, всем сердцем с Вами.
Е.Р.
Fоr Sin[a], Amr[ida], Maur[ice]
1.X.37
Родные и любимые наши, получены Ваши телеграммы о решении рефери. Итак, перед нами новая фаза битвы. На этот раз мы вступим в нее уже более подготовленные, наученные печальным опытом. Если адвокат нашего друга Ч.Кр[ейна] согласится принять участие, то можно ожидать более решительных действий. Видимо, и Алек., и Лейк тоже придерживаются более смелой тактики. Защитная тактика, кроме того, что она ужасно тягостна, но почти всегда неуспешна. Очень тяжко было нам весь последний месяц, предшествовавший подписанию чудовищного решения. Недостойный судья, допустивший произвол, должен быть отмечен. Сейчас именно время занять очень твердую позицию с нашим publisher'ом, ибо его нежелание кооперировать и допустить других адвокатов к делу немало способствовало печальному результату. Именно сейчас он не имеет никакого нравственного права не допускать других адвокатов и должен широко открыть им доступ до имеющихся у него документов. Один адвокат может прекрасно изучить дело и в то же время проявлять полную ненаходчивость и непредусмотрительность, тогда как другой, при менее подробном изучении, опытностью, зоркостью и учитыванием всех условий, а также и своими связями может дать неожиданный оборот всему делу.
Ждем Ваших писем, родные, ибо очень важно знать, как
приняли все наши друзья это в высшей степени несправедливое и произвольное решение. Ведь Ст[оу] был так уверен в благоприятном решении, хотя Н.К. писал ему, что не разделяет его оптимизма. Ясно, что произошла стачка темных сил, и эту стачку необходимо разбить. Для этого самое широкое оповещение о всяких посещениях и совместных действиях Гл[авы] с апостатами совершенно необходимо. Конечно, Указание о привхождении адвоката Ч.Кр[ейна] будет лучшим из ближайших решений. Вместе с Алек. и Лейк они представят хорошую силу. Родные, хотя сердца Ваши и наши напряжены до боли, но
знаем, что, несмотря ни на что, победим, если только сумеем противоставить врагам твердый объединенный фронт. Пусть лишь одна мысль живет в сознании, а именно, как лучше, как быстрее, как полнее выполнить в полном согласии необходимые действия. Именно лишь от объединенного действия зависит весь успех. Как было Сказано: "Нас могут спросить, в каких
условиях Нам легче помогать людям? Конечно, в действии. Мы можем сказать просящим о помощи: действуйте, в таком вашем состоянии Нам легче помочь. Даже малоудачное действие лучше бездействия. Мы можем прикладывать нашу энергию к энергии, выказанной вами. Не нужно удивляться, что однородное вещество
удобнее соединяется с подобным. Так, если Мы хотим применить Нашу энергию, Мы ищем, где полезнее приложить ее. Не для пробуждения человека Мы посылаем энергию, но для усиления уже напряженной силы. Человек, спавший и разбуженный нежданно, может совершить самые неразумные поступки. Не нужно нежданно тревожить спящих, но когда человек находится в сознательном бодрствовании, Мы можем помочь ему. Так и сейчас вас спросят: что делать? Ответьте: действовать - в таком движении, и Наша помощь придет. Так, и Мы, и Наши Братья просим - действуйте. Нужно развитие, нужно утончение всеначальной энергии, иначе покровы майи наглухо закроют все доступы. Немало Мы советуем о действии. Когда будете писать друзьям, советуйте им действовать. Сейчас силы Природы напряжены. Убегающий будет опрокинут, но противостоящий найдет новую силу. Мы помогаем смелым, и у Нас в Обители действуют. Новое напряжение не будет утомлением, но обновлением. Можно, при случае, найдя правильный тон, передать эту беседу и Ст[оу]. Так, стремление к действию есть знак здоровья".
Родные, всем сердцем впитайте этот совет о действии и проникнитесь убеждением, что Помощь Высшая может приложиться лишь там, где проявлено действие. В бездействии - разложение и смерть. Ведь всегда самые активные люди - и самые успешные. Они поняли, в чем заключается успех; именно активный человек находит возможности и творит обстоятельства. Только неудачник ждет, чтобы все пришло к нему. Если воля напряжена и дух устремлен, ничто не может пресечь успех.
Сейчас очень опасаюсь, что апостаты начнут широкое
оповещение о своей победе. Они не дремлют. Надо признаться, что трио было всегда чрезвычайно деятельно. И данное им определение "ярые" очень точно характеризует их активную природу. Джинны часто отличаются большою активностью, потому, вероятно, во все времена они допускались к постройке храмов. Действие есть основа и великий рычаг проявленного мира. Так, родные, пусть новая фаза битвы пройдет под знаком великого Действия.
Также пусть никакая майя не устрашит Вас. Гоните все
страхи и предвзятые мысли, сплетающие покровы майи. Сколько лучших возможностей пропадало из-за того, что люди боялись постучаться туда, где все было приуготовлено для них, где все двери были открыты им. Действие и смелость укажут многие пути. "Смелым Бог владеет" - великая истина. Сегодня кн[ига] "Сердце" открылась на параграфе 486 - перечтите, родные. Н.К. пишет все деловые соображения, потому не буду повторяться.
Но лишь присоединю Слова В[еликого] Вл[адыки]: "Советую временно, по возможности, не нарушать существующего положения. Устранение кого-то, или отъезд, или перемена состояния будут истолкованы во вред при многих обстоятельствах. Временно советую держаться на прежних местах и стремиться к этому. Преступники пытаются очернить всех, потому нужно, по возможности, не дать им поводов. Мы скажем, если потребуется изменение состояния. Пусть соберут Комитет Защиты, ибо нужно осведомить друзей. Пусть обратятся к Ст[оу] за фин[ансовой] поддержкой. Он скорее поможет".
Так родная Зиночка из вышесказанного поймет, что
совершенно недопустимо, чтобы Ав[ирах] остался в Санта-Фе. Именно, преступники истолкуют это как бегство из-за разъединения сотрудников. Ведь лейтмотив трех апостатов был и есть, что они не могли работать с сотрудниками и что вся деятельность останавливалась из-за Вашего нежелания кооперировать, об этом они намекали направо и налево. Потому докажем полным объединением сил, что они клеветали и клевещут. Вышесказанное поймите как можно шире. Родные наши, умоляю, напрягите Ваши силы, чтобы ни один Совет не был отставлен. Ведь Высшая Мудрость видит то, что мы не видим. Необходимы действия, ибо они порождают новые вибрации, или энергии. Также не имейте предпосланных решений или заключений
при исполнении Советов. Часто указанное лицо является лишь косвенной причиной большего результата в будущем. Действуйте в полном доверии к Руке Водящей. Хочу привести еще одну беседу, которую очень люблю, ибо она так отвечает великой и самоотверженной деятельности Бел[ого] Бр[атства]. Зиночка найдет в ней и ответ на пересланное ею письмо одной несчастной к Н.К.
"Ур[усвати] понимает значение врачебной осторожности. Мы всегда остаемся врачами во всей действительности. Мы должны относиться к людям с врачебною целью. Мы постоянно встречаемся с больными и должны прежде всего озаботиться о равновесии. Люди особенно ищут Нас, когда у них бедствие уже началось. Нужно принимать меры не только к просветлению сознания, но и лечить болезни. Люди не понимают, что Мы должны обходиться с ними, как с опасными больными. Когда Мы советуем Вам осторожность, это не значит, что Мы считаем вас неосторожными, напротив, Мы лишь обращаем внимание, что кто­то находится в небывалом напряжении и нужна особая осторожность. Если будете чувствовать себя в положении врача, то ближе всего подойдете к цели. Особенно теперь люди напряжены и требуют воздействия мудрого. Часто в подробностях придется согласиться с ними, чтобы оберечь самое главное. Придется ободрить, чтобы избавить от страха. Так, весь метод мудрого врача должен быть усвоен Наставником жизни. Нередко явное заболевание может быть остановлено простым словом ободрения. Не будем разбирать, где и когда началась болезнь. Прежде всего, врач не осуждает, но предвидит лучшее пресечение разложения. В каждой болезни скажется разложение. Так, и при заблуждениях человеческих нужно приложить целебные составы. Недавно Вы слышали об одержании, случай почти безнадежный, ибо больная устала бороться и учинилась последовательницей одержателя. Можно личным магнитом удержать развитие ужаса, но письменно уже невозможно воздействовать. Также и окружающие способствуют усилению болезни. Обычно таких одержимых прежде всего нужно перевести в новое место и обновить все окружение. Люди не понимают, насколько окружение способствует развитию некоторых болезней. Так нужно приучиться к положению врача. Наша внутренняя жизнь полна врачебной деятельности".
Так, родные мои, примем эти беседы как неотложные Указы,
как вехи среди опасного пути. Проявим единение. Никто и ничто не может умалить или обидеть сердце, устремленное в Служении. Вел[икие] Вл[адыки] видят и оценивают каждое приношение на пользу Их Дела. А ведь важно лишь Их одобрение. Когда эта истина твердо живет в сознании, то никакие обиды не могут укорениться в сердце, ибо расширенное сознание мыслит и действует поверх личных обид. Какие могут быть несогласия и обиды, когда сражаемся за Дела Вел[икого] Б[елого] Бр[атства]! Одна эта мысль уже должна окрылять нас. Будем тверды, ибо битва сильна и лишь напряжением всех сил победим. Также, родные, помните, что Вам не следует опасаться невежественных наветов о каком-то культе. Вы принадлежите [к] тем сотням тысяч культурных людей на Западе, которые знают о существовании Твердыни Света, и к миллионам знающих и верующих на Востоке. Вы принимаете и почитаете основателей Теософического Учения. Вы имеете литературу, которая издается на многих языках и в разных странах. Истинно, ни одна страна еще не запрещала эти книги, и даже иногда сами цензоры приветствовали эти жемчужины. Пусть судьи прочтут хотя бы кн[игу] "Сердце" и убедятся, как высок нравственный уровень Учения, излагаемого в этих книгах.
Так, родные, сердце в тоске ожидания надеется получить от
Вас великую весть о Вашем едином фронте и что все воины на своих местах в сознании полной ответственности за доверенное им.
На фоне мирового смятения вспыхивают и светлые знаки. Они
дают силы превозмочь все трудности. Все больше и больше друзей переезжают в Нов[ую] Страну. Мудро и с пониманием переживаем ноябрьские сроки. Все творится по непреложному закону Кармы. Чем сильнее был пущен бумеранг, тем мощнее возвращается он назад.
Родные, всем сердцем, всем духом, всеми мыслями пребываем
с Вами. Шлю и силы, и мужество, и любовь, и веру в Вас, любимые наши. Помните, что Щит над Вами, и ничем не смущайтесь. При объединении все самое худшее будет обращено на пользу. Так, в высоком доверии, именно в доверии до конца, пройдем эту трудную полосу. Радость ждет впереди.
Сердцем с Вами,
Е.Р.
Осталась еще целая страница, потому вписываю еще одну
беседу.
"Ур[усвати] понимает вред злопамятства. Такое понятие
могло вырастать лишь в земных ограничениях. Представьте себе Нашу жизнь с осознанием прежних существований, и такое понятие, как злопамятство, сделается вообще невозможным. В каждой жизни будет немало поводов для злопамятства, но если сложить их за многие жизни, то получится какой-то длинный черный хвост. С таким придатком далеко не уйти. Посмотрите, насколько вредят себе люди, ограничивая себя лишь одним земным существованием. В разных областях люди строят себе преграды. Когда же Мы устремляем людей в будущее, они вообще не понимают, как приступить к такому мышлению. Один думает, что он навсегда привязан к одному месту, другой внушил себе, что он должен оставаться в одной работе. Третий уверен, что он не выдержит передвижения, четвертый мнит, что должен погибнуть от первой болезни. Так каждый выдумывает себе оковы, не зная, что в прежних жизнях он уже испытал все способы существования. Такая условная жизнь на Земле, при полном невежестве о прошлом, не дает возможности мыслить и о будущем.
Люди уходят от Земли, не думая, что им придется вернуться сюда же. Но если бы они хотя бы отчасти помнили о прошлом и научились мыслить о будущем, они охранили бы себя от многих заблуждений. Не страх перед адом, но желание совершенствования поведет людей к улучшению жизни.
Мы живем в будущем, Мы знаем прошлое, Мы не боимся беспредельности и ожидаем каждое продвижение. Будущее стоит как великая действительность! Лишь тонкая закрытая дверь отделяет от будущего, которое уже оформляется каждым нашим дыханием. Когда сознание перенесено в будущее, можно ли тогда злопамятствовать? Нельзя найти даже времени на такое ныряние. Люди должны знать о законе непреложном. И не человеческому сознанию вмешиваться в законы Кармы. Так научимся летать, и не только в тонком теле, но и в сознании. Поймем, что каждое мгновение уже есть прошлое. Но нам дано будущее - так Мы советуем каждому, кто любит Нашу Обитель".
8.X.37
Родные и любимые наши, известие о повреждении у нашей
милой Инге коленной чашки сильно встревожило и огорчило нас, но было Сказано, что медицинский надзор удачен, и мы немного успокоились. Милая, милая Инге, как болеем мы за нее! Посылали и посылаем сердечную энергию на скорейшее выздоровление. Ждем описания всех подробностей этого несчастного падения и всего процесса заживления. Прошу, родные, крепко обнять и поцеловать от меня милую Инге. Моя психическая энергия тоже участвует в восстановлении ее сил,
ибо держу ее в сознании. Знаю, что она скоро поправится. Большая радость была узнать, что Г.К. всецело на стороне Амридочки. Воображаю ярость трио, когда они поймут, что все их черные наветы, как бумеранг, поражают их самих. Так действует тактика адверза. Именно то обстоятельство, что клеветник судится за кражу денег, делает все его наветы недействительными. Кто поверит наветам вора? Клевету, и самую гнусную, они давно распространяют, и потому правильно, чтобы общественное мнение узнало, что клеветник судится за воровство. Какую чудовищную миссию приняла на себя белокурая! Какое ужасное падение. Родная моя Амридочка, как хочется мне вдохнуть в нее мужество и уверенность, что все придет к лучшему разрешению. Именно о всем происшедшем предательстве подождем, как Сказано, делать выводы, ибо, истинно, оно может сослужить всем величайшую услугу. Все существо мое временами поет в радостной уверенности в грядущей победе. Только бы затягивать, насколько возможно, все судоговорение. События поспешают, и еще через некоторый срок многое изменится. И чем больше будет единения среди ближайших в мыслях и действиях, тем ярче будет победа. Самому терпеливому, самому великодушному и будет принесена самая горячая признательность. Разве не Сказано: "Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божьими". Так и в заповедях Блаженства это качество отмечено превыше всего. И Владыка Будда ставит выше прочих достижений искусство творить отношения с людьми. Будем помнить, что и Вел[икий] Вл[адыка] называет миротворцев царями духа. Так найдем в себе мужество, терпение и великодушие и каждую минуту будем помнить о необходимости единения. Должна сказать: очень люблю я во всем истинную царственность, и, конечно, где может она ярче всего проявляться, как не в великодушии, вмещении, прощении и терпении. Будем же такими царями духа!
Сердце радовалось, что Франсис просмотрит перевод "Аум".
Я буду спокойна, что таким образом стиль книг будет сохранен. Также приветствуем выставку у Рейнхарда. Н.К. уже писал
Вам, родные, о необходимости нам знать все подробности условий. Нужно будет очень и очень озаботиться о прессе. Совершенно необходимо появление ярких статей и отзывов. Конечно, Модрочка приложит все сердечное устремление и старания, чтобы достичь прекрасных результатов в этом направлении. Успех выставки есть успех сотрудников. Нужно будет мобилизовать всех друзей, ведь эта выставка будет вызовом предателям и всем темным силам. Потому уже заранее нужно составить и просмотреть список друзей, которые могут принять участие в поддержании некоторой демонстрации. Н.К. уже писал Вам, родные, чтобы Вы запросили адвокатов, как лучше выставить картины, - от моего ли имени, или же от имени корпорации "Flamma"? Необходимо защитить картины от всякого посягательства на них. На эту выставку Святослав пришлет последний портрет Н.К., который мы считаем самым удачным. Н.К. стоит у стола на фоне тибетских танок. Также удачно, что к выставке, вероятно, подоспеют обе монографии. Сейчас нам прислали уже одно из цветных воспроизведений с новой картины Н.К., выполнено превосходно, несмотря на трудные тона. Продолжают поступать приветствия и поздравления к Конгрессу и юбилею. Несмотря на то, что празднование юбилея задумано было друзьями сравнительно очень поздно, все же получено много откликов. Особенно прекрасны приветствия из Индии. Никто не умеет сказать такое сердечное и такое возвышающее слово, как эта чудесная страна. Из-за позднего срока и дальности расстояния приветствия, вероятно, будут получаться и после 10-го окт[ября].
Вчера получили сведения из советской газеты "Правда", что
в конце сентября в Петрограде, в Русском музее (бывшем Музее Алекс[андра] III) состоялось открытие зала, посвященного произведениям Н.К. Рериха. Известие это очень знаменательно.
На днях вышла биография "Рерих Художник и Мыслитель", написанная Всев[олодом]Ивановым, вероятно, Вы уже имеете ее. Сам автор уже на родине. Оттуда много самых прекрасных знаков. Ничто и никто не может препятствовать Плану Света. Враги, сами того не зная, слагают самые прочные ступени. Хорошо бы Рейнхарду намекнуть, что он может быть представителем для картин Н.К. на Америку.
От всего сердца приветствуем успех нашего родного
Ав[ираха], и радостно было читать, что Клайд и Дорис ощутили уют Санта-Фе и завоевали дружбу уважаемой семьи Хьювит и Кассиди. Конечно, Санта-Фе как летний центр Арсуны вполне возможен, но по-прежнему сомневаюсь, чтобы это милое местечко было пригодно для зимнего сезона и вообще для широкого развития разнородной деятельности Арсуны. Очень тяжко было получить сообщение о новом отложении платежа Адрианом. Это большой удар, и тем более, что Адриан даже не выказал признака бережного отношения. Его первое письмо было такое сердечное, что я поверила, что он действует из желания действительно послужить Плану Света. А сейчас он даже не подумал предупредить нас заранее об отложении платежа. Конечно, мы понимаем, что в делах могут быть разные задержки, но в то же время трудно поверить, что там, где назывались такие суммы и предприятие считалось таким верным, невозможно было бы найти небольшую сумму хотя бы для частичного выполнения принятого на себя обязательства. Не знаю, что и думать. А ведь так важно продержаться до срока. Каждое преждевременное действо с нашей стороны грозит большими осложнениями, и Вы знаете, родные, как успех всех дел тесно переплетен именно со сроками. Конечно, мы понимаем, что темные силы особенно будут изощряться, чтобы нарушить сроки и тем затруднить и отложить сужденное. Оставшиеся сроки очень кратки.
Сейчас пришли письма из Ам[ерики]. Н.К. отвечает по
деловой линии, я же еще и еще раз хочу подтвердить, как радостно, что наконец-то начнутся новые действия. Надеемся, что Пл[аут] поймет, что все выступления нов[ых] защитников лишь помогут ему. Он должен понять, что все действия, которые он так упорно отклонял, являются сейчас неотложно нужными. Недели три тому назад я видела Леви, очень встревоженного и искавшего возможности соглашения с Н.К. и Юр[ием]. Это знак хороший, значит, защитники ударили по слабой стороне. Также появление на горизонте Миллера и Фр. тоже знаменательно. Не хотят ли они выведать что-то? Только бы наши адвокаты оказались действительно находчивыми и, главное, смелыми. Больше всего я ценю смелость, конечно, не безрассудную, но обоснованную; во всем и всегда смелость являлась величайшим двигателем. Можно с уверенностью сказать, что все неудачники полны всяких именно необоснованных страхов и сомнений, к тому же они при этом часто чрезвычайно подозрительны и обидчивы. Потому советую и осторожность с publisher'ами. Я уже писала Вам, родные, как были одобрены Вел[иким] Вл[адыкой] Конгресс, праздн[ование] юбилея, выход монографий, появление новых адвокатов; все это и есть часть того движения, которое неустанно указывается В[еликим] Вл[адыкой] как необходимый фактор для яркой победы. Привожу еще беседу о значении движения и единения и прошу Зин[у] перевести ее на англ[ийский] яз[ык]. Нужно будет прочесть ее всем ближайшим друзьям, подошедшим к Учению.
"Ур[усвати] права, утверждая любовь к движению. Нельзя
без любви понять необходимость движения. Можно слушать поучения о законе мирового движения; можно понимать, что малейшая приостановка движения нарушила бы все мироздание, но невозможно применить к жизни своей начало движения без любви. Не сутолока базара такое движение, не суета на площади, но нерв творческой жизни, который движет сознание к совершенствованию. Ленивец не поймет, о каком движении Мы
говорим, он прилежит к бездействию и предпочитает, чтобы космическое движение катило его, как мертвенную песчинку. Правда, Мы все меньше песчинки в беспредельности, но каждое движение нашего сознания уже будет великим сотрудничеством. Нелегко внушить любовь к движению, но пусть помнят, что Мы работаем, проявляя движение мироздания. Ур[усвати] права, настаивая на единении. Мы называем единение целительным настоем. Оно является гармонией движения, но нельзя приказать единение. Никаким насилием нельзя создать творческое единение. Люди смотрят на совет о единении как на оковы. Люди предпочитают вызывать разрушительные силы стихий, предпочитают быть раздавленными, лишь бы не сделать усилия к сотрудничеству. Мы не устанем твердить о единении и не устанем сострадать неразумным, готовящимся к собственному разрушению. Но неужели не ясно сказанное? Неужели только на горьких последствиях учится человечество? От Нас пусть идет совет о Движении и Единении. Наша Обитель держится на этих Началах".
Родные мои, очень запомните эту Беседу. Следующая почта
из Ам[ерики], вероятно, принесет нам описание тяжких дней, последовавших после выноса реф[ери] решения против нас. Представляем себе, каким негодованием загорелись Ваши сердца. Но что можно было ожидать от друга Эрн. и приемного отца Леви? Мы попали в расставленную ловушку. Вспомните, как на первых hearing'сах Макс старался расположить Вирбинен, все к лучшему, и все кое-чему научились, и, главное, получилось протягновение, которое так важно. Какие чудесные вести пришли сейчас из Н[овой] Стр[аны]!* Вот где совершается великая победа!! Также занимательны и письма друзей, посетивших Н[овую] Ст[рану]. Все говорят о необычайном подъеме и жажде к знанию и порядку у новой молодежи. Полное расхождение между старым и новым поколениями. Давно было сказано, что годы бедствия и унижения создадут армию, не знающую поражения. В школах разрешено говорить о Боге. Так родные, в полном мужестве и радости великой победы обнимаю Вас сердцем. Любимые, спасибо за все, дух мой стремится к Вам в любви
и желании помочь. - Сердцем,
Е.Р.
Сейчас получили описание несчастного случая с
автомобилем. Бедняжка наша Инге! Какие жестокие поранения! Родные, в ближайшей же телеграмме сообщите нам о ее самочувствии. Конечно, здоровая природа делает чудеса, потому верю, что с Помощью Вашей она избегнет всяких осложнений и скоро все будет хорошо. Шлю ей мысли о полном выздоровлении.
For Sin[a], Amr[ida], Maur[ice]
20.X.37
Родные и любимые наши, телеграмма о решении Макса пришла
как раз утром 10-го окт[ября], и, несмотря на целый ряд сердечных приветствий, полученных в этот день, он прошел под тяжким знаком. Мы чуяли всю тоску, все возмущение, все трудности Ваши, родные! За несколько дней мы были Предупреждены, что темные любят всегда омрачить памятные дни. И тем более оценили и оцениваем Ваши письма, полные такого мужества и веры в победу. Сердце так стремится, так жаждет поддержать Вас, любимые, в этой борьбе с ярыми преступниками. Хотели бы быть в первых рядах. Так мучительно выжидание. Но Мудрость высшая указывает точные сроки для каждого выступления. Одно нас утешает, что срок для продвижения очень краток. Потому так важно каждое протягновение в делах, ибо новые обстоятельства внесут и новый аспект, и отношение ко всему делу. Никакие темные уловки не могут противостать Силам Света, но, конечно, при неисполнении и при откладывании Советов многие подробности могут осложнить ход дел и даже,
что крайне прискорбно, отдалить на некоторые сроки. Если удастся сохранить общий, единый фронт среди ближайших, то многое ускорится. В дни грозных потрясений мы должны всячески оберечь посылаемую затрачиваемую на Вас Благую Энергию. Недопустимо, несоизмеримо расточительство. Ведь только энергией Света поддерживается само существование планеты и охраняется то, что явиться должно спасением Мира. Победы, одержанные Иерархией Света за 36-ой и 37-ой годы, велики, но кто поймет, в чем они выражались! Впрочем, именно в последнем обстоятельстве заключается охрана сужденного. Так, сентябрь 1936 года отметил конец одного цикла и вступление в новый. Очень тревожились, как принял наш друг Ст[оу] решение М.,
ибо он был так уверен в благоприятном исходе. Его приветственное письмо к юбилею Н.К. и к Конгрессу в Л[атвии] показало нам, что он держится своего президентства в Общ[естве] Др[узей]. Потому если бы в свое время состоялось оформление Комитета Защиты, то он еще больше был бы заинтересован в ходе дел. Не перестаю оплакивать маленького, вернее, малюсенького обстоятельства, воспрепятствовавшего осуществлению такого важного органа. Сейчас снова Указано собрать Комитет Друзей и оповестить их о происшедшем, и запросить их мнения относительно могущей явиться неотложной необходимости в выступлениях в прессе. Яркое оповещение происходящего вандализма настолько важно, что сейчас изыскивается писатель, способный заинтересоваться этим вопиющим безобразием. Был найден один, но он сейчас болен. Сказано, что может поправиться. Спасибо от всего сердца милым Фосдикам за их сердечную приветственную телеграмму. Именно их деятельность и начатая ими корпорация может очень пригодиться при некоторых положениях дела. Написала письмо Ч.Кр[ейну], прося его оказать поддержку. Конечно, нельзя скоро ожидать ответ. Оборот писем на Калифорнию берет два месяца, не меньше.
Очень тронула нас отзывчивость Индии на чествование Н.К. Друзья сообщают, что до двухсот местных газет откликнулись на празднество. Так, на одном тамильском языке появились статьи в 18 местных газетах. К сожалению, невозможно получить перевод всех статей. Но как умеют они сердечно писать! И этому Запад может поучиться у Востока. Также из самых неожиданных мест, от неизвестных нам людей получили приветствия с выражением надежды увидеть Н.К. во главе культурного водительства. Некоторые из них даже не придется переслать ввиду всяких особенностей почты. Так цементируется пространство добрыми знаками. Получили несколько хороших писем от англ[ийских] друзей, но в общем английская пресса знаменательно воздержалась. Атавизм страха перед всем русским истинно велик! Психологически интересно отмечать это явление. Сказано, что Вел[икий] Акбар всегда вел список друзей и врагов и это очень помогало ему в его строительстве. Но когда он встречал порядочного человека среди врагов, он называл его переодетым другом. И часто такой враг становился впоследствии преданнейшим человеком. Вести такие списки должен каждый строитель.
Теперь следующие Указания: "Можно найти друзей в Америке,
в Канзас Сити - миссис Хольмс. Она имеет полезную родственницу. Можно написать сильное письмо об охране Музея и Культуры. Пусть Радна напишет. Также следите за полезными мыслями, возникающими у Вас. Полезна мысль о встречном иске апостату. Так, в С[ан]-Луи имеете Клемманса, он имеет полезных людей. Пусть ему напишет Фосдик об охране Музея и о разрушении. В С[ан]-Поле имеется мистер Хакен, из промышленников. Но сперва следует обратиться к первым двум, и через них выявится и третий. Также просите не ссориться. Сам Генри действует неплохо, но необходимо, чтобы у него осталась иллюзия о единении трех. Дайте обстоятельствам проясниться. Ищу человека полезного, ибо хочу найти не юриста, но
писателя". Так, родные, не откладывая, напишите указанным лицам. Н.К. пишет необходимые подробности о всех них. Вероятно, и наш родной Ав[ирах] вернулся; радовались его успеху в милом Санта-Фе. Трогательно письмо милой Дорис, оно полно такого неподдельного энтузиазма. Видимо, Санта-Фе пришелся им по душе. От всего сердца приветствуем это местечко как летнюю резиденцию Арсуны. Время покажет, насколько оно оправдает возлагаемые на него надежды. Сердцем понимаю, сколько стараний было приложено милой Клайд в сотрудничестве с ближайшими сотрудниками, чтобы сделать как можно лучше. Пусть энтузиазм не оставляет ее, ибо лишь на энтузиазме можно строить. Постепенно набираясь опыта, она сможет выстроить действительно полезное и прекрасное дело. Спасибо милой Дорис и за копии перевода "Братства". Она отлично справляется с этой работой. Шлю им обеим самое сердечное приветствие. Хотелось бы, чтобы с возвращением родного Ав[ираха] было проявлено больше надзора за Музеем. Он ведь остается не только признанным trustee, но и директором Музея. Препятствовать ему труднее, чем прочим trustee. Нельзя ли через маленьк[ого] чел[овечка] получать некоторые полезные сведения? Каждая осведомленность неоценима. Как хотелось бы знать о всем происходящем в стенах Дома. Знать всю их "просветительную" программу, все выступления и так далее. Для оценки положения все это нужно учитывать. Ведь столько можно выяснить, входя в некоторые беседы со служащими. Порадовались, прочтя газетную вырезку, что Нестер Х. преподает в Школе. Так, несмотря на все козни, будем продолжать нашу борьбу за справедливость. Главное, чтобы адвокаты сумели атаковать противника со всех слабых сторон, которых немало. Начать, так сказать, своего рода гериллья уор. Очень ждем вестей, как выяснятся вопросы об адвокатах и других финансовых соображениях. Очень надеемся на некоторую поддержку от Ч.Кр[ейна], ибо, видимо, Адриан не сможет сдержать своих обещаний. Также и агрик[ультурный] департ[амент] все еще не может выплатить последнюю причитающуюся с них сумму. Юрий согласился принять на свой счет ряд расходов, чтобы ускорить получение, но вчера было получено от них опять то же стереотипное извещение, что они приняли во внимание все объяснения и теперь это пойдет обычным порядком через их экк. бюро. Возможно, что задержка происходит тоже по наущению. Ведь мы имеем дело с определенным типом людей.
Как здоровье милой Инге? Посылали ей силы и мысли о
полном восстановлении пораненной ноги. Обнимите и крепко поцелуйте ее от меня. Так горевали мы о случившемся с нею. Вероятно, продолжительное время придется очень беречься. Также давно не слышала о самочувствии Эми Уэльш. Прошу мою Амридочку передать ей, что часто мои мысли летят к ней. Пусть ей будет хорошо.
Сейчас у нас среда, 20-ое окт[ября], три часа дня. Держу Амридочку в сознании, в сердце и посылаю ей твердость, мужество и спокойствие. Все будет хорошо. На душе чувство хорошее значит, все будет так, как нужно. Родная моя Амридочка, очень ценю ее письмо, такое ласковое, и такое бодрое, и это в самую трудную для нее минуту. Именно в такие минуты проявляется наша истинная сущность. И много радости приносит мне видеть ее сердечную готовность служить делу В[еликого] Вл[адыки], и что никакая жалоба не подымается в ее сердце. Да, эти годы борьбы сплетают прочную ткань близости, и жизни наши и в будущем будут связаны узами любви и преданностью в Служении Вел[икому] Вл[адыке]. Родная моя, всегда рада получить весточку и шлю всю мою любовь. Также и наш Верный Страж - моя Радночка крепко вошла в сердце. Знаю, как стремится она выполнить все Указанное. Спасибо, родная. Уже сердце живет часом будущей радостной встречи. Присоединяюсь к мнению Н.К., что не следует устраивать 17-го
нояб[ря] чествования уже прошедшего юбилея. Многим покажется это странным. Мы ведь знаем, родные, что сердце Ваше всегда с нами. Ведь нужно было подчеркнуть чествование среди широких культурных слоев Америки. Но понимаем, что по многим обстоятельствам это было трудно, потому и не сетуем. Шлю и нашей Модрочке привет сердца и пожелание ей всякого успеха и прошу ее доверять нам - в доверии все преуспения. Чую, как милый Авирах огорчен поступком Адриана. Но появятся и новые друзья, лишь бы не просмотреть их и не оттолкнуть. Так, родные, сплотимся как можно теснее и выдержим все натиски. Если выполним это условие, то никакие адовы полчища не одолеют нашей твердыни. Шлю Вам, родные наши, весь огонь веры в конечную победу. Будем хранить в сердце это светлое знание. Обнимаю Вас единым объятием. Сердцем с Вами,
Е.Р.
Прилагаю страничку из новой книги. Очень прошу прочесть
ее внимательно и хранить в сердце. Но пусть эти отдельные листки хранятся и не попадают в чужие руки.
"Ур[усвати] знает значение великого напряжения. Мы
говорим - обратитесь к Нам. Но надо подумать, как обратиться. Можно сказать - всем помышлением и всем сердцем. Сказать это легко, но сделать трудно. Обратиться всем сердцем - значит полюбить. Там, где есть истинная любовь, там нет места сомнению. Даже если нечто неясно, любящий не будет осуждать. Там, где могло зародиться осуждение, там была не полная любовь. В дни великих потрясений не может быть полумер в чувстве. Нужно так сплотиться, чтобы не было и малейшей трещинки. Враждебные силы гнездятся в трещинах, и яд поражает растрескавшиеся покровы. Наше оружие в совершенной любви. Пусть все Наши друзья наденут этот верный доспех.
Не нужно утешаться, что малая заноза не опасна. И от
самого малого бывают губительные нарывы. В Нашей напряженной жизни очень чувствительны трещины недоверия.
И особенно часто Мы советуем беречь здоровье. Неужели Мы допускаем, что Наши сотрудники будут безрассудны? Вовсе нет. Мы предусматриваем нападения темных. Они особенно стараются сократить жизнь светлых тружеников. Они пользуются каждым ослаблением организма, чтобы поразить слабое место. Не следует допускать мысль, что можно потрясти Нашу помощь. Каждый неверный шаг может подвернуть ступню. Мы можем охранить, когда Нам дана возможность самими людьми. Нередко мысль недостойная пресекает нить. Часто люди посылают очень вредные мысли, даже не замечая того. Но в часы великих потрясений нужно уметь всем сердцем приобщиться к Учителю, именно идти к Учителю, зная, что Он не упустит мгновения для помощи.
Вера есть непреложное знание. Уявление доверия как
средство преуспеяния. Обычно недоверие происходит от недостаточного представления о Наших трудах. Нужно каждое положение сопоставить с мировыми обстоятельствами. Тоже нужно признать, сколько людских ошибок осложняет помощь. Люди поражают самые лучшие возможности. Мы указываем на необходимость единения, но даже три человека не могут исполнить эту просьбу. Хотя бы перед лицом опасности поспешим с единением, если не сердцем, то хотя бы разумом. Так нужно думать в дни великих потрясений".
16.XI.37
Родные и любимые наши, понемногу прихожу в себя, хотя воспалительный процесс еще не закончился. Большая радость была узнать, что операция прошла удачно и наша милая Инге
имеет прекрасный уход. От всего сердца обнимаю и думаю о ее полном выздоровлении. Родные, очень тронута Вашей непрестанной заботой о нас. Да, Амрид[а] очень много сделала для нас. Напишу обстоятельное письмо к следующей почте, сейчас же должна еще раз послать Совет, повторенный вчера: "В Ам[ерике] следует всеми мерами затягивать дело". Потому, родные, умоляю Вас дать это понять защитникам и друзьям. Затягивание есть спасение всего положения. Следует понять это как непреложную истину. Многое нельзя доверить бумаге, но поймите сердцем.
Родные, в доверии дойдем до победы. Пусть никто из друзей
не отойдет у последней черты. Полезно читать биографии больших людей. Какие трудности приходилось им преодолевать и как ничтожно было число друзей, оставшихся верными их делу! Несмотря на крайне тяжкое положение, мужество и радость подвигу живут в сердце. Ведь несение подвига и есть великое Служение, потому никто и ничто не может отнять от нас эту радость, радость приобщения к труду Вел[икой] Тв[ердыни] Св[ета] на благо и спасение человечества. Еще раз повторен завет - мужество и подвиг. Так и пройдем.
Родные, ничем не смущайтесь, все пройдет, и, оглянувшись назад, улыбнемся самому страшному. Щит доверия самый прочный. Обнимаю Вас, любимые, всем сердцем и верю в Вас.
Сердцем с Вами,
Е.Р.
Доверительно
23.XI.37
Родные наши Радночка и Амридочка, умоляю проявить
максимум спокойствия и мужества. Проходит трудная полоса не только для наших обстоятельств, но и для всего Мира. Потому подумаем, каково напряжение Сил Света. Оно чудовищно! Мы обязаны приложить все усилия к выполнению Советов, как можно точнее и без промедления. Ведь только так мы поможем и себе. Если Тр[удный] Чел[овечек] будет отказываться и откладывать, следует напомнить ей о спешности часа и ответственности за промедление. А затем, если это не поможет, то найти возможность действовать помимо нее.
Наша Амридочка помогает всем, чем только может, потому
самая большая признательность пусть живет в сердцах всех сотрудников ближайших. Ваше единение, родные, - наша радость. Храните его, как сокровище.
Как дело с иском Амр[иды] против Леви? Брат обязан помочь
ей. Если он ее друг, то считаю, что он должен найти возможность помочь ей именно сейчас. Неужели же все адвокаты принадлежат к типу Эрнста и комп[ании]? Вообще, каково сейчас отношение Брата к делу? Также крайне интересно его соображение, что мы должны иметь адвоката не из евреев. Чем он это мотивирует? Не пытаются ли апостаты выставить нас юдофобами, чтобы тем легче восстановить евреев судей и адвокатов? Наши книги достаточно уже свидетельствуют, что мы никаких фобств и фильств не признаем. Судим лишь по внутренней ценности. Сейчас много обстоятельств нам неясно и довольно трудно представить себе положение создавшееся. Так, мы не знаем, кто же будет советником Пл[аута]? Не знаем отношения нашего друга Стоу? Что тоже крайне важно. Видаете ли Вы его? Вероятно, он обижается, что Вы не посещаете его собрания для медитирования? Посетил ли его Морис после своего возвращения?
Выслала уже вторую посылку новой книги. Очень храните ее. Если Тр[удный] Челов[ечек] не захочет слушать в устном переводе, не настаивайте. По всему видно, что Учение для нее пустое место. Как подвигается корректура "Аум"?
Итак, родные наши, все помыслы, все устремления сердца
летят к Вам. Высшая Справедливость существует, и нам не
суждено погибнуть от апостатов. Ибо во всех прошлых жизнях они получали от нас. Самое тяжкое преступление совершила белокурая, ибо она была спасена когда-то от ужасной болезни и тогда поклялась послужить Вел[икому] Бр[атству]. Ей была дана эта возможность; можете сами судить, как она послужила. Итак, несмотря на трудные часы - волны радости впереди.
Обнимаю и шлю всю нежность мою, все доверие.
Как здоровье С[офьи] Мих[айловны]? Привет сердца ей и Фосд[ику].
Сердцем,
Е.Р.
For Sin[a], Franc[es], Amr[ida], Maur[ice]
3.XII.37
Родные наши, с глубокой грустью прочли последнее письмо Зиночки от 11-го нояб[ря] с описанием решения Валенти и о том, что кончается Ваша injunction, и, главное, что суд может назначить слишком высокий bond, и так далее. Все это более чем грустно. Тяжко, очень тяжко сознавать, что лишь темные умеют объединяться и находить поддержку; люди же, работающие на общее благо, должны видеть, как тают ряды их друзей. Но, родные, ничего, будем помнить тактику адверза и знать, что, покуда хотя бы трое из нас солидарны, многое может быть достигнуто.
Не скрою, что тяжким ударом было для нас извещение из
Риги, что ими получена телеграмма о том, что вторая партия клише не может быть выслана. Друзья в великом огорчении и не знают, что и думать по поводу непонятной задержки с отсылкою клише, тем более, что они знают, что и мы писали по их просьбе о том же уже так давно, 2-го сент[ября], и повторяли и после. Таким образом, письмо наше должно было быть получено в Америке не позже 22-го сент[ября], и мы уже имели извещение от Зиночки в окт[ябре], что клише готовы к отсылке. Спрашивается, что же могло задержать отправку их до 9-го нояб[ря]?! Никто понять этого не может. Но рижские друзья прямо-таки в отчаянии. Они ведь так стараются как можно лучше выполнить каждое Указание и послужить общему делу; особенно Гаральд, который, при его необыкновенной подвижности и работоспособности, еще воспринял Указ о часе спешном. Сердце мое прямо обливается кровью. Ведь В[еликий] Вл[адыка] одобрял и спешил с выходом этой новой монографии в двух изданиях. Родные, помните о часе спешном. Много уже нельзя отложить без разрушения. Также Вы знаете, что было Сказано, что Генри можно отставить, но с большою осторожностью. Вероятно, Вы уже имеете мои письма с приведенными Словами В[еликого] Вл[адыки].
Теперь другое. Очень удивило меня то обстоятельство, что Пл[аут] переслал нам вопросы по делу моих тетрадей­манускриптов и даже не потрудился сообщить своих соображений и подсказать некоторые ответы. Это уже граничит с глупостью и полной безответственностью. Он, видимо, настолько привык проигрывать дела, что уже заранее знает, что и в этом случае он будет неуспешен, и потому не желает затрачивать лишних усилий. Он даже не потрудился известить нас, были ли отосланы такие же опросные листы и местному магистрату. Также как не переслал и поставленные им вопросы черной и белокурой, и их показания, тем самым лишив меня возможности опровергнуть их. Не знаем мы и срока, к которому нужно приготовить эти ответы. Впрочем, последнее обстоятельство может быть к лучшему, ибо нельзя сказать, когда магистрат будет в наших краях. Особенно редко он здесь зимою.
В присланных опросных листах есть пункты, которые в
интересах защитника или Пл[аута] должны были бы быть освещены им и подсказано, как лучше на них ответить; так, например, серия вопросов, начиная от № 96 и по № 102 включительно.
Конечно, Вы все знаете, что серия тетрадей-манускриптов
от 24-го марта 1920-го года по 3-е февр[аля] 1935-го года, написанная по-русски моей рукой и хранящаяся в Нью-Йорке, и есть оригиналы. Передавая эти тетради-манускрипты на хранение, я всегда указывала и Вам, и черной, и белокурой, что никто не имеет права их читать или делать из них выписки. Потому всякое своевольное цитирование оттуда терминов и выдержек я рассматриваю как нарушение прав писателя и моего доверия. Философия этики и исторические легенды и традиции, составляющие главное содержание этих манускриптов, были записаны и компилированы мною. Если Вас будут спрашивать, кто являлся автором этих манускриптов, Вы можете сказать: собрала и компилировала их Е.И. Если Вам укажут на предисловие к "Агни-Йоге", Вы можете ответить, что содержание большей части записей было дано этим Учителем (The Blessed Mahatma) и записано Е.И. с Его слов. На вопрос: кто этот Учитель? - Это знает Е.И. - Имеется ли еще полная копия этих тетрадей? - Знать это может только сама Е.И.
Большинство вопросов вертится около одного и того же - именно, не представляет ли каждая отдельная напечатанная книга полное содержание какой-либо одной или двух тетрадей­манускриптов? Невольно является соображение - не желают ли они доказать, что раз нечто целиком опубликовано, то тем самым оно является уже общественным достоянием и, следовательно, такая тетрадь-манускрипт не может рассматриваться как личная собственность? Также, не будут ли они утверждать, что раз copyright на английское издание было взято на имя Хорша или Учреждения, то тем самым и манускрипты, или тетради, заключающие содержание этих книг принадлежат ему? На это следует возразить - так как copyright взято только на английский перевод русских изданий, то он имеет право лишь на машинный манускрипт этой книги на английском языке, который, вероятно, и хранится у него. Что же касается copyright на все русские издания этих книг со всеми правами автора и на переводы, то оно было взято во Франции на мое имя. Также очень прошу Вас запомнить, что Вы знаете от меня, что в каждой тетради-манускрипте имеются страницы еще не опубликованные. Именно, каждая тетрадь­манускрипт содержит гораздо больше материала, нежели это было опубликовано в книгах, и особенно это относится к первым годам. В этом я могу дать любую клятву! Поразительно, что Пл[аут] даже не мог пояснить, куда гнут подобные вопросы! Также постоянно требуется указывать год, к которому относятся в записях содержание, входящее в ту или иную книгу. Значение этих вопросов мне не ясно. Надеюсь, что мне будет оказана помощь при ответах. Вы же, родные, при допросе больше ссылайтесь на то, что Вы знаете, что эти записи-манускрипты написаны рукою Е[лены] И[вановны] и всегда рассматривались ею как оригиналы. Отдавая [их] Вам на хранение и когда Вы отвозили их в Нью-Йорк, я всегда наказывала, чтобы книги эти лежали в сохранном месте и никто не читал и не делал какие­либо выписки из них. Затем, можно повторить все обстоятельства передачи этих манускриптов на хранение, которые уже изложены в пересланном Вам и Плауту моем statement'е. Вообще, мой разум не вмещает всех этих вопросов. Дело ясно, я дала на хранение мои оригинальные и мною написанные на русском языке записи с определенным наказом, о чем имеется достаточное количество свидетелей: Вас трое, Влад. Анат[ольевич] Шибаев, обе девочки, не считая моей семьи; а люди, имевшие мою доверенность, своевольно захватили их и теперь стараются нелепыми вопросами что-то запутать. Не понимаю, к чему, например, вопросы о ценных подарках г-жи Леви? Под ценными подарками они подразумевают так называемые драгоценные вещи? Но на серебряные ручные часы и брошку с крошечными жемчужинами, подаренными мне г-жою Х[орш], я немедленно отдарила ее бриллиантовой звездочкой, брошкой и
крупным аметистом (handcuffs работы Лялика1"Этот аметист имел форму сердца. Он был потерян Черной, [что] тоже символично!") и также кольцом с прекрасным бриллиантом-солитером, которое Зиночка знает. Также я подарила и белокурой два кольца, и жемчужные с бриллиантами серьги, и брошь - паучок с жемчужинкой и кошачьим глазом. Если же они будут поминать о присланных ими чулках и пальто, то и я могу тоже сказать, что дарила им дорогое белье с настоящими кружевами (еще из Р[оссии]), и блузы, и другие вещи, так что в отношении подарков мы квиты. Также и Н.К. подарил самому Хоршу золотые часы, старинный Брегет, в ответ на его подарок часов, которые пришлось тут же обменять на простые черненые, ибо механизм часов Хорша не действовал. Если не ошибаюсь, Н.К. подарил Хоршу и ценную старинную лампу. Для Вашего сведения хочу еще добавить, что, уезжая в экспедицию, я оставила тоже Х[оршам] на хранение и памятные дорогие мне вещицы - старинную севрскую вазочку на бронзовой подставке, также старинную XVIII века севрскую одноглазку и маленький сундучок-несессер с двумя флакончиками внутри, покрытый эмалью, тоже XVIII века, и печатку венецианской работы - фигура арапа; торс, сделанный из одной цельной жемчужины, в тюрбане с бирюзой и юбкой, усыпанной алмазами и рубинами, сама печатка из темно­зеленого камня. Все эти вещи были даны ей на хранение. Где сейчас они? Вероятно, тоже захвачены ими в собственность? Все это пишу для Вашего и Плаута осведомления. Сама я никогда не вспоминала и не перечисляла бы подаренные мною вещи, ибо не принадлежу к типу нуворишей.
Кажется, Франсис или Амридочка писали мне, [что]
copyright на "Агни[-Йогу]" был взят на "Корона Мунди", а на первую часть "Л[истов] С[ада] М[ории]" Леви-Хорш взял на свое имя. Уже тогда он осмелился взять copyright на себя, когда ему было указано - на одно из Учреждений. Возможно, что на этом весьма слабом основании они будут настаивать, что тетради-манускрипты, заключающие содержание этих книг, на которые он взял copyright, принадлежат ему? Но я настаиваю, что он может претендовать лишь на машинный манускрипт на английском яз[ыке]. Кроме того, английское издание первой части "Л[истов] С[ада] М[ории]" содержит лишь немного, более половины, русского оригинала. Именно эта книга, больше чем все остальные, составлена была мною из отдельных фраз, выписанных из нескольких тетрадей. Настаиваю на том, что каждая тетрадь-манускрипт содержит материал, который не был еще опубликован, потому никто не имеет права доступа к нему. Так, Хорш, в крайнем случае, может претендовать лишь на английские переводы русских изданий, о возвращении которых я никогда не заикалась. Так, родные, запомните, что во Франции взято copyright на все книги на мое имя. Мне казалось, что Амридочка взяла copyright на мое имя и на английское издание книг "Сердце" и "Беспредельность". Но на чье имя взято copyright на англ[ийское] издание "Иерархии"? Эта книга тоже собрана мною из разных тетрадей.
Также, родные, отрицайте участие во всяких спиритических сеансах, ибо спиритические сеансы имеют дело с миром потусторонним, с духами, но мы имеем дело с людьми живыми. Мой Учитель - в земном теле, и именно в наших книгах судьи, если дадут себе труд прочесть их, найдут на многих страницах указания на вред низшего психизма и медиумизма. Советую Морису выписать эти места. Они есть, кажется, в "Агни-Йоге", но больше всего в "Мире Огненном". Можно указать, что опыты профессора Райна и его сорока коллег (прочли в американском журнале, что сорок профессоров заняты опытами по передаче мысли) и известного психиатра профессора Бехтерева достаточно ярко доказали возможность передачи мысли на расстояние. Да что говорить о людях, когда имеются собаки, которые понимают каждую мысль своего хозяина! Наш знакомый доктор Кастрицкий имеет такую замечательную собаку, и он постоянно
демонстрирует ее способности перед своими многочисленными пациентами. Да и Бехтерев описывал свои опыты по передаче мысли животным. Если существуют индивидуумы, которые могут видеть физическим зрением предметы через самые непроницаемые вещества, то почему не могут быть организмы, которые могут слышать мысли и голоса на расстоянии? Явление, когда люди начинают слышать радио на расстоянии без аппарата, все учащаются. Неужели могут еще встречаться такие невежды, которые будут отрицать подобные явления? Им следует сказать: знайте больше. Уже во многих странах даже при университетах учреждены кафедры по изучению парапсихических явлений; так, только что открылась такая кафедра и в Лондоне. Даже в Италии, этой цитадели католицизма, самая распространенная болонская газета уделяет ежедневный столбец исследованиям парапсихических явлений. Так пусть вопрошающие оставят свое невежество при себе, иначе они будут осмеяны просвещенными людьми. Спросите невежественных вопрошателей, которое из открытий, облагодетельствовавших все человечество, не было осмеяно ограниченными умами современников? Инквизиция еще существует, и члены ее лишь переоделись в современные одежды. Так, родные, вооружайтесь. Не бойтесь утверждать, что Вы знаете о существовании Великих Учителей человечества, о которых знают миллионы Востока и многие сотни тысяч западных и американских просвещенных людей и мыслителей. Так свидетельствуйте бесстрашно о существовании Великой Твердыни Знания.
Крепитесь, родные, недавно читала отрывки из "Жизни Масарика". Какая у него была трудная жизнь! Какие тяжкие
испытания пришлось ему пережить! Подумать только, что чуть ли не за три года до своего избрания главою государства он был объявлен врагом народа!!! Дочь его тогда же была арестована и посажена в тюрьму, а жена его подверглась даже пытке! И сын умер в это же время. А теперь он назван отцом своего народа и мудрейшим правителем, и утрата его оплакивается всей страной. Таковы человеческие суждения и дела! Так каждый из нас примет чашу подвига и не устрашится.
Зиночка писала, если даже сужденное не совершится, то все
же в ее сердце будет жить вечная признательность за приближение к Вл[адыке], и т[ак] д[алее]. Но, родная, сужденное не свершается лишь когда мы сами от него уклоняемся. Предатели, отпадающие и не понимающие, могут лишь задержать или осложнить некоторые сроки, но если лицо, несущее подвиг, идет твердо, то он всегда доходит до сужденного.
Также не забудем, что многие толкования были неправильны,
ибо смысл был намеренно затемнен и Силы Света не стремились их до времени уточнить, ибо они видели готовившееся предательство. Срок 36-го года был велик, ибо он отметил конец определенного режима. Это была великая победа Сил Света. Также интересно отметить, что сейчас по всей Индии широко распространяется срок 1942 года как конец Кали-Юги и воплощение Калки Аватара в Шамбале. Срок этот правилен. Он давно был назван Нашим Учителем. Пандиты сейчас доказывают, что большие цифры в Писаниях были сокрытием и их надо считать не годами, но днями, и тогда срок конца Кали-Юги приходится на 1942-ой. Это очень правильно, ибо и в "Т[айной] Доктрине" Вы можете найти утверждение, что нули часто являются сокрытием настоящих чисел. Также конец Кали-Юги эзотерически должен совпасть с вступлением в Цикл Аквариуса*.
Так, родные, ничем не смущайтесь. Храните при всех обстоятельствах спокойствие. Сами обстоятельства помогут нам и делам. Потому так важно всякое протягновение. Все спешит, и даже сроки могут приблизиться. Помните о часе спешном. Не откладывайте ни одного действия.
Родного Мориса прошу передать мою признательность его
милым ученицам за заботу Клайд. Будем надеяться, что Адриан
сдержит слово. Н.К. высказал в своем письме к Кл[айд] наши общие мысли и пожелания.
Родные, шлю Вам весь огонь моего устремления и всю ласку сердца.
Сердцем,
Е.Р.
Доверительно
Можно прочесть Д.Фосдику
4.XII.37
Родные наши Зин[а], Амр[ида], получили Ваши письма с описанием преступного заговора, ибо иначе все происходящее назвать нельзя. Заговор целой сплоченной банды очевиден, и потому, пока мы не найдем поддержку в прав[ительственных] кругах или в общественном голосе, который может быть поднят одним или двумя писателями, наши защитники, ничтожный удельный вес которых вполне определился, ничего не смогут сделать.
Также ввиду того, что единение (главное условие победы)
не могло состояться, единственным спасением являются всякие протягновения и затяжка дел. Вы уже знаете из моего предыдущего письма все данные Указания. Теперь еще один Совет, будем надеяться, что он будет удачно выполнен: "Полезно ознакомить с делами писателей Иду Тарбель и самого Эптона Синклера. Такие независимые люди могут вносить оповещение о вандализме... Также не забудем о Лос-Анжелосе, там имеется целая группа профессоров, ценящая искусство Рериха. Также не забудем, что можно найти около Чикаго расположенные журналы. Много имеется друзей около Торонто. Также можно усмотреть расположенных людей в Индиане и Небраске".
Прилагаю Вам страницу из "New York Times Magazine", где помещена страница, посвященная Иде Тарбель. Внимательно прочтите ее, и Вы увидите, что именно такой человек может заинтересоваться нашим делом. Не пугайтесь, что ей уже 80 лет. В Австрии у нас имеется очень деятельная сотрудница 84 лет, которая не только сама пишет, но и переводит статьи Н.К. на немецкий язык. Мне очень хотелось бы, чтобы Зин[а], Амр[ида], и Морис, и оба брата Фосдика собрались и обсудили, кому лучше повидать Иду Тарбель и изложить ей происходящий вандализм и какая сплоченная банда душит наши дела. Дайте ей понять мировое положение Н.К. и ярко представьте сущность дела. Ведь сущность эта так ясна - современный Шейлок собрался захватить в свою собственность весь культурный план, данный Н.К., и все Учреждения, основанные Н.К. на общественных началах, все труды сотрудников-trustee, все плоды многолетней Центрально-Азиатской экспедиции, тысячу ценнейших картин, или весь Музей, и путем темнейших махинаций и фальшивых векселей пытается сейчас вернуть с Н.К. затраченные на это суммы и, обокрав его и сотрудников­trustee, буквально оставить их на улице. Нанятая им банда совершает под нажимом гнусного типа вопиющее преступление. Причем некоторые соучастники, понимая свою мерзкую роль, посещают Шейлока через черный ход в замаскированном виде. Куда же дальше идти, когда подобные типы занимают видные посты! Не упустите этих деталей.
Родные, затроньте ее сердце, постарайтесь зажечь его. Она
так прекрасно говорит: "Мы забыли этику, и когда богатый человек благодетельствует, мы хвалим это, потому что заменили этику гуманитаризмом". И далее: "Я верю, что растет сознание, что этические и гуманитарные соображения имеют жизненную, насущную связь с экономикой. Несоблюдение этих принципов обращается в угрозу всему общественному строю...". Вы найдете эти ее слова в приложенной странице. Напишите ей это. Вы обращаетесь к ней, ибо, по Вашему глубокому убеждению, именно она, стоявшая всегда на страже справедливости и защищавшая
столь яро вопросы общественной этики, может оказать помощь в этом вопиющем деле, которому суждено в недалеком будущем быть оповещенном на страницах истории культуры. Разоблачения неминуемы. Ведь только злоба трех предателей и глубокая невежественность и преступность банды, ими нанятой, закрыла от них перспективы будущего. Вспомните, к слову, и о деле Дрейфуса и благородной роли Золя. Конечно, все это будет сделано помимо Трудн[ого] Чел[овечка]. Ведь могут же Фосдики действовать независимо, по своему усмотрению и не спрашивая на это разрешения от Трудн[ого] Чел[овечка]? Итак, Вы ни словом не обмолвитесь об этом Указании перед Трудн[ым] Челов[ечком]. Нужно по возможности обходиться сейчас без нее. Предоставляем Вам решить, кому лучше повидать сначала Иду Тарбель. Но не отложите этот визит в долгий ящик. Помните, родные, что настал час спешный и заповедана поспешность во всех действиях. Сроки не ждут. Что касается до Эптона Синклера, то путь к нему мы сами постараемся найти. Повидайте Иду Тарбель. Зажгите ее сердце.
Родные, Вы сейчас находитесь в тенетах майи, которую
сплела вокруг нас банда искусных мерзавцев. Необходимо порвать эти тенета и снова львиными прыжками начать действовать. Помните басню, как Лев запутался в расставленных охотниками сетях и как маленькая мышка, призвав своих мышат, перегрызла веревки и освободила Льва? Если мы не можем найти фигуры, отвечающей своим весом замаскированному гнусному типу, то мы должны действовать множеством малых укусов. Конечно, если Тарбель согласилась бы помочь, или же направила к кому-то, или, наконец, замолвила бы доброе слово у видных деятелей, то это было бы успехом.
Так, родные, не откладывайте. Помните о часе спешном.
Прошу Вас, родные, храните единение. Зиночка знает, как помогает нам в делах Амридочка, и потому и сейчас во всем будет с нею советоваться. Будьте осторожны со всеми адвокатами.
Шлю Вам, родные, самые лучшие, самые любовные мысли. Воспряньте духом, не давайте майе уныния овладевать Вами. Не Вы, не враги видят, но лишь Великие Дозорные знают, куда катится Колесо Неизбежности, потому всем сердцем скрепитесь и мужественно переживите трудную полосу, осложненную разъединением и невыполнением многих Советов. Вы знаете, родные, Тр[удного] Чел[овечка], и потому, по возможности, будем обходиться без нее.
Что Инге? Обнимаю ее. Так жду доброй вести, что колено ее сгибается. Шлю сердечный привет и признательность милым братьям Фосдикам.
Сердцем с Вами,
Е.Р.
Что Эми? Она написала мне такое сердечное письмо. Отвечу
ей скоро.
21.XII.37
Родные наши, вчера была получена Ваша телеграмма о
победе. Давно не было у нас такой радости! Теперь самое главное - как можно полезнее и энергичнее использовать оставшееся время до нового разбирательства дела. Именно нужны действия и действия - в этом заключается Совет, который мы немедленно протелеграфировали Вам. Также указывается, чтобы было охранено хотя бы малейшее единение, ибо даже малое согласованное действие приносит полезную вибрацию, которую можно использовать во благо. Надеемся, что Советы будут выполнены без откладывания в долгий ящик. Пусть все сотрудники помыслят, как лучше подойти к нужным и полезным людям. Если один не может чего-то сделать, пусть не препятствует другому, но всякое отложение смерти подобно.
Нужна поспешность и подвижность не только в действиях, но и в сознании нужна находчивость. Напряжением всех сил в период наитруднейший облегчим себе все дальнейшее. Кто знает, может быть, решение недостойного, несправедливого судьи будет одним из полезнейших факторов. Мы знаем, что победа Света действует тонкими энергиями и в тонких условиях, потому действия эти и ускользают от внимания земного ума. В этом и тайна победы Сил Света. Родные, чаще вспоминайте параграф 250 из второй части "Мира Огн[енного]": "Отчаяние есть прежде всего невежество. Говорю не для ободрения, но для преуспеяния. Много прекрасных строений нарушено было из-за неуместного отчаяния. Всегда оно оборевает человека накануне совершенного достижения, точно кто-то временно потушил огни, но ученик не знает такого ужаса".
Потому не будем отчаиваться перед самой грозной
очевидностью, ибо, будучи ограничены своими земными условиями, мы не знаем истинной действительности. Полагая свои силы на защиту и продвижение правого дела, мы находимся под Щитом Света, и Щит этот тем мощнее, чем лучше выполнено условие единения. Итак, родные, умоляю проявить великодушие и всеми силами устремиться к поддержанию единения, хотя бы малейшего. Каждое несогласие, каждое уныние, каждое раздражение невыразимо отяжеляет защиту дел. Оккультно разъединение ужасно. Оно обрывает все сотканные провода, и Помощь не может доходить. Также оно губительно отзывается на Вашем и нашем здоровье. У Н.К. уже недели три как почти каждую ночь приступы удушья. Я очень мучаюсь этим, зная опасность их, ибо удушья эти от переполнения чаши. Родные, пожалейте того, кто все отдал и отдает на служение человечеству. Он ведь не молод, а еще столько надо выполнить! Пожалейте, родные, и себя сами, и всех трудящихся на общее благо. Сроки близятся.
Также были очень огорчены, что наша телеграмма о созыве друзей и дружественных адвокатов для обсуждения создавшегося положения и возможности нового обращения к Куз. не была принята. Должно быть, несчастливая частичка "all" перед
словом "адвокаты" смутила Вас, но ведь в конце телеграммы
было сказано об осторожности с Л. и также дан Совет посетить г-жу Гер. и просить ее повлиять на Генри. Само собою разумеется, что обсуждение предположенного обращения возможно лишь с дружественными адвокатами и испытанными друзьями, которые могли бы принять участие в передаче его. Ведь осторожность всегда и во всем должна быть соблюдаема. Сейчас очень болит мое сердце за К[атрин]. Она, бедняжка, очень устала. Нужно поберечь ее, ей нелегко. Сколько тягот обрушилось на нее! Последний выпад предателя с доносом должен быть очень тяжек для нее. Надеюсь, что Брат, хотя бы теперь, сумеет существенно помочь ей. Каждый непредубежденный судья должен бы заинтересоваться личностью инициатора подобных доносов. Ведь эти низкие доносы так характеризуют негодяя. Н.К. прав, что совершенно необходимо собрать вместе на один лист все его темные действия и деяния с Крамером, которого он сам когда-то аттестовал как чернейшего из черных. Может быть, и указанный Адамант пригодится.
Кто знает, может быть, талантливый адвокат поймет
значение этого указания. Один ухватывает значение каждого обстоятельства, другой проходит мимо самых ценных данных. Так в жизни отбираются удачники и неудачники.
Пусть родная наша К[атрин] не страшится. Сам Вл[адыка] наблюдает. Но очень хотела бы, чтобы она, хотя изредка, сообщала мне свои впечатления о происходящем. Я люблю иметь письма сотрудников при себе, чтобы перечитывать их. Думаем об Инге, как сошло 18-е дек[абря], как я понимаю, в этот день должен был быть снят гипс. С нетерпением ожидаем благоприятного заключения врачей.
Получили письмо Дедлея. Знаю и чувствую сердцем, как
тяжко такому честному и чистому человеку вдруг окунуться во всю мерзость людскую. Но земные уроки всем нам необходимы, ибо на чем иначе будем закалять свой дух и учиться совершенствованию во всех областях жизни. Люди учат нас осторожности, которая необходима и во всех мирах. Все подвижники и Сами Вел[икие] Учителя прошли путем тягчайших испытаний. Ведь другого пути к совершенствованию и к Твердыне Знания - нет. Мы должны научиться защищаться и противостоять злу. Бытие есть борьба с хаосом, и борьба эта никогда не прекращается. Она лишь видоизменяется и принимает тот или иной ритм, чередуясь в интенсивности в зависимости от прилива или отлива энергий. Сильный дух радуется борьбе, ибо знает, что лишь таким образом он ускоряет свое продвижение.
Решение трудной задачи привлекает все большие умы. Потому примем борьбу, понимая все значение ее. Милый Дедлей, остро чую все возмущение Вашего духа, но прошу спокойно смотреть на эти уроки жизни. Также Дедлей прав, что чем дальше, тем больше апостаты будут выявлять свою мерзость и тем яснее будет становиться наша правота.
Теперь, родные, передаю Вам всем Указание: "Всегда иметь
самые точные письменные договоры с адвокатами относительно их гонорара и прочих условий". Это Указание тоже уже не раз было повторено.
Очень прошу милую Франсис переслать мне просмотренные ею страницы перевода г-на Гартнера. Гартнер признает лишь мое окончательное редактирование, потому я должна выполнить его желание.
Что Морис, каковы его наблюдения за Музеем? Ведь
сокровища должны быть окутаны лучшими эманациями. Дружественная аура строит защитную сеть от многих покушений. Надеемся, что Адр[иан] выполнит данное им обязательство. Если нет, будет невыразимо тяжко, и самое ужасное - это новое разочарование в людях.
Вероятно, Вы скоро получите из Риги первую часть
"Братства", также и вторую часть "Тайной Доктрины".
Местный магистрат не получил еще опросного листа. Трудно примириться с безответственностью Пл[аута], не потрудившегося даже подать совет, как ответить на некоторые вопросы. Казалось бы, ради всего дела он бы должен быть заинтересован в правильности моих ответов. Также он мог бы указать, какие вопросы можно было оставить без ответа как не относящиеся к сущности дела, именно, к требованию мною моей собственности, отданной на хранение г-же Х[орш] и самовольно захваченной ею, также и к защите моих авторских прав. Также более чем странно заявление адвокатов и того же Лейка, что будто бы мы не знаем, чего хотим. Мы хотим, чтобы нам прежде всего вернули все, что было украдено или захвачено. Что же касается дальнейшего, то когда украденное будет возвращено, тогда мы будем говорить об остальном. Кажется, достаточно просто и ясно. Со всеми, и в особенности, может быть, с адвокатами, нужна твердость, поддержанная единением всех сотрудников. Между прочим, на замечание Лейка, сделанное им Дедлею, о том, что он - Лейк не получает своих указаний "from the clouds", можно было выразить ему глубокое сожаление, ибо все великие люди знают эти вдохновения. Величайшие творения и открытия приходили и совершались в минуту озарения. Но, конечно, ограниченные люди не имеют этих высших восприятий, ибо мозг их не может вместить их. Впрочем, уже множество указаний "from the clouds" запечатлены в прекраснейших творениях и трудах, потому и земные сознания, подобные сознанию Лейка, могут знакомиться с ними уже чисто земным путем. Так, и знаменитая ода Державина "Бог", переведенная чуть ли не на
все существующие языки, была получена путем высшего вдохновения, или же "from the clouds", по выражению Лейка. Ближайшие друзья Державина рассказывают с его слов, что однажды ночью он был разбужен ярким лучом луны, светившей ему
прямо в лицо, и почувствовал, что он должен писать; вскочив с постели, он тут же сел за стол и в один присест написал эту величайшую поэму. При этом он говорил, что когда он писал, то находился как бы в огне и слова складывались в мозгу с такою поспешностью, что он едва успевал их заносить на бумагу. Окончив, он почувствовал полное изнеможение. Вот такого вдохновения, можно сказать, Лейку испытать не суждено. Ибо мозги, занятые лишь применением земных искусственных законов, не могут вместить все величие законов Мироздания.
Сегодня, просматривая письма, нашла последнее письмо Вл[адыки] М[ории], которое было мне Указано послать в Америку перед нашим уходом в авг[усте] 25-го года в Лад[ак]. Оканчивалось оно словами: "Но за предательство ручаюсь смертельной грозой". Видимо, апостаты забыли или же пренебрегли этим предупреждением. Пусть Карма творит свои следствия.
Так, родные, верю, что сердца Ваши объединятся в великой битве за дела, нам данные. Обнимаю Вас одним широким объятием. Исполнимся мужества и бодрости. Тучи рассеются, и радость впереди. Наступит год еще больших событий - в единении победим.
Шлю всю любовь, сердцем с Вами,
Е.Р.
"..." В конечном итоге все послужит лишь на благо Новой Страны. Также такие фильмы, как "Шангри-Ла", - тоже знамение времени. Как всегда, все Высокое отражается в человеческом сознании, как в кривом зеркале. Темные силы всеми способами стремятся унизить все самое Сокровенное. Но, конечно, большинство сознаний не усмотрит кощунства. Кто может знать и понять величие Самоотверженного Дозора и Труда на Благо человечества, несомого Великими Хранителями и Спасителями его.
Сейчас уже собираю "Внутреннюю Жизнь Братства"*. Какие
великие страницы! Сколько из них будет выдано миру, не знаю еще. Пока что Сказано сделать лишь пять копий.
Бедное, бедное человечество, в своем безумии, в погоне за материальными благами утратившее величайшее Благо, неописуемое Счастье! Истинно Сказано: "Лишь испытавшие такие ощущения (при встрече с Вел[икими] Братьями) могут судить о напряжении, с ними сопряженном. Наша вибрация никогда не будет забыта испытавшим ее". Истинно, никогда не забуду мгновения этого несказуемого счастья! И сейчас не редки посылки лучей духовного восторга. Ни с чем не сравнить радость и восхищение от силы притяжения луча магнита Духа В[ладыки] М[ориа]!
Хочу закончить письмо это беседою о Радости. "Ур[усвати]
умеет принести радость. Такое качество заключается в дисциплине воли. Не в вещах, но в убедительности растет сознание радости. Не может быть такого состояния, которое не может обратиться в радость. Когда мы твердим о радости, Мы призываем ее как великую реальность. Нельзя представить себе Нашу Обитель без радости. Самые напряженные битвы насыщены радостью, без нее не будет действия. Но уяснить себе значение и ценность радости будет решением большой физиологической основы. Невежды связывают ощущение радости с здоровым пищеварением или с успехом в жизни. Но радость живет поверх здоровья и успеха. Она может быть и среди болезни и поруганий. Такое чувство развивается не только от многих смен жизни, но и от мудрого пребывания в Тонком Мире. Люди загромождают себя вещами, ненужными не только на Земле, но и в Тонком Мире. Каждая ненужная вещь уже будет трудным грузом. Но также несносно неразумное творчество в Тонком Мире. Можно натворить там столько безобразий, что они будут преследовать во всех жизнях. Не может рождаться радость, когда влачится много грязных хвостов. Радость будет о будущем, но не может
жить она в прошлом. Нужно понять, что хотим пояснить радость как нечто творческое и вдохновенное. Радость будет надежным магнитом. Мы хотим, чтобы люди поняли, где их панацея. Они могут вести лучшее, высокое Собеседование в радости. Они найдут твердых сотрудников в радости. Они захотят, чтобы миру было хорошо. Мы можем утверждать, что уныние не переступит порог Нашей Обители, ибо там живет радость. Пусть помыслят люди, что никто не может лишить их радости. Даже аппарат лучше работает, когда мы радостно им пользуемся. Решительно все может быть исправлено, улучшено, и ничто не закроет путь совершенствованию. У Нас Праздник, Мы видим, что Наши сотрудники познали Щит радости".
Родные наши, учите приходящих к Вам именно радости.
Радости познанию о существовании Твердыни Света. Радости, что самая сокровенная мечта человечества, истинно, воплощена здесь, на Земле. Радости возможности сослужения на Благо человечества. Радости явить преданность, любовь и подойти к Вел[иким] Уч[ителям]. Радости расширению сознания. Радости освобождению от влияния сил темных. Радости несению жизненного подвига для скорейшего воссоединения с близкими и ждущими Нас Сердцами. Сколько счастья, сколько восторга в донесении нерасплесканной чаши!
Родные, больше всего думайте о питании сердца Вашего.
Пусть Облик Великого Вл[адыки] и Обители Света неотступно живет в сердце Вашем. Благо тем, кто встречали в прошлых жизнях своих Великие Образы и возлюбили Их, и послужили Им. Чувство, порожденное такими встречами, живо через тысячелетия. Огни такого чувства вспыхивают в полной неприкосновенности. Земные слова их не выразят, но сердце отстучит при новой встрече так же, как и тысячелетия назад. Можно почти безошибочно сказать, что великая преданность Учителю есть вернейшее доказательство таких встреч в прошлых жизнях. Там же, где налицо равнодушие или сомнение, там не было и приближения.
Прочтите милым Фосдикам о Радости. Великое достижение
умение хранить в себе радость при всех обстоятельствах жизни! И радость эта приходит, когда сознание наше прочно утвердится на Великой Истине Существования Вел[икого] Учителя, путь к которому никому не воспрещен. Мы ведь знаем, когда нить сердца прочна, то ничто не может случиться с нами без Его ведома. И потому примем радостно все трудности, ибо за ними уже ждет нас радость. Все трудности будем благословлять, именно они приблизят нас к тому Свету, который сердце чует в редкие минуты озарения.
Родные и любимые, храните мужество и радость сознанию,
что при сердечном единении все вражеские нападения разобьются лучами Света, только бы найти сотрудничество и уметь уступать в подробностях, чтобы охранить самое главное. От Мориса получаем редкие письма. Видимо, он очень обеспокоен и огорчен Адрианом. Для нас это большой удар. Но всегда перед последней чертой встают и самые большие трудности. Но в единении и в полном доверии к Вел[икому] Вл[адыке] переживем все. Еще раз обнимаю Вас, родные, будем хранить радость подвигу.
Сердцем с Вами,
Е.Р.
Доверительно
24.XII.37
Родная моя Радночка, 21-го дек[абря] была получена
телеграмма о том, что мое письмо от 23-го нояб[ря] не было прочтено Тр[удным] Ч[еловечком]. Сообщение это очень опечалило нас, ибо письмо содержало Совет, данный для всех. Родная моя, не следует задерживать или скрывать то, что дается В[еликим] Вл[адыкой]. На тех письмах, которые не предназначены для общего прочтения, мы не забываем ставить:
"доверительно". За все же остальные мы принимаем на себя полную ответственность, и потому прошу Зиночку читать их по возможности без промедления, особенно же если они заключают Совет. Так, по получении телеграфного запроса В[еликий] Вл[адыка] сказал: "Не вижу причины откладывать, но нужно прочесть дружелюбно. Напишите об этом письмом". Так, родная моя, следует читать наши общие письма полностью и по возможности без задержек, но при этом помнить, что тон делает музыку, и, если обстоятельства таковы, что требуют особой бережности, следует постараться перевести некоторые места как можно мягче, чтобы не сделать лишнего ударения на некоторых словах.
Не ответили телеграммой, ибо раз была допущена задержка,
то невозможно читать письмо задним числом. Можно себе представить, какая драма произойдет, когда кому-то станет ясно, что нечто было скрыто от нее! Этого бедствия нужно избежать всеми способами, ибо это значило бы крушение всего дела.
Припомним мой сон, как Тр[удный] Ч[еловечек] в гневе сжигал[а] все мое дело. Нам дан Указ проявить самую большую осторожность с Тр[удным] Ч[еловечком]. Она является живым свидетелем и очень нужным активным фактором во многих случаях и обстоятельствах. Мы все хотим победы, потому не будем разрушать почву под ногами. Где можно обойтись без ее участия, там следует сделать это тактично. Где возможно предвидеть плохое настроение, там лучше всеми силами помочь ей выполнить неотложное. Ведь знаю, как откладывалось и забывалось все самое нужное. Все особенности так хорошо известны нам! Потому умоляю Верного Стража преисполниться, как было Указано, великодушия, и думать лишь об общей пользе. Сейчас слишком серьезное время для всех и всего. Ярые апостаты не дремлют. В[еликий] Вл[адыка] просит хотя бы о малейшем единении.
Родная моя, нужно больше читать и проникаться духом
Учения. Пусть каждый день хотя бы пять параграфов будут прочтены со всем вниманием и сердечным огнем. Нужно смотреть на такое чтение как на молитву, как на питание духа. При таком чтении окрепнет дух и много облегчится.
Также нужно очень подумать и о друзьях и щадить Амр[иду].
На самочувствии ее тяжело отражается разъединение между сотрудниками. Нужно беречь и Фосд[ика]. Ведь друзья могут устать и разочароваться. Разъединение страшно заразительно и, действительно, фактически отравляет атмосферу губительными энергиями. Пишу с болью в сердце, ибо так хочется облегчить путь моего родного человечка. Помню, как я всегда радовалась, когда могла побыть и побеседовать с Радночкой наедине. Так и теперь жду времени, когда будем беседовать от сердца к сердцу.
Родная моя, понимаю всю трудность, но лишь в трудностях растет подвиг. Нам много раз указывалось именно на принятие подвига. Лишь осознавший в духе прекрасный подвиг может действительно приблизиться к Твердыне Света. Легким путем не дойти. Потому найдем мужество, терпение и радость самому трудному. Будем хранить торжественность, ибо, истинно, совершается великий отбор во всем Мире. Карма народов свертывается, разложение делает свое страшное дело. Но где-то уже происходит очищение и пробуждение. Сейчас многое делается, что не вмещается на страницы письма. Радночка поймет. Дерево, выросшее на каменистой почве и укрепившее корни свои в расселине скал, лучше выдерживает бури, нежели посаженное в тучной почве. Так найдем понимание, обретем великое терпение и мужество, и поверх всего будем хранить торжественность, ибо, истинно, Щит Света покроет неуклонившихся.
Обнимаю мою Радночку сердцем, и знаю, что дух ее выдержит
все натиски.
С любовью,
Ел.Рерих
Мы только в исключительных случаях будем посылать
телеграммы. Зиночка знает причину. Всюду задержки. Неужели Адр[иан] не выполнит своего обязательства?
31.XII.37
Родные и дорогие наши, получили письма от 30-го нояб[ря]
по 6-ое дек[абря]. Правильно заботится Радночка о действиях, ибо в каждом действии уже заложена новая возможность. Народная поговорка "Под лежачий камень вода не течет" прекрасно выражает оккультную истину: "В движении - жизнь, в прекращении его - смерть". Психическая, или жизнедательная, энергия, развивается и нарастает только при постоянном и ритмическом приложении ее, но судорожные проявления ее ни к чему не приводят и даже губительны. Вот почему все занятые и деятельные люди очень выносливы и долговечны. Потому не будем опасаться нагруженности, но постараемся соблюдать известный ритм и обретем спокойствие во всех действиях наших. Сотрудничество и помощь друг другу приблизят и победу. Привожу последнее Указание: "Пусть в Ам[ерике] поменьше ссорятся. Действительно, похоже, что некоторые хотят провалить дело. Без друзей невозможно поднять общественное мнение. При таком положении пусть затягивают все дела. Можно или наступать, или затягивать. Если не желают первого, пусть примут второе. Особенно нужно уметь затягивать дело о нал[огах]. Когда дела тянутся, то вовремя подойдут события...".
Родные, очень прошу принять это во внимание. Неустанно просить о единении. Сейчас уже вышла книга "Братство".
Неужели же и эта книга, говорящая именно о высоком Братском Единении, останется лежать на полке мертвым грузом? Но при переходе, при неизбежной встрече с Учителем, сможем ли взглянуть Ему в глаза, если не исполнили Его основного Завета?! В июне этого года имела замечательное видение. В высокое помещение, где находился Вл[адыка] М[ориа], я ввела белокурую, и когда она предстала перед Вел[иким] Вл[адыкой], Вл[адыка] только взглянул на нее и поднял руку, и тотчас же на ее лице появилась огненная печать, которая выжгла клеймо ее предательства.
Радночка права, что неисполнение Советов действует как обратный удар. Удар этот может не сразу дать себя почувствовать, ибо в больших действиях следствия не могут сказываться тотчас же. В древности хорошо понимали этот закон Кармы, но сейчас большинство глухо и слепо ко всем космическим законам.
Не могу выразить, как болит сердце, что книги Учения,
дающие столько радости, в Америке остались без движения. А сколько в них Указаний именно к спешному часу! Сколько ценнейших данных о психической энергии! Ведь осознание психической энергии должно сложить новую мощную ступень в мировой эволюции. Ведь именно психическая энергия стучится сейчас во все врата. Она создаст новую эпоху. Уже многие лучшие ученые подтверждают сказанное в книгах Учения. Передо мною лежит разбор интереснейшего труда биолога и врача Георгия Лаховского на франц[узском] языке "Как достичь бессмертия?". Это настолько совпадает со всем сказанным в наших книгах, что не могу не привести Вам, родные, несколько выдержек. Так, он указывает для этого три правила:
1. Надо верить в долговечность, иначе говоря, верить в
возможность достичь глубокой старости.
2. Надо избегать гнева, злобы, зависти, ревности,
раздражения и, наоборот, развивать в себе добрые чувства и хорошее расположение духа, что необходимо для поддержания не только морального, но и физического равновесия.
3. Не бояться смерти и верить в бессмертие.
Боязнь смерти сокращает нашу жизнь. Наше существование зависит от кровообращения, посредством которого различные участки нашего тела получают нужные для них материалы, в особенности кислород. Известно, что многие кровеносные сосуды могут сокращаться под влиянием чисто психических переживаний, в результате чего циркуляция крови нарушается и кровь приливает к одним участкам и отливает от других. Человек, испытывающий гнев, ревность, зависть, вызывает постоянные нарушения кровообращения, которые с течением времени складываются и производят сильные изменения в организме, влекущие за собою болезнь и смерть. Ведь при сильном психическом воздействии тонкие сосуды могут лопнуть и вызвать опасные и даже смертельные кровоизлияния. Отсюда вытекает его совет: не сердитесь, не ревнуйте, не завидуйте, будьте добрыми и оптимистичными и тогда Вы доживете до глубокой старости. После изложения физиологии гнева он замечательно описывает электрические явления в организме, являющиеся жизнедателями организма. При гневе и других отрицательных душевных состояниях, вызывающих не только сокращение кровеносных сосудов, но и паралич отдельных нервов, эти электрические токи (псих[ическая] энергия), идущие по ним от симпатического нерва, прерываются и "электрическое питание" желез внутренней секреции (от нормальной деятельности которой зависит жизнь организма) прекращается - последние начинают работать не так, как это нужно для нашего здоровья.
В нашем клеточном веществе, окружающем ядро, содержатся хромосомы и еще так называемые кондриомы, и эти элементы по своим качествам являются своего рода приемниками различных электрических волн, идущих отчасти из глубин космического пространства, и, конечно, главным образом вибрируют на нашу психическую энергию; последнее замечание - мое. От вибрации таких хромосом и кондрионов - приемников электрических волн зависит, по мнению Лаховского, сама жизнь организма. Замедление или прекращение идущих через них электрических вибраций означает болезнь и смерть.
Таким образом, моральные учения получают совершенно неожиданно биологическое основание. Так, подтверждается значение психической энергии, которая в основе своей фохатична, фохат же есть космическое электричество, или всеначальная энергия, превращающаяся на плане проявления в семь стадий. Также Вы поймете теперь, как благодетельны те вибрации, которые посылаются нам Вел[иким] Вл[адыкой] во время болезни. Редкая ночь проходит, чтобы я не испытала эти целебные вибрации той или иной степени напряжения и длительности. Я живу этими вибрациями.
В последнее время наука так близко подошла к оккультным открытиям в области тончайших энергий. Потому Вы так спокойно, так твердо перед всеми можете настаивать на Вашем знании о воздействиях психической энергии, которая так наглядно выражается в передаче мыслей на расстояние. Твердо стойте на том, что мы изучаем психические и парапсихические явления, которыми сейчас интересуются все передовые, лучшие ученые. Также можете утверждать и Ваше знание о существовании Великой Твердыни Знания, или Братства Махатм, или Старших Братьев Человечества, посвятивших себя Великому Знанию и следящих за эволюцией Мира. Все великие открытия, все великие идеи исходили из этого Источника Знания и Света. Как говорит профессор Херлей: "There must be beings in the universe whose intelligence is as much beyond ours, as ours exceeds that of the black beetle and who take an active part in the goverment
of the natural order of things".*
Прилагаю к письму страничку из статьи д-ра Г.Эрл. "Fiat
Lux"* из журнала "Peace", в которой упоминается этот профессор. Полезно ее прочесть. Итак, если кто не знает о существовании этого Маяка Человечества, то остается лишь пожалеть его и посоветовать поскорее ознакомиться с огромнейшим литературным материалом, в котором рекордированы множество фактов и доказательств о нахождении такой Твердыни Знания не в заоблачных областях, но на нашей Земле. Можете под какой угодно клятвой утверждать, что Н.К. и я видели и встречали в физическом теле и в тонком теле этих Махатм. Из того, что какой-то невежда вроде г-на Лейка, сказав Дедлею, что он не получает своих указаний "from the clouds", не следует, что некоторые Указания не получаются методом, недоступным сейчас для такого представителя ограниченного сознания.
Между прочим, такому сознанию следовало бы задать вопрос: "Если он иудей, то как он относится к утверждению его писаний, что Моисей получил свои десять заповедей именно "from the clouds", даже еще при громе и молнии?" А как получали свои откровения все ветхозаветные пророки и цари - разве не "from the clouds"? Не нам указывать иудею на все места в его законе, свидетельствующие о таких откровениях "from the clouds". Если же он христианин, то он должен знать, что христианство утвердилось как закон и религия именно благодаря посмертным явлениям Христа женщинам и ученикам и главным образом благодаря его посмертному Учению, дававшемуся Им в верхней горнице, где собрались Его ученики; и Он, появляясь внезапно среди них, поучал их тайнам потустороннего мира.
Но, может быть, он магометанин? Тогда мы напомним ему,
что и Магомет получил свое откровение на горе Хира тоже "from the clouds", которыми был окружен его ангел-вестник.
Да, нужно просто побольше знать. Но мы, вполне признавая, вернее, зная, о возможности сообщений с миром потусторонним, тем не менее в нашем случае настаиваем на получении наших книг не "from the clouds" от каких-то небожителей, а именно
от Махатм, или Братьев, носящих физическую оболочку и занимающих на Земле определенное место. Потому и интересуемся так всеми опытами по передаче мыслей на расстояние, которыми заняты сейчас в одной Америке уже до сорока профессоров во главе с д-ром Райном, не говоря о других выдающихся европейских ученых. Великий Платон говорил: "Мысли правят Миром". Теперь проф. Комптон, высказав предположение о нахождении действенной разумной силы за каждым феноменом природы и о действии мыслей на материю, заканчивает свой труд следующими замечательными словами: "Возможно, что мысли человека являются самым важным фактором Мира...". Итак, начав с воздействия идеологии мысли, мы приходим уже к постижению механики мысли. Так, родные, собирайте, где только можете, факты и научные доказательства, касающиеся психической области, и о растущем интересе к ней.
Можно указать невеждам, что в Латвии сейчас одна
маленькая девочка находится под наблюдением комиссии врачей. Эта девочка читает мысли не только своей матери, но и посторонних людей. Друзья прислали мне книгу на немецком языке об этом феномене, написанную врачом, наблюдавшим за нею. Пишу все это и повторяю неоднократно, чтобы Вы, родные, не опасались невежественных нападок. Именно, мы и Вы интересуемся всеми результатами, достигнутыми как отдельными учеными, так и Обществами по исследованию парапсихических явлений в Америке и Европе. Главное, хранить спокойствие и уметь привести факты из научных хроник, доказывающие растущий интерес, особенно в Европе, к этим вопросам.
Между прочим, ввиду растущего интереса к "Тайной
Доктрине" Блав[атской] Адиар приступает к новому изданию
этого замечательного труда. Это тоже знамение времени.
Очень хотелось бы мне знать, как обстоит дело с
корректурой книги "Аум"? В предыдущем письме я просила Модрочку выслать мне сюда ее корректуру, ибо я должна была обещать г-ну Гартнеру, что моя корректура будет окончательной. Так больно все эти затруднения с книгами Учения, и особенно, когда видишь, с какой радостью и спешностью в других странах люди издают и переводят их; если же не могут немедленно издать, то распространяют на мультипликаторе. Потому у меня является мысль, если нельзя их издать, то нельзя ли имеющиеся у меня переводы распространить на мультипликаторе хотя бы среди ближайших друзей и групп? Позднее, может быть, и явится возможность напечатать их. Как­то нужно выйти из этого тупика. Мысли, высказываемые в Учении, настолько насущны перед надвигающимися событиями, что, мне кажется, можно даже поступиться литературностью перевода, лишь бы не задержать то, что предназначено для всех. Кроме того, на всех угодить невозможно! Немало слышали мы критики на все имеющиеся у нас переводы этих книг. И сейчас один англичанин по-своему переводит "Агни-Йогу" с французского издания.
Очень прошу Модрочку и Радночку сообщить мне, имеется ли
у них наш перевод второй части "Мира Огненного"? Он был закончен нами и отослан в Америку в конце 33-го года. Сейчас я уже имею и перевод г-на Гартнера последней книги "Братство". Получила ли Зиночка книгу "Наст[авление]
В[ождю]"? Эта книга, по моему желанию, была напечатана в
очень ограниченном числе и на мультипликаторе. Она не раздается, а хранится среди членов Правления. Перешлю один экземпляр в Америку. Также получила ли Зиночка книгу Ал.Ив.Клизовского "О психической энергии"?
Мои писатели оба уже пишут новые книги. Присылают
отдельными главами для просмотра. Так, и Рих[ард] Як[овлевич] пишет замечательный труд "Историческое исследование о существовании Великого Братства". Дошли вести, что в Праге Общест[во] архитекторов образовало Комитет Пакта и, кроме того, в Эстонии основаны Комитет Пакта и новое Общ[ество] им[ени] Р[ериха]. Из профессоров, художников и скульпторов. Да, смотря на рост наших основных обществ в Риге и Каунасе (есть отделы и в Двинске, и Виндаве), можно видеть, как за все годы духовное горение их не только не ослабело, но возросло. Конечно, это происходит потому, что они подошли и новые подходят не с корыстною целью, но лишь ради получения духовной пищи, и пища эта, обильно им даваемая, воспринимается ими для несения ее всем свет ищущим. Так, в одном маленьком городишке в Литве составилось уже шесть групп, изучающих книги Учения. При этом все эти кружки имеют членами исключительно интеллигентных людей. Есть даже отдельная группа, состоящая из одних адвокатов!!! Интересно бы сказать это нашим адвокатам, как приняли бы они это?! Адвокаты - и вдруг интересующиеся этикой, да еще, по их мнению, упавшей "from the clouds"! Истинно, среди некоторых представителей этого сословия этика, как мы могли убедиться, - понятие отжившее. Теперь, очень хотела бы я знать о состоянии Музея и посещаемости его. Может быть, родной Авирах, черкнет нам свои наблюдения, ведь он все же директор Музея. Да хорошо было бы порасспросить и г-жу Дюбуа, ведь она, сидя внизу, многое что может приметить. Необходимо иметь глазок за происходящим около сокровищ доверенных. Приведу беседу, касающуюся охраны мировых сокровищ.
Без воздействия искусства человечество разложится, об
этом не думают те, кто издеваются над Указаниями "from the clouds". Так, родной Ав[ирах] примет к сердцу сказанное в беседе и доглядит за сокровищами. Излучения их благотворны и целительны.
Что родная наша Амридочка? Как ее самочувствие, что-то
тревожно мне за нее. Так хочется приласкать ее и сказать: "Родная, не будем огорчаться и, главное, опасаться, будем гнать от себя майю, сплетаемую искусно всякими шептунами. Вел[икий] Вл[адыка] знает все происходящее и видит вперед. Потому будем следовать мудрым Советам". Что наша Инге? Читайте, родные, посланную Вам рукопись. Следует читать ее без замедления и не раз. Не ждите друг друга, кто пришел, тот пусть и слушает. Обнимаю Вас, родные. Храните мужество и помогите друг другу, тем поможете и себе.
Сердцем всегда с Вами,
Е.Р.
"122. Ур[усвати] помнит, насколько неуклонно Мы заботимся
о сохранении прекрасного. Уже в предвидении Армагеддона Мы приступили к распространению советов о лучших способах охранения мировых сокровищ. Мы знаем, что силы тьмы приложат все усилия, чтобы воспрепятствовать этому спешному указу. Силы тьмы отлично понимают, сколько мощных эманаций излучают предметы искусства. Среди натисков тьмы такие эманации могут быть лучшим оружием. Силы тьмы стремятся или уничтожить предметы искусства, или, по крайней мере, отвратить от них внимание человечества. Нужно помнить, что отвергнутое, лишенное внимания произведение не может излучать свою благотворную энергию. Не будет живой связи между холодным зрителем или слушателем и замкнутым творением. Смысл претворения мысли в произведение очень глубок, иначе говоря, он является притягательным магнитом и собирает энергию. Так, каждое произведение живет и способствует обмену и накоплению энергии.
Среди Армагеддона Вы можете убедиться, насколько
оказывают воздействие произведения искусства. Целая эпоха заключается в таком беспокойстве о драгоценных произведениях. Наши хранилища наполнены многими предметами, которые люди считают утраченными. Может быть, некоторые из них будут со временем возвращены народам, которые не сумели их оценить. Не мало Мы спасли произведений искусства. Мы видели, как изощрялись темные, чтобы затруднить такие целебные условия. Но Мы знаем из самых высших сфер, когда нужно помочь человечеству. В Тонком Мире уже давно известно это предначертание. Мы не скрываем о мерах спешных, ибо происходящий Армагеддон имеет задачей разложить все энергии человечества. Так надеются темные, но Мы знаем, что им противоставить. Так замечайте, куда направляется Наша забота".
Родной Авирах может перевести и дать прочесть своим милым ученицам Клайд и Дорис. Шлю им привет сердца и лучшие пожелания к Новому году. Последний перевод второй части "Л[исов] С[ада] М[ории]" переписан супругою Адр[иана]. Шлю ей сердечные привет и благодарность за исполненный труд.
14.I.38
Родные наши, пришли Ваши письма от 19-го и 20-го
дек[абря] с подтверждением одержанной победы. Конечно, победа эта велика, но сейчас нужно не утерять времени и воспользоваться победою, чтобы закрепить, где возможно, наши позиции. Счастлива, что Пл[аут] не собирается торопиться, только бы не изменил своего благого намерения. Неужели нельзя применить тактику протягновения и к делу о нал[огах]? Были ли какие движения после свидания Зин[ы] с приятелем кн. Куд.? Также хотелось бы знать, в каком положении переговоры Модр[ы] с группою лиц, заинтересованных письмами.
На днях получили милое письмо от Клайд снова с
положительными заверениями о намерении Адр[иана] выполнить в январе свое обязательство. Но вот уже половина января
заканчивается, и нет никаких телеграмм. Все же надеемся на днях получить извещение о посылке. Также не имеем ответа от Ч.Кр[ейна] на мое письмо. Это очень странно, ибо он всегда был аккуратен в своих ответах. Не знаем также, дошел ли мой портрет.
Получила ли Радночка первую часть кн[иги] "Братство", уже изданную в Риге? Между прочим, монография в Риге не пострадает от отсутствия репродукций со второй партии клише. Гаральд, узнав о невозможности получить клише, немедленно поехал в Прагу и заказал там клише с серии картин Н.К., находящихся в Пражском музее, посвященном русскому искусству. Ему так хочется выполнить желание Вл[адыки] М[ории] как можно лучше. Самому ему нелегко, ибо все время приходится ожидать нападений от врагов. Много у него завистников. Но он настолько полон устремления и подвижности, что все уловки врагов, когда дело доходит до опасного предела, растворяются, ибо приходит помощь в виде неожиданного обстоятельства. Да, борьба у него нелегкая, ибо среди врагов имеются лица, стоящие во главе Медицинского совета и других подобных учреждений. Но он только радуется возможности накопить житейский опыт на подобных нападениях и, главное, закалить свой дух. Мы знаем, когда борьба эта принимается ликующим духом, то само ликование притягивает из пространства соответствующие энергии, и такое усиление нашей психической динамы растворяет самые злостные удары, направленные против нас. Я так верю в творческую силу убежденности в свою правоту! Именно, энтузиазм творит самые великие дела. Энтузиазм - великая объединительная мощь.
Родные, будем хранить этот энтузиазм. Я знаю, покуда
огонь этот будет жить в сердцах наших, наше продвижение совершится под лучшими знаками. Никакие разочарования в людях не лишат нас веры в Щит Иерархии Света. Если одни отпали, другие придут, но великий План Иерархии Света осуществится при всех обстоятельствах. Уже немало сердец, понимающих прочность Щита Иерархии. Потому, родные, будем хранить единение и не убоимся трудностей. Сказано: "У Нас собираются лишь с трудных путей. Нельзя назвать ни одного Брата, ни одной Сестры, не прошедших трудными путями. Каждый мог облегчить свой путь, но он не сделал этого во имя спешности восхождения. Можно себе представить мощь атмосферы, нагнетенной такими трудами!"
Прошу Вас, родные, читайте со всем вниманием пересылаемые мною Вам страницы второй части "Братства". Велика радость
этим беседам!
Родная моя Амридочка, спасибо за письма. Особенно
радостно было узнать, что Инге может сгибать слегка колено. Конечно, процесс этот продолжителен, но постепенно гибкость восстановится. Также рада, что аура Инге будет опять близко от Амридочки. Аура ее очень полезна. И Сам Вл[адыка] подтвердил это, сказав: "Когда Инге будет близко, Амр[ида] оживет". Это меня очень радует, ибо каждая согласованность аур есть редкое явление и потому нужно это очень хранить и
ценить. Знаю, сколько заботы проявила Амридочка об Инге. Так, родные мои, шлю Вам радость мою, берегите друг друга.
Теперь мне хотелось бы знать, был ли окончательно инкорпорирован Agni [Yoga] Press? 24-го марта в 37-м году мы получили телеграмму об инкорпорировании Agni [Yoga] Press, затем имели письмо Стерна от 26-го марта того же года, подтверждавшее телеграмму. Теперь же, если по каким-либо соображениям "Аум" лучше печатать от Рижск[ого] издат[ельства] или же просто без издательства вообще, то очень прошу Вас, родные, вместе обсудить этот вопрос и сообщить мне Ваши соображения. Также какая сумма уже собрана на это издание? Как только Адр[иан] выполнит свое обязательство, вышлю на издание 50 долл[аров], которые были присланы мне от филад[ельфийской] группы в прошлом году. Мне
хотелось бы, чтобы был найден возможно дешевый печатник. Помню, Амридочка присылала мне образцы книг, и одно издание, дешевое, очень понравилось мне своей культурной внешностью. Не будем гнаться за дорогой бумагой. Местный магистрат, видимо, еще не получил опросных листов. Но с этим тоже не следует торопиться. Очень важно совершенно точно знать, на какие книги и когда были взяты copyrights нами и апостатами. В своих ответах о copyright, как Вы усмотрите, я ссылаюсь на письма Франсис. Сейчас пришла телеграмма, что Адр[иан] высылает половину своего ежегодного обязательства! Родные, обнимаю Вас сердцем,
Е.Р.
Родные, прилагаю Вам одну весьма полезную Беседу: "Ур[усвати] знает, что многие сочли бы Наши поручения неисполнимыми. Конечно, эти люди мерят по среднему укладу жизни. Они не хотят задуматься, чтобы возрастить в себе непреклонное стремление. Также они ограничивают себя призраками миража настоящего. Между тем так называемое настоящее есть лишь промежуток между видимой молнией и слышимым громом. Молния уже произошла, и гром неминуем, что же может значить условный промежуток между связанными
явлениями? Так настоящее лишь смущает людей, ибо представляет собою мираж. Когда люди поймут значение уже совершившегося, то они оценят и непреложные следствия. Такое будущее есть реальность.
Мы не даем поручений неприложимых. Мы знаем, насколько
силы человека могут послужить для реального будущего. Мы ждем лишь, чтобы посланец преисполнился высшей степени устремления. При таком напряжении Магнит Наш действует и будет панцирем прочным. Но не годится для дальнего пути робкое шатание. Каждый в сердце своем может распознать, действует ли в нем самая высокая степень устремления, или он бредет мучимый страхом. Пусть припомнит человек, сколько опасностей он миновал, когда стремился вперед всем сердцем. Сколько запертых врат оказались лишь легкой завесой! Так можно признать реальность будущего, когда к нему неуклонность. Пусть люди вспомнят, сколько им удавалось при Нашей помощи! И они ощущали ее как касание Руки Ведущей. Некоторые сбрасывали ее, как докучливую муху, но были и признававшие с благодарностью. Силен человек, преисполненный благодарности! Можно многое придать к таким крыльям. Такие люди не убоятся Наших поручений. Они знают, насколько и мы нагружены и радуемся, идя в Сад Прекрасный!
Можно и следует прочесть всем близким друзьям.
22.I.38
Родные мои, на полученную нами телеграмму с запросом относительно дела Амр[иды] был дан следующий ответ: "Вы
хотите знать совет об Америке. Во всех делах - или наступать яро или затягивать. Во всех делах положение одинаково. По­нашему, лучше наступать, но по состоянию умов в Америке лучше затягивать, и для всех прочих дел. Лучше, когда в пространстве висит обвинение апостатам. Если было бы единение, то магнит его привлек бы новые силы. Мы часто просим - дайте Нам возможность помочь вам и теперь просим о единении". Как видите, родные, прежние Советы остаются во
всей силе своей. Будем надеяться, что Пл[аут] ничего не упустит и будет зорко следить за движениями врага. Почта уходит, потому должна кончать. Родные наши, храните мужество и единение и, главное, не упустите ни одного полезного действия. Видайте больше людей. Шлю Вам стремления сердца,
чтобы охранить и укрепить Ваше доверие Руке Ведущей. Помните о Щите и о всех Советах, чтобы удержать его над собою. Берегите и здоровье. Надеюсь, что Инге замечает улучшение в сгибании ноги.
Обнимаю Вас всех, любимые, одним объятием. Сердечный
привет всем истинным друзьям.
Сердцем с Вами,
Е.Р.
For S[ina], F[rances], A[mrida], M[aurice]
29.I.38
Родные мои, получили письма Ваши от 9-го и 11-го
янв[аря], в них уже звучит тревога за новый ход, предпринятый ловкими адвокатами апостатов. Но, конечно, до этих писем мы уже получили тяжкую телеграмму, поразившую нас в самое сердце. Надеемся, что необычная помощь, о которой сообщается в общей телеграмме, осуществится хотя бы частично. Помощь сейчас нужна, и потому приходится думать о приложении всех сил на объединенные действия. Каждый день ждем телеграмм о дальнейшем развитии.
Родная моя Радночка, очень, очень печаловалась о ее недомогании. Знаю, как мучительны нервные боли. Можно отметить, что в то время, как у Радночки болела правая рука, у меня, по симпатии, ныла левая. Началось это приблизительно около 8-го янв[аря] и продолжалось еще в двадцатых числах. Сейчас и Н.К. прихварывает, сильно подействовала на него телеграмма об отмене injunction.
Время сейчас тяжкое, такое тяжкое, что трудно даже представить себе. Силы Света в неслыханном напряжении противостоят чудовищному натиску тьмы на всем протяжении планеты. Две ночи подряд, на 24-ое и 25-ое янв[аря], я снова слышала музыку сфер. Но какая глубокая грусть звучала на этот раз в величавом и торжественном ритме! Ритм этот шел, нарастая в торжественности, и, дойдя до предела напряжения, после синкопы, в непередаваемой тоске, как бы рыдая, ритм звучания начал падать синкопами в замедлении своем. Прислушиваясь в неописуемой тоске к подъему ритма и рыдающим звукам, мне чудилось в них выражение великого Самоотвержения, приносимого Спасителями мира сего, Самоотвержения столь грандиозного, что наше человеческое сознание не может обнять его сейчас. Казалось, само пространство рыдало над чем-то невозвратимым.
24-го было Сказано: "Не забудем Ур[усвати] записать о
симфонии сфер, слышанной сегодня. В ней выражалась основа грядущего величия и грусть. Созидание велико, но глубока грусть, что преуспеяние дается при затрате самого драгоценного! Не будем забывать, что мы готовы отрывать куски Своей Ауры, чтобы поражать тьму. Мы готовы на жертвы, но грусть в том, что Мы видим, сколько Сил тратится на противостояние тьме! Пусть эта симфония звучит символом". Звуки эти запечатлелись в глубине существа моего, и все последние дни я внутренним ухом слышу эти рыдания пространства. Пространство рыдает над разрушением когда-то прекрасного Мира.
Родные мои, преисполнимся самоотверженным духом и всеми силами поможем Владыкам в их гигантской битве. Иногда я так мучаюсь, не зная, чем лучше облегчить страдания и непередаваемое напряжение Вел[иких] Вл[адык]. Ведь я не только видела Их кровавый пот, но ощущала, и не раз, падение этих тяжелых капель на руки и на лоб. Потому, родные, мне так дорог каждый из Вас, стремящийся сохранить светильник свой и поддержать, и облегчить строительство Света.
Сколько лет готовил нас Вел[икий] Вл[адыка] к принятию и несению именно подвига. Потому мы сознательно приняли его и
не отступим, ибо знаем, что лишь подвиг приносит истинные достижения и радость высшую.
Сердце шлет привет милым братьям Ф[осдикам] за их
чудесные письма. Великую школу жизни проходят они, видя все несправедливости творимые, все непонимания и хороших людей. Пусть им будет светло, пусть, несмотря ни на что, не утеряют своего устремления к Свету. Радуюсь, что Радночка читает им Сокровенные Страницы. Пусть укрепляют дух свой, приобщаясь сознанием к самоотверженной и великой Жизни Спасителей человечества. Сейчас я записываю данные из жизни Великого Путника (Христа). Затем будут записаны и другие Самоотверженные Жизни Старших Братьев человечества.
Милый Морис пишет о своем недомогании, и снова должна напомнить Вам всем о приеме бобровой струи. Мой Свят[ослав] принимает ее, и я вижу значительное улучшение нервного равновесия в нем. Он сейчас столько выдает психической энергии. Пишет большие полотна. С каждым произведением вырастает на целую голову.
На днях получили перевод частичный от Адр[иана]. Это было спасительно. Просим Мориса передать нашу благодарность милой Клайд, знаем, как она потрудилась, чтобы хотя бы эта сумма была послана. Все мои думы направлены, чтобы как можно скорее облегчить друзьям заботу о материальном обеспечении.
Так хотелось бы приблизить некоторые сроки. Невыразимо
тяжко выжидание, когда дух уже живет в будущем, в своем желании приобщиться к самому горнилу действия. Если будет достигнуто единение, хотя бы даже частичное и внешнее, многое облегчится. Когда я пишу теперь о единении, внутри меня все плачет, ибо знаю, что призыв этот прозвучит лишь в пространстве.
Не пишу о делах, ибо знаю, что Н.К. сообщает все
необходимое. Родные мои, прислушивайтесь к рыданиям в пространстве и устремитесь на помощь Силам Света, и Вы знаете, чем и как можно облегчить их напряжение - единение ключ ко всему и помощь во всем. Родные мои, шлю Вам всю любовь, всю ласку мою. Храните доверие и мужество. Что Амридочка, что Инге?
Сердцем с Вами,
Е.Р.
1.II.38
Родные и дорогие наши, пришла телеграмма о Вашем
переезде. Посмотрим на это обстоятельство как на новую ступень и примем мужественно. В каждом движении заложены новые возможности. Сейчас важно проявить твердость и деятельность по всем направлениям. Сказано: "Прежде всего, нужно биться. Вы уже знаете, как скорблю об отсутствии единения. Посылаемые токи раздробляются и бьют по нервам. Не будем осуждать, ибо сейчас не время для осуждений. Пусть мужественно идут, и если малое единение осуществится, то много приложится. Бывают нехорошие мысли и слова, пусть избавятся от них". Так, родные, будем щадить друг друга в эти трудные и значительные дни. Можете себе представить, как ждем Ваших писем с описанием этого нового бандитизма. Волнуемся, удалось ли Вам вывезти все документы? Как обстоит дело с коллекциями Ур[усвати]? Думаю, Зиночке удастся выполнить все соображения Н.К. о Школе. Следует составить тесно объединенный нуклеус хотя бы из трех верных людей и затем не бояться привлекать новых сотрудников. Действия прежде всего, и тогда каждая перемена может оказаться благодетельной.
Также нужно очень следить за действиями апостатов по отношению к Музею. Ведь разрушение Музея и есть истинная цель врага. Мы ведь знаем, чего добивается враг. Будущее покажет. Родные, умоляю Вас, как можно внимательнее отнеситесь к письмам Н.К., они полны ценнейших указаний. Пусть адвокаты не
забудут, что сам Леви признал Музей особой корпорацией, и Вы знаете, что Комитет Музея не был распущен. Все Вы состоите trustee и членами его. Необходимо пополнить состав этого Комитета друзьями. Пусть братья Фосд[ики] войдут в него. Можно пригласить и новых друзей, может быть, из группы преподавателей или же из группы Спинозы? Пусть Комитет соберется и вынесет постановление о защите Музея как национальной собственности. Ознакомьте всех новых членов Комитета с декларацией и письмом Н.К. к друзьям. Все такие постановления необходимы для истории всего дела.
Родные наши, дружно соберитесь вместе и еще раз
просмотрите все наши assert'ы. Настаивайте, чтобы адвокаты приняли совет Н.К. и умели бы на наглые требования Леви в свою очередь предъявлять contr-claims'ы. Н.К. пишет об этом в своем письме. Надеемся, что адвокат, о котором упоминается в последней телеграмме, окажется хотя бы немного находчивее и поворотливее. Знаю всем существом своим, что если бы удалось привлечь талантливого и смелого защитника и достичь хотя бы некоторого единения в действиях, то победа была бы нашей. Неужели Морис, несмотря на то, что он trustee и granter,
все же теряет право на помещение? Или он уже больше не trustee? Многое что нам не совсем ясно. Тревожимся очень, как удалось Вам устроиться? Что С[офья] Мих[айловна]? Нужно искать лучшую сторону происшедшего. Возможно, что здоровье Ваше улучшится, ибо не будет такой непосредственной близости злобных аур. Здоровье - самое главное, потому берегите друг друга. Надеюсь, что рука Зиночки поправилась.
Теперь хотела бы знать, насколько приводимый Зиночкой
закон (в связи с письмами Глина) о том, что содержание мыслей принадлежит пишущему, а не адресату, может быть приложен и к моим записям, захваченным апостатами? Если да, то какое право имеют они задавать мне вопросы - содержат ли эти манускрипты описание спирит[ических] сеансов или что означает или кто есть Ф[уяма] и Ур[усвати], и как пишется слово Ф[уяма], и тому подобные нелепости? Именно, насколько суд имеет право рассматривать содержание записей, которые не должны были быть опубликованы? Укажите это Плауту, ведь дело идет не о содержании записей, но лишь о возвращении мне моей собственности, захваченной доверенной хранительницей. Магистрат после половины февраля приезжает в наши края. Спасибо Амридочке за ее письма. Родная моя, снова
повторю: не следует бояться. Против наглых инсинуаторов нужно вооружаться двойной смелостью. Можно также и самого Леви спросить о его поездке с белокурой в Европу. Также, зная, как Амридочке трудно сейчас, я не жду еженедельных писем, но мне хотелось лишь иметь еще одно освещение происходящего в случае трудного положения. Отвечу Амридочке через Св[ятослава]. Родные мои, придет праздник, как говорится, и на нашу
улицу. Переживем трудное время. Храните лишь хотя бы малое единение.
Светик поспешил послать фотографии с моего портрета и не дал мне их подписать для Амр[иды], Инге и Эми. Закажем еще несколько снимков, и пришлю подписанные. Ни от Кр[ейна], ни
от Броди не имеем никаких сведений. Не знаем, получили ли они портрет.
Родные мои, шлю Вам все мужество и спокойствие. Все
страшные призраки растворятся в Луче Вл[адыки]. Только храните бодрость и доверие. Обнимаю Вас всем сердцем. Духом с Вами,
Е.Р.
Доверительно
Зин[е], Амр[иде] и Мор[ису]
11-15.II.38
Дорогие и родные наши, можем себе представить, в каком
крайнем напряжении проходят дни Ваши. Трудно очень и нам, ибо видим и понимаем многое. Но все же, несмотря на всю тягость, знаем, что наше дело не погибнет и даст свои благие следствия. Не беда, если в Ам[ерике] сейчас число активных сотрудников меньше меньшего; сочувствующих больше, чем мы думаем, и кто знает, когда и какое произнесенное одним из них слово принесет и помощь действенную. Вот почему мы неустанно указываем на широкую осведомленность. Ведь ярые неутомимо пользуются таким оружием. Недавно мы узнали, что даже в редакции русск[их] газет в Пар[иже] были посланы из Ам[ерики] инсинуации, но газеты пока что не воспользовались ими. Воображаю, сколько предательства будет явлено во всех судоговорениях!
Надеюсь, что Зиночка повидала Небольс[иных]. Юр[ий] и Св[ятослав] знают обоих братьев по Харварду и всегда были прекрасного мнения о них. Я встречала их мать, и у меня осталось весьма положительное впечатление от этого знакомства.
Конечно, к прискорбию, все дело приняло весьма
безобразный shape; наш адвокат столько раз уже потерпел неудачу, что трудно сейчас найти другого, который бы заинтересовался таким делом без очень солидного гонорара. То, что было возможно вначале, сейчас уже много труднее.
Что касается группы, которая якобы интересовалась
письмами Гл[авы], то, конечно, возможно, что они уже использовали их для себя. Лично я не вижу, чтобы можно было начинать дело на основании этих писем. Но мне казалось, что опытный адвокат в процессе дела мог бы как-то пришпилить и этого типа. Ведь возможностей столько, сколько сознаний. И потому что для одного кажется невозможным и недоступным, то для другого оно проще простого.
Теперь очень ждем результата свидания Дедл[ея] с
Тар[бель]. Может быть, она могла бы посоветовать, к кому обратиться. Впрочем, возможно, что это не так-то легко. Перед революцией в России трудно было найти человека в полном смысле этого слова, так и в Ам[ерике], которая тоже стоит сейчас на перепутье, такая задача, видимо, не менее затруднительна. Перечитывая процесс Дрейфуса в трудах Анатоля Франса, видим, что в те времена все же можно было встретить идейных людей, которые предпочитали противостать сильным мира сего и претерпеть гонение, нежели пойти на уступки совести и уронить свое достоинство человека. А сейчас даже просто честный человек является редчайшим исключением. Как в самые мрачные времена, лучшие люди клеймятся титулом шарлатанов и опаснейших людей. Костры инквизиции преобразились в иные орудия, и палачи переменили свое одеяние, но сущность осталась все та же. Потому нашему веку не пристало похваляться своей цивилизацией, ибо мы оказались лишь цивилизованными дикарями. Культура не успела облагородить сложенную наспех цивилизацию. Кстати, и само слово "культура" оказалось неприемлемым для большинства. Они почуяли, насколько высокое значение этого слова находится в дисгармонии с их внутренними накоплениями.
Да, избран путь труднейший. Сейчас, когда начинают разворачиваться великие события, можно видеть, сколько бедствий могло бы быть предотвращено, если бы предостерегающий и предлагающий Голос был вовремя услышан. Но Карма страны пересилила и затуманила проявление свободной воли.
Сегодня уже 11-ое февр[аля], а 14-го буду давать свою dep[osition] перед местным маг[истратом], но ожидаемой нами телеграммы от Пл[аута] все еще нет. Между прочим, на первом допросе белокурая показала, что на тетрадях, хранящихся у них, стоит пометка - "копия". Еще раз прошу Зиночку указать Пл[ауту], чтобы он осмотрел все тетради за все года и убедился бы, что слово "копия" не стоит на всех тетрадях.
Дело в том, что до отсылки в Ам[ерику] таких тетрадей у меня накапливалось иногда несколько штук, и так как некоторые из них почти одинаковы видимостью, то когда я выписывала из них нужные мне выдержки, я иногда делала на них пометку - копия, чтобы легче найти, из какой именно тетради в то время была сделана та или иная выдержка. Потому пометка эта может и не стоять на всех тетрадях, а лишь на нескольких. Разве только что они подделали, но и это можно установить. Белокурая, как теперь видим, и на это была мастерица. Не сама ли я застала ее подделывающей письмо Леви перед тем, как его показать мне. Также еще раз утверждаю, что тетради-манускрипты,
находящиеся на хранении у черной, являются оригиналами. Если белокурая имеет какие-то выписки из них, то она имела достаточно времени, чтобы списать и исказить все, что ей нужно. Но никто не имел права ни читать, ни списывать из них что-либо.
И особенно настаиваю на том, что каждая книга-тетрадь заключает в себе значительное количество еще не опубликованного материала.
Также, родные, умоляю обратить самое серьезное внимание
на собрание и расширение Комитета Музея. Ведь этот Комитет является сейчас единственным законным защитником Музея. Ведь именно этот Комитет не был распущен. Не могут истинные друзья иметь что-либо против деятельности этого Комитета. Подумайте, родные, о том, что ни один Щит не был поднят. Общество Защиты не получило поддержки и не вылилось в общественную организацию, как это предполагалось. Общество Друзей не собралось и не закрепилось. Общество Agni Yoga Press повисло в воздухе, и книга, которая была Указана для самого скорого напечатания, лежит без движения. Мысль о письмах к определенным лицам была отвергнута, и так далее.
Пишу это не для упрека, но просто чтобы указать, как
трудно иногда бывает Вел[иким] Учителям. Ведь Они могут действовать лишь через людей, заранее направляя свои энергии туда, где Они знают, что будут произведены соответствующие действия и в указанный срок. Вы знаете, родные, какая страшная сила действует через ярых, потому-то и требуется с нашей стороны полная солидарность и самое тщательное исполнение Советов. Мы, имеющие столько книг Учения, все еще не можем осознать непреложность еще скрытых, или так называемых оккультных законов. Не можем понять, что мы все время находимся в постоянной битве и потому так важно соблюдать возможно полное единение среди ближайших. Щит единения самый прочный. В Учении сказано: "Каждый человек беспрестанно находится в трех битвах. Человек может воображать себя в полном покое но на самом деле он будет принимать участие в трех битвах одновременно. Первая будет между свободной волей и Кармой. Ничто не может освободить человека от участия в столкновениях этих начал. Вторая битва бушует вокруг человека между развоплощенными сущностями добра и зла. Так человек становится добычею одних или других. Невозможно представить себе ярость темных, пытающихся овладеть человеком! Третья битва шумит в бесконечности в пространстве между тонкими энергиями и волнами хаоса. Невозможно человеческому воображению охватить такие битвы в Беспредельности. Ум человеческий понимает земные столкновения, но не может он, глядя в голубое небо, представить, что там бушуют мощные силы и вихри. Только овладев чувствами земными, может человек помыслить о невидимых мирах. Нужно привыкать к таким мыслям. Только они сделают человека сознательным участником сил беспредельных. Помыслите о своем постоянном предстоянии перед ликом Беспредельности. Самые высшие слова не выражают Всевышнее, и лишь краткие мгновения сердце может затрепетать восторгом познания. Умейте запомнить такие мгновения, ибо они будут ключом к будущему. Невозможно принять наполнение всех
бесчисленных миров, но к тому направляет Учитель. Сумейте почтить Его доверием, без этого моста не пройти".
Потому еще и еще раз буду просить всех нам близких понять грозность переживаемого времени и объединиться в помыслах и действиях. Не подпадем под нашептывания темных сущностей, не позволим им завладеть нашими помыслами и нашей волей. Неимоверно трудна будет борьба с ними, а в Тонком Мире она еще труднее, если допустить их приближение. Итак, единение есть самый прочный щит и от темных нападений, и от всяких бедствий.
Не Сказано ли: "Уберегитесь от дурных мыслей. Они
обратятся на вас и сядут на плечи ваши, как омерзительная проказа. Но добрые мысли вознесутся ввысь и вас вознесут. Нужно знать, насколько человек носит в себе и свет целебный, и мрак смертный". Потому, родные, ради своего ближнего блага не допускайте мыслей разъединяющих. Слова эти были сказаны тысячелетия назад, но великая истина, заключенная в них, не осознана и поныне. Если было бы иначе, мир не оказался бы на краю гибели!
Сегодня, 12-го февр[аля], пришла еще одна Ваша знаменательная телеграмма об окончании судебного разбирательства дела, связанного с доносом Леви. Поняли, что ничего хорошего не произошло, вернее, обнаружились новые
гнусности. Также думаем, что в связи с новыми предательствами у Пл[аута] явились новые данные, и он просит отложить depos[itions], чтобы успеть сообщить нам свои позднейшие соображения. Конечно, постараемся отложить, хотя не знаем, насколько нам это удастся, во всяком случае, не дожидаясь мнения Пл[аута], мы изменили некоторые выражения к лучшему. Воображаю, что говорилось при разбирательстве дела, к
каким новым предательствам было прибегнуто! Когда допущено овладение такими мощными темными силами, то нет предела падению в бездну.
Все это время сердце тосковало, чуяло неслыханное предательство, и знак опасности - черный крест неотступно стоял перед глазами. Но в ночь с 9-го на 10-ое февр[аля] мне был показан знак опасности и рядом с ним - знак предательства. Первый раз видела такое грозное сочетание черных знаков! Итак, чашу яда придется испить до конца. Но уже на следующую ночь мне было вновь дано испытать восторг проблеска знания и будущего приближения к Вл[адыке].
Глубокая тоска-грусть пронзает сердце при мысли, сколько драгоценной энергии затрачивается Вел[икими] Учителями на хотя бы частичное спасение человечества, и как это мировое сокровище расхищается невежественными и темными приспешниками тьмы!
Родные, на последних ступенях сердце должно узнать
страдания и должно суметь достойно принять их - таков неумолимый закон. Но после такой голгофы следует вознесение духа, потому мы знаем, что переживаемое нами время закончится победой для всех претерпевших до конца. И еще сегодня утром мне было сказано: "Победим". Пусть враг сейчас ликует, но пробьет час Космической Справедливости.
События поспешают. Также в ночь на 9-ое февр[аля] мне
было указано прочесть в Апокалипсисе первый стих в главе 21: "И увидел я новое небо и новую землю...". Да, родные, новые небеса и новая земля грядут на смену старым, и, конечно, в такие времена происходит особо яркое выявление ликов.
Родные, держитесь бодро, держитесь в единении и помните ежечасно о доверии к Вел[икому] Вл[адыке] как о Вашем единственном якоре.
Каждое сомнение, каждое промедление и неисполнение
Совета, обрывают канаты якоря, именно канаты, ибо нить сердца должна сейчас стать канатом.
Родные мои, обнимаю Вас сердцем полным любви и ласки,
также шлю привет сердца милой Инге и трогательным друзьям,
семье Фосдиков. Сейчас мне очень нелегко: боли в сердце усилились и трудно писать на машинке.
Что Флор[ентина]? Что Стоу? Очень тревожусь за их настроение.
15-ое февр[аля]. Вчера пришли письма от Зин[ы] и Амр[иды]
от 23-го и 26-го янв[аря]. Читая их, мы, конечно, уже знали, что обещания "друзей" оказались мыльными пузырями. Но все же чудовищно, что можно дать такие обещания, как "отныне Ваши trial'сы окончены" и "your fortune rises today"*; затем, после свидания с нашим адвокатом, люди якобы высоких принципов, стоящие за справедливость, отказывают в последнюю минуту в обещанной помощи. Это действительно трагедия, как пишет Н.К. Конечно, у нас являются свои соображения, но не высказываем их сейчас, пока Фран[сис] и Пл[аут] не пояснят причину такого volte-face'а со стороны индустриалиста и его адвоката. Впрочем, Фран[сис] перестала нам писать, и мы узнаем это лишь от Зин[ы] или же Амр[иды]. Относительно case о нал[огах] Н.К. пишет свои соображения, но, видимо, Пл[аут] плохо воспринимает самые простые положения. Что же делать! Вероятно, с ним возможна только тактика адверза.
О моем depos[ition] Н.К. тоже пишет, потому не буду повторяться. Очень и очень прошу Вас, родные, беречь здоровье, об этом Вл[адыка] просит всех. Тинктура кастореум, или бобровая струя, прекрасно действует на нервную систему. Потому думаю, что и Амр[иде], и Инге, и Мор[ису] она будет очень полезна. Вещество это близко мускусу. Очень огорчило нас письмо Амр[иды] к Св[ятославу], в котором она пишет, как ей трудно сейчас со здоровьем. Родная моя, нельзя ли отложить дело, чтобы иметь возможность немного успокоить нервы и укрепить общее самочувствие? Господи! Как хотелось бы Вам помочь, родные наши! Знаю, что победим, но совершенно новыми путями. Если единение, которое являлось основным условием для победы, не было соблюдено, значит, нужно творить новые пути. Неужели Тр[удный] Ч[еловечек] думает, что, оказывая неуважение близким, она может преуспеть?! Цепь Иерархическая нерушима, и тяжко выпасть из нее. Выпадение из нее сейчас есть разрыв, можно сказать, навсегда. Слепые, думающие лишь о сегодняшнем дне, не понимающие, что потусторонняя жизнь является жатвою! Пусть Тр[удный] Ч[еловечек] не лжет - все наши переводы она имела. Вторую часть "Мира Огн[енного]"
отвез сам Н.К. И первая часть "Мира Огн[енного]" находилась у нее, ибо она прислала мне начало и конец, но без средних параграфов числом, кажется, около 60-ти. "Беспредельность" тоже отсылалась ей, и она переслала мне исправленную копию, которая и лежит у меня. Также и вторая часть "Л[истов] С[ада] М[ории]" имеется у меня в одном экземпляре. Но сейчас была Указана кн[ига] "Аум" для печати. Перевод своего друга М. она, конечно, не удосужилась мне переслать, так что я не могла сравнить его с переводом Гартнера. Сейчас имеется англ[ийский] поэт, который перевел заново "Агни-Йогу" и теперь работает над "Иерархией". Но он может переводить лишь с франц[узского], ибо не знает русского языка. Теперь могу сказать, какое счастье, что при апостатах было издано лишь четыре книги Учения! Истинно, не они должны были явиться распространителями этого Учения в Америке. Так, отказ и неуважение лишают Тр[удного] Ч[еловечка] успеха. Родные, мужественно примем всю тяжесть, зная, что не так уж долго ждать. Обнимаю Вас, родные, и шлю всю любовь и веру в Вашу преданность В[ладыке].
О предложении Дедлея относительно вып[уска] Учения напишу
в следующем письме. Сердцем с Вами,
Е.Р.
Получила прелестное письмо от Дорис, прошу передать ей
мой привет сердца. Ценю очень ее сердечность.
Зиночке, Амрид[е] и Морису
26.II.38
Родные мои, получили письмо Зиночки от 30-го янв[аря] по
4-ое февр[аля] с описанием изгнания из Учреждений деятелей, работавших с самого начала их основания! Так произошло гнусное преступление, трое узурпаторов ограбили, в полном смысле слова, и изгнали своих сотрудников, а правосудие страны узаконило этот бандитизм. Подобные преступления будут продолжаться, пока не пробудится общественное мнение, но для этого стране нужно еще многое пережить. Отказ Пл[аута] приехать или хотя бы прислать своего клерка, чтобы тот явился свидетелем действий преступников, удивил нас несказанно. Это уже граничит с полным равнодушием к исходу дела и с высшей недобросовестностью, чтобы не сказать больше. Не перестаю сожалеть, что отсутствие единения среди сотрудников и друзей не позволило отказаться от услуг этого неудачливого адвоката, к тому же еще и тяжкого характера.
Нужно запомнить, что люди с тяжкими характерами обычно несчастливцы или неудачники, и потому их следует по возможности избегать, то же самое можно сказать и о так называемых пессимистах. Свои сомнения они принесли из прошлых неудачных жизней.
Еще раз приношу мою самую сердечную благодарность всем друзьям и нашим милым Фосдикам за проявленную ими помощь в трудное время. Присутствовал ли Морис, а также и Франсис при этом? Мы все еще не имеем писем от Франсис, но очень хотели бы знать причины, выдвинутые ее "друзьями" и которые воспрепятствовали им помочь делу справедливости. Это важно знать, ибо может кое-что осветить в этом мрачном деле.
Родные наши, пусть аура нового окружения поможет хотя бы некоторому единению. Тяжко мне повторять несчетное число раз - это единое условие для победы над врагом, но должна это делать в надежде, что когда-то понимание произойдет.
Очень, очень изумляет нас Тр[удный] Ч[еловечек]. Неужели кто-то может думать, что можно приближаться к Источнику Света, а затем отойти и даже начать противодействовать, и все это без всяких последствий для себя? Неужели все кн[иги] Учения ничему не научили? Но так как насиловать чужую волю нельзя, то, конечно, прошу Радночку ни в чем не укорять ее и предоставить ей полную свободу действовать, как она того желает. Мы же проявим полное спокойствие и ничем не будем углублять разъединения. Если она не хочет оповестить имени обманувших ее "друзей", то и не надо. Тяжка Карма носителя разъединения, не знаю горшей. Разъединитель осуждает себя на одиночество, а что может быть страшнее? В Тонком Мире это состояние еще тяжелее, ибо там закон магнита действует особенно сильно. Не развивший в себе магнита сердца пребудет во мраке обособленности.
С сердечной тоской думаю, как справится моя Радночка со
всеми расходами? В одном из писем Радн[а] писала, что Фл[орентина] обещала оказать ей помощь, если придется начать новую Школу. Каково теперь ее отношение? Что Стоу? Что думает он сейчас о Пл[ауте]? Как все это отражается на самочувствии С[офьи] Мих[айловны]? Также очень беспокоюсь и за здоровье самой Радн[ы] и Амридочки. Так хотелось бы облегчить Вам тяжкие обстоятельства, родные наши. Темные силы сейчас идут сплоченным фронтом на всем протяжении планеты, нападая и удушая все светлые начинания. Близость решительных сроков дает им мужество отчаяния. Родные, необходимо нам всем как-то продержаться. Не знаю сроков, ибо Вл[адыка] не разрешает бросать их в пространство. Воображаю также, сколь безобразно прошло судоговорение о доносе Леви! Ведь после одержанных побед трио должно окончательно обнаглеть.
Неужели и Тарб[ель], прочтя дело, тоже уклонилась и даже
не посоветовала, к кому обратиться, и сама не могла ни перед
кем замолвить словечко? Казалось бы, человек, боровшийся в молодые годы за справедливость, с годами еще острее должен бы реагировать на мерзости людские. У больших духов все чувства очищаются и с годами растут в силе и глубине.
Удалось ли Морису созвать Комитет Музея и обсудить с
друзьями создавшееся угрожающее положение для Музея и также, какие меры защиты можно было бы иметь в виду на случай нового вандализма? Здесь, конечно, и Косгрев, и Меритт - все должны были бы принять участие и поднять голос в охранение общественного достояния. Очень важно, чтобы такое собрание всех друзей Музея состоялось и было бы вынесено постановление.
Родные, берегите здоровье, сражайтесь, но принимайте насколько возможно спокойно все трудности. Пройдет и эта тяжкая полоса. После туч солнце особенно ярко светит. Будем помнить, что каждое испытание есть преддверие радости. В Учении сказано: "Испытание есть окно к радости". И действительно, если мы подымем свое сознание над планом земным, то поймем, что каждое утеснение вплетает свой алмаз в венок достижений. Подвиг не может протекать среди довольства и благополучия. Помните, что здесь, на Земле, мы слагаем свою судьбу и наш истинный дом в Мире Тонком. Потому найдем мудрую радость в том, что мы можем быть сотрудниками Вел[икого] Братства, и от сего дня начнем прилагать в жизни все советы из книг Учения. Работа над самоусовершенствованием есть работа самая неотложная, и нет более важной.
В делах же В[еликих] Уч[ителей] остается действовать
тактикой адверза. Можно сказать, что во все века эта тактика чаще всего применялась Вел[иким] Бр[атством] из-за отсутствия в людях самой примитивной солидарности. Хотя при такой тактике победа несомненна и в конце концов именно она особенно возносит пострадавших, но для участников на земном плане она очень тяжка. Вот почему В[еликий] Вл[адыка], стремясь облегчить путь, так настаивал на единении.
Последний месяц Вел[икий] Вл[адыка] передавал нам многие черты из жизни великих Героев Духа и тем укреплял наше горение к несению подвига. Так, линия подвига определенно намечена, и сердце рвется к выполнению его. Мой Ю[рий] тоже готов. Св[ятослав] трудится с утра до позднего вечера. Написал ряд больших холстов, поражающих по силе красок, смелости замысла и художественному исполнению. Хотелось бы видеть выставку этих холстов в Париже, а затем можно было бы двинуть и в Ам[ерику].
Каково самочувствие нашей Амридочки? Прошу Радночку поцеловать ее от меня со всею нежностью. Радуюсь, что она будет с Эми. Запасемся мужеством, все будет хорошо. Придет время, когда все Леви и все "глинообразные" потеряют для нас с Вами всякое значение, и мы даже с благодарностью будем вспоминать эти уроки жизни. Родные, устремимся в будущее, которое может быть так светло при единении.
Родной Авир[ах], перешлите, пожалуйста, мой сердечный
привет милой Дорис. Наднях получила от нее чудесное письмо, полное сердечного огня. Пусть ей будет светло. Что Клайд? Давно уже не имеем писем от нее. Последняя от нее весть - телеграмма была от начала января. Понимаем, как ей должно быть тяжело отношение Адриана. Будем надеяться, что положенные ею труды увенчаются успехом и Арсуна сможет осуществиться. Но необходимо искать дельных сотрудников. Доброжелателей найти легко, но нужны способные и деятельные труженики, а это всегда самое трудное. Главное, не ограничивайте дело лишь собою, ищите еще партнеров. Сколько книг "Братства" прислано Вам из Риги? Имеют ли эту книгу Амридочка, Инге, Франсис, Фосдики, а также Панасенко?
Теперь об издании кн[иг] Учения. Прежде всего, хотелось
бы точно знать, состоялась ли инкорпорация Agni Yoga Press, о чем нас уведомляли Брат и Ваша телеграмма, полученная 24-го
марта 1937-го [года]? Если же деньги не были внесены и корпорация, таким образом, не состоялась, то, мне кажется, не следует и заботиться о ней. Проще издать от рижск[ого] Общ[ества] Угунса*.
Конечно, и само печатание могло бы происходить в Индии. Корректуру мы с удовольствием просмотрим. Но следует лишь установить размер пошлины в Ам[ерике] при ввозе книг и также приложить стоимость отсылки книг к общей сумме, необходимой для издания. Конечно, более 600 копий мы не печатали бы. Также хотелось бы знать состав официальных лиц в инкорпорации, если она состоялась. Также приглашен ли был Стоу председателем этого общества Agni Yoga Press? Имел ли Трудн[ый] Человечек с ним по этому поводу какие-либо беседы? И на чем они порешили? Следовало бы выяснить все эти вопросы и обсудить совместно со всеми сотрудниками создавшееся положение. Также Вы знаете, родные, что я послала Франсис письмо с просьбой просмотреть перевод книги "Аум", сделанный Гартнером. На это она ответила, что принимает мое предложение, ибо дорожит привилегией корректировать англ[ийское] издание кн[иг] Учения. Конечно, после этого уже прошло полгода, и я не знаю, закончила ли она корректуру и вообще когда могу надеяться получить обработанный ею перевод. Но есть еще одна немалая трудность. Дело в том, что Гартнер очень обижен, что Трудн[ый] Чел[овечек] будет исправлять его перевод, и написал мне, что он признает лишь мои исправления. Но ведь я могу просмотреть лишь с точки зрения правильности перевода, но не с литературной или даже с грамматической стороны. Всюду и везде, как видите, вмешивается все та же ограничивающая самость. Теперь Вы понимаете, в каком трудном положении находится издательство книг Учения. Мне необходимо получить от Франсис исправленный перевод кн[иги] "Аум", а затем я буду договариваться с Гартнером. Если же он закинется, то придется просить Франсис использовать перевод ее друга.
Конечно, с удовольствием мы предоставили бы братьям Фосди[кам] привилегию издавать кн[иги] Учения, но, увы, и тут приходится иметь в виду Трудн[ого] Чел[овечка]. Можно себе представить, как это будет принято ею! Сейчас же совершенно немыслимо раздражать ее. Потому, если инкорпорирование не состоялось, считаю, что может быть все к лучшему. Сейчас мы можем издавать от Рижск[ого] Общества, а затем будет видно. Многое может измениться.
Итак, родные, выясните все эти вопросы, а также и
стоимость печатания книги "Аум" в Нью-Йорке в 600-х копиях и по возможности в более дешевой типографии. Перевод английский, конечно, будет иметь больше страниц, вероятно, на 25 - 30.
Что же касается моего предложения о мультипликаторе, то
после совместного обсуждения большинство голосов было против такого способа распространения кн[иг] Учения в Ам[ерике]. Глубоко тронута готовностью братьев Фосд[иков] выполнить все предложения и указания.
Итак, родные, будем мужественно устремляться в будущее и складывать общими усилиями основу новых Учреждений.
Обнимаю Вас, родные, и шлю Вам всю веру мою в Вас и в грядущее светлое будущее. Щит В[еликого] Вл[адыки] - над объединенными сердцами.
Родная моя Радночка, ценим многое, и сердце часто
посылает волну признательности. Со всею любовью прошу Вас, берегите здоровье и стремитесь к единению.
Сердцем с Вами,
Е.Р.
"Последние новости"
8.III.38
Музей им. РерихаОшибка! Источник ссылки не
найден.
Основанный в 1929 г[оду] в Париже, Музей имени академика Н.К.Рериха переехал в новое помещение - в здание Пале-Рояль (7, рю де Валуа).
В Музее собрано около сорока работ знаменитого русского художника, начиная с больших полотен, изображающих Гималайские вершины, и кончая эскизами и рисунками, по которым можно проследить его творческий путь. Одна большая картина Н.К. Рериха "Замки Майтрейи" (Тибет), подаренная им французскому правительству, выставлена в настоящее время в главной галерее музея "Же де Пом".
2.IV.38
Родные наши, пришли Ваши письма от 6-го по 10-ое марта.
Описание судебной процедуры не удивило нас, ибо можем представить себе, насколько инспирированы некоторые судьи и как они уже восчувствовали давление со стороны известного пособника апостатов. Именно, легко можем представить себе, насколько этот пособник находится в руках апостатов и как он запуган этими гангстерами. Апостаты, всегда так ярко подчеркивавшие два свойства в нем, именно, глупость и трусость, отлично сумели использовать его и заставить его плясать под свою дудку. Черные очки и проникание к апостатам через черный ход явно свидетельствуют о нечистой совести и всяких сговорах с предателями. Казалось, он уже должен был бы прозреть, но, видно, час его еще не пробил.
Также, какая некультурность, какая мелочность проявлена в замечаниях о выбеленных стенах Школы и о том, что мы больше нуждались в Х[орше], нежели он в нас! Видимо, этот блюститель справедливости еще не осознал истины, которая стала уже трюизмом, что именно идеи двигают миром, и для него доллар все еще занимает мозги и даже закрывает, вероятно, солнце. Хотелось бы знать фамилию этого судьи. Она должна быть внесена в историю нашего дела.
Итак, по близорукости этого типа вся Америка была
ограничена для нас одним Хоршем! Становится даже обидно за страну. Можно было бы пожалеть о скудости такого воображения, если бы мы не знали, откуда навеяны подобные замечания. Ведь эти замечания обнаруживают связь судьи с предателями. Сейчас уже можем утверждать, что именно подход Хорша к нашим делам оттолкнул и пресек многие ценные возможности. Именно, многое не удавалось из-за причастия Хорша к делам. Во время приезда Н.К. и Юр[ия] в Нью-Йорк в 29-ом и 30-ом годах им пришлось услышать немало о подозрительной репутации Хорша. Они встретили людей, которые, узнав о Хорше, отказывались сотрудничать в делах. Между прочим, удалось ли Пл[ауту] хотя бы вкратце познакомить судей с занимаемым Н.К. положением в культурных кругах многих стран? Адвокат предателей, как мы видим, успевает расписать долларовое значение своего клиента, потому следовало бы, чтобы хотя кто-нибудь из свидетелей сказал, что тогда как имя Н.К. перейдет в историю мировой культуры, как имя великого художника и мыслителя, имя г-[на] Хорша исчезнет с его последним долларом или с его смертью. Инстинктивно чуя это, он и старается всеми мерами собрать эти доллары, но когда он соберет их, пригодятся ли они ему? То обстоятельство, что предатели и подкупленные ими типы всячески порочат имя Н.К., не может повлиять на приговор истории. Анаксагор, Пифагор и Платон были гонимы, и последний даже продан в рабство, но это нисколько не умалило их значения в истории мировой культуры, даже наоборот! Упомянутому Вами судье следовало бы припомнить некоторые исторические примеры и те выражения, которыми история
заклеймила всех гонителей и предателей лучших людей. В наше же время, когда события так неслыханно спешат и когда столько людей владеют уже пером, все происходящее гораздо полнее и быстрее запечатлевается на страницах мировых рекордов и доходит до сознания масс. Еще при жизни человека складываются легенды.
Также любопытно, что обвинители до того невежественны,
что не знают разницы между спиритуализмом, передачей мысли на расстояние и прочими парапсихическими явлениями. Между тем существует огромная литература по этим вопросам, основано множество обществ по исследованию психических явлений и открыты кафедры при университетах для изучения скрытых сил человека. Уже профессор Райн и другие его коллеги открыто занимаются передачей мыслей на расстояние при соблюдении научных методов и называя эти давно известные истины новыми словами, как extra-sensory perception, которые больше импонируют публике. Точно так же, как когда-то преследуемый месмеризм, приняв новое наименование гипнотизма, был признан наукой. Вот почему так важно было иметь разносторонне образованного защитника. В наши дни кажется диким, чтобы люди, считающие себя образованными, могли бы не знать разницу между спиритуализмом и передачей мысли на расстояние. Спиритуализм предполагает общение исключительно с духами, перешедшими за черту, наше же Учение исходит от Учителя, пребывающего в физическом теле. И это мы можем утверждать под какой угодно клятвой. Теософы, антропософы, масоны, розенкрейцеры, не говоря уже о народах Востока, - все они знают о существовании Великих Учителей человечества. Можно очень сожалеть, что нам приходится иметь дело с людьми настолько несведущими. Следует им поскорее ознакомиться с историей культуры, - они найдут указания там об этих Учителях и Двигателях эволюции. Так, уже в XIII и XIV веках можно найти указание о Твердыне Великих Ученых в Средней Азии. Один из пап римских получал даже грозные обличительные грамоты от Главы этой Общины.
Также примечательна приведенная Вами метаморфоза
некоторых инициалов в инициалы Н.К. Почему понадобилась им эта мистификация? Какую еще клевету и предательство задумали построить на этой метаморфозе трое предателей? Если их адвокаты могут приводить и искажать мои письма, то почему наш защитник не воспользуется и не приведет несколько любопытных писаний апостатов? Даже самые последние писания белокурой предательницы представляют немалый интерес.
Письмо мое к Юрию, очевидно, подложное, и Вы знаете, что
я не писала Юрию против его брака с упомянутой девушкой, ибо было мне написано, что в случае нашего несогласия на этот брак он поступит в иностранный легион. Потому мы отложили всякие объяснения до нашего личного с ним свидания, которое должно было состояться в ближайшие месяцы. Вы знаете, что Юрий был рад узнать, что мы не толкаем его на этот брак. Также и девушка, будучи весьма культурной и талантливой особой, выказала себя с самой прекрасной стороны и разумно приняла мои доводы против брака, где жениху едва исполнилось 21 год, а невесте было уже 27. О всем этом я могла писать Вам из Парижа, но не самому Юрию. Тут какое-то недоразумение, а может быть, и подлог. Не могу понять, с какой целью притянули они этот эпизод? Зачем понадобилось порочить достойную девушку? Если мать выказала себя легкомысленной и увлеклась мыслью выдать дочь за Юрия, то зачем же бросать тень на девушку? Можно еще раз до глубины души протестовать против таких хамских выходок. На Украине существует мудрая поговорка: "Из хама не сделаешь пана".
На все прочие злобные, невежественные и лживые инсинуации против Вас и нас остается лишь улыбаться и помнить эту же поговорку, а также и другую, что нет великого человека в глазах его лакея. Лишь большой дух может судить о большом
духе. И что бы мы ни возразили, все будет покрыто сиянием доллара, который приветливо светит кому-то из кармана Хорша, а может быть, кто-то уже учитывает возможность пристроить сынка или дочку в недрах некоего департамента. Разве не были перехвачены случайными доброжелателями некие телефонные звонки и разве не бренчали в чьих-то карманах тридцать сребреников? Слухи ширятся, и многое что достигает неожиданные уголки.
Какое впечатление произвело судоговорение на
присутствующих друзей и знакомых? Зиночка пишет, что все ушли полные негодования. Не сомневаюсь, что испытанные друзья были возмущены, но хотелось бы знать, как приняли это, например, Чанд[лер] и Фор[ман]? Также что сказал Стоу?
Получили и письмо от Франсис, помеченное 6-ым марта, но,
к сожалению, в этом письме Франсис не сообщает нам причину отказа со стороны друзей, обещавших ей поддержку делам. Одно ясно из ее письма, что в наше время люди, даже обладающие широкими возможностями и крупными средствами, не имеют достаточно мужества и возмущения духа, чтобы встать на защиту справедливости. А ведь справедливость есть мерило достоинства и чести страны! Многие видят во всем мире происходящее разрушение, но никто не хочет задуматься, в чем главная причина этого разложения, а если и догадываются, то гонят от себя эту докучливую мысль, чтобы она не испортила им последний пир перед чумой. Но Вы уже видите, какие события назревают. Ознакомление с историей стран и народов, хотя бы только за последние десятки лет, ясно указывает на причины, ускорившие Карму многих народов. Так, многие избрали путь труднейший.
Очень, очень приветствуем лекционную деятельность Франсис
и хотели бы знать больше подробностей. По-видимому, Франсис одобряет новое помещение Школы, ибо она пишет, что в свободные часы можно бы сдавать это помещение за плату группам вроде Южноам[ериканской] и так далее. Конечно, это более чем желательно. Каждое сотрудничество лишь приветствуется, и потому следовало бы немедленно приступить к осуществлению этой возможности. Конечно, сейчас очень трудно что-либо советовать относительно Школы, ибо Зиночка должна собрать комитет из преподавателей, и, кроме того, за идущий месяц многое должно решиться. Очень тяжко было услышать от Франсис о фин[ансовом] положении нашего друга С. Также и другой наш друг, видимо, рассматривает данную им тысячу на дела как плату за портрет, сделанный Св[ятославом]. До сих пор не имеем от него письма. Никогда раньше не было такой задержки. Жалею, что посоветовала Вам, родные, обратиться к нему. Он ведь не переносил чету Хорш, и в 30-ом году очень предупреждал против Хорша, но ведь тогда уже было поздно. Он считал Хорша отъявленным мошенником и совершенно откровенно высказывал свое мнение нашим европейским друзьям и знакомым, но это мы тоже узнали лишь теперь. Он говорил это и Пелю, - отсюда и отчуждение этого человека.
Любопытно, что агрикультурный департамент до сих пор не закончил расчеты по экспедиции. Последнее письмо от них было в ноябре, в нем они извещали, что в ближайшее время будут высланы причитающиеся еще суммы, но вот уже пять месяцев прошло. Поучительно наблюдать все эти методы и приемы. Одно могу сказать, что считаю все происходящее ценнейшими уроками, главным образом для моих сыновей. Они вступают в жизнь хорошо вооруженные и знают, что нельзя слишком доверять людям.
Да, относительно книг Ж[ивой] Эт[ики] для показаний у местн[ого] маг[истрата] мне нужно было бы иметь совершенно точные данные, на какие именно книги на английском языке из этой серии взято было copyright на мое имя в Америке и на какие - Учреждениями? Неудобно будет, если показание мое окажется неточным. Я уже писала Вам, родные, что во Франции было взято copyright на мое имя на все оригиналы с
сохранением всех прав на переводы.
Очень было грустно слышать мнение Франсис о группе, за которой я просила ее понаблюдать. От председательницы получаю редкие письма, но мало что освещающие. Сейчас, видимо, она занята личными переживаниями. Не питаю особой симпатии к ее супругу, судя по имеющимся у меня снимкам. Конечно, если только правильно, что председательница утверждает, что она провела несколько лет в Кашмире и училась у Самого Вл[адыки] и также встречалась лично со мною, то следует ей указать на недопустимость такой мистификации. Но, конечно, кругом столько зависти и злобы, что следует осторожно относиться к разным сообщениям, необходимо их проверять. Франсис могла бы запросить ее письменно о правильности таких слухов. Думаю, что письменно лучше, пусть получится письменный же ответ от нее. Так, очень прошу Франсис как можно точнее расследовать положение группы. Редкие письма председ[ательницы] полны добрых намерений, но насколько они проводятся в жизнь, мы не можем судить. Также она писала мне о некоторых неудачных и отпавших членах, которые, несомненно, могут распространять всякую клевету для своего оправдания. Эти явления неизбежны, и во многих обществах установлена ежегодная фильтрация членов, причем случается, что нескольким лицам предлагается прекратить свои посещения, - этим охраняется единение среди основной группы.
Теперь, родные, должна предупредить Вас, что все Ваши
письма приходят вскрытыми. Также просим Зиночку не писать подробностей о ходе дела нашим рижск[им] и лит[овским] друзьям. Не следует их отягощать, у них немало сейчас своих забот. От нас они знают о предательстве и своеобразных методах ам[ериканских] судов, но мы не посвящаем их в подробности - Америка так далека от них.
Последние письма из Лит[вы] и Польши пришли с правительственным штемпелем на них о вскрытии. Вчера, впервые, и из Латв[ии] пришли письма, явно вскрытые, вероятно, европейские события требуют крайнего внимания ко всему исходящему и приходящему в этих странах. Европа накануне крупных событий. Чудовищное нелепое разделение границ стран заложило основу для новых конфликтов.
Вероятно, милому Морису удалось собрать Комитет Музея до своего отъезда? Очень прошу Зиночку переслать мой самый сердечный привет ему и его двум ученицам. Чудесный климат Санта-Фе укрепит его здоровье. На днях получили очень милое и бодрое письмо от Клайд. Она, видимо, полна устремления и светлых надежд. Оптимизм уже есть часть победы. Надеемся, что их труды смогут наладить то, к чему они так трогательно стремятся. Очень жаль бедняжку Дорис, но знаю, что скоро ей будет лучше. Психическая энергия поможет ей справиться с болезнью.
Также и нашу родную Катр[ин] прошу не утруждать себя. Как можно проще отнестись к делам. Здоровье прежде всего. Если бобровая струя неприятна, не следует ее принимать. Спасибо Амр[иде] за сердечные письма, но также пусть не утруждает себя, ибо все важное Л. передаст нам; только в особых случаях нам ценно выслушать мнение нескольких сотрудников для четкой картины. Ничем не хотим затруднить ее сейчас. Так хотелось бы, чтобы Вы, родные, имели хотя бы краткий отдых!
Часто думаем о милых братьях Фосдиках и шлем им признательность за помощь их в делах Вл[адыки]. Бесконечно сожалею, что у меня не было времени настолько изучить англ[ийский] язык, чтобы свободно писать на нем всем друзьям. Итак, родные наши, будем стоять на дозоре и, как и
раньше, будем продолжать борьбу против темных утеснителей, будем стремиться к претворению Учения в жизни каждого дня, чтобы утончить и усовершенствовать себя, и исполним Совет о протягновении. Читайте больше Учение. Питайте дух свой пониманием жизненного подвига. Ни с чем не сравнить скорбь
души, когда наступает час осознания всего нами упущенного. Потому, родные, всегда будем помнить, что время, посвященное на изучение книг, нам данных, есть наивысшая ценность. Дорожите каждой крохой получаемого учения. Родные, воспрянем духом, обретем новое мужество и щит света покроет нас. Шлю Вам всю мою веру в Вас -
Сердцем с Вами,
Е.Р.
12.III.38
Родные наши, очень огорчаемся, что Зиночка испытывает
такие мучительные невралгические боли. Все это так понятно при тех испытаниях, через которые Вы, родные, проходите сейчас. Во время болевых приступов следует беречь себя, чтобы не вызвать осложнений. Также очень взволновались телеграммой Амр[иды] о том, что врачи признали необходимость немедленной операции. Совет был послан созвать консилиум с участием специалиста по нервным болезням, ибо при чрезвычайном напряжении, в котором находится сейчас Амр[ида], конечно, все воспалительные процессы усиливаются. Счастливы были получить ответ, что консилиум врачей высказался против операции. Родные, берегите друг друга. Всегда и при всех обстоятельствах помните ту Основу, которая объединяет Вас, чаще читайте сокровища Учения, сердце найдет великое подкрепление, и умножится мужество и уверенность в Защите Света.
Получили письма Ваши от 9-го по 21-ое февр[аля]. Родные, сколько пришлось Вам пережить! Но можно уже видеть, как предатели потонут в измышленной ими мерзкой лжи. Видимо, судья понял всю наглость лживых утверждений Леви! Нужно признать, что Леви выказал себя совершенно исключительным мошенником! Трудно даже представить себе всю его злобную ложь и все предательские доносы, измышления и подкопы, которые велись им и еще ведутся сейчас, но уже при участии "глинообразного" сообщника и высоко "этичного" адвоката, которого так прекрасно отчитала наш верный и энергичный друг Фл[орентина] С[утро]. Письмо ее великолепно. Ясно, кратко и просто сказана правда в глаза этого защитника "угнетенных" мошенников. Радуемся, что Зиночка широко оповещает это мнение, высказанное таким высокоуважаемым лицом, как Фл[орентина]. Если бы с самого начала была дана возможность друзьям собираться и высказывать своевременные протесты, дело приняло бы иной оборот.
Замалчивание всегда и всеми рассматривается как признак виновности. Вот почему мы с такой скорбью видели, как не принимались Советы и как такие друзья, как Косг[рев] и Мерр[ит], которые могли в этом оказать помощь, были заброшены. Видимо, Вы утратили с ними всякий контакт. Много было упущено в нашем деле, и, вероятно, те лица и адвокаты, с которыми Франсис вела переговоры, увидев сделанные ошибки и запущенность дела, не пожелали принять участия в испорченном деле. Конечно, все это лишь мои личные соображения, ибо Франсис уже давно прекратила что-либо писать нам.
Порадовало нас сообщение Зиночки, что Форман высказал
свое возмущение Эрнсту. Можно было бы спросить этого защитника "угнетенных" мошенников, задумывался ли он над тем, что его нечестное участие в явно предательском деле, так же как и его закулисного покровителя, будет освещено по достоинству в истории культуры - имя Н.К. залог тому. Есть и будут друзья, которые сочтут своим священным долгом выполнить это, когда будет Указан срок. Обратите внимание на замечательное явление, что все скрытые деяния, совершенные на протяжении последних десятилетий, раскрываются и широко распространяются в печати. Много вышло разных разоблачений в
виде мемуаров крупных деятелей во всех областях жизни государств. Лица эти и наследники, их издающие, точно бы поели травы правды, которую в древности давали преступникам, чтобы они признались в совершенных ими преступлениях. Эти мемуары и записи раскрывают всевозможные гнусные и отвратительные поступки, также попутно и многих соучастников различных национальностей. Поучительно читать их.
Также настанет время, и оно вовсе не так далеко, когда
все, над чем эти враги Света так издеваются сейчас, против чего они так кощунствуют, будет признано как величайшая Благодать, и современные Иуды прочно запечатлеют свои облики в грядущих веках. Нельзя идти против Света, против культуры и эволюции человечества. Вся история человечества свидетельствует об этом. Лишь многие невежды и отъявленные мерзавцы не понимают и не желают слышать и осознать это. Но не уйти от своего страшного рока этим предателям. Иногда он настигает их быстро, но особенно тяжко, когда рок сужденный медлит. Как сказано в Учении: "Сущность развития ярости не может быть пресечена, поток должен пролиться, но тяжка Карма предателей. Самая тяжкая среди земных преступлений". Так убережемся от всяких предательств.
Итак, пусть Зиночка широко использует письмо
Фл[орентины]. Между прочим, из письма Зиночки видим, как легко мог Пл[аут] отложить и мартовское судоговорение. Почему он не сделал этого? Вы ведь знаете, родные, как важно каждое затягивание.
Также, родные, совершенно неотложно собрать Комитет
Музея, расширив его новыми членами, указанными Н.К., чтобы обсудить создавшееся положение и все те меры, которые могли бы быть выдвинуты в защиту Музея в случае посягновения на картины и расчленения их. Родные, существование Комитета Музея сейчас очень, очень важно. Можно сказать, настал последний час для созыва его. Иначе Вас же обвинят в бездеятельности и пренебрежении к общественному достоянию. Необходимо, чтобы и Косг[рев], и Мерр[ит] были оповещены и привлечены к обсуждению мер защиты.
Прошу родного Мориса загореться сердцем и встать на
защиту доверенного ему Музея. Ведь это сокровища духа, которые так высоко оценены Вел[иким] Вл[адыкой]! Не пройдем мимо порученного нам! Знаем, что многое очень трудно, но не может быть легкого труда на пути служения Великому Свету. Но когда мы действуем в единении, все трудности облегчаются безмерно. Так хотелось бы знать, в каком состоянии сейчас Музей? Нет ли новых знаков на оборотной стороне картин? Как нужно было бы иметь верных людей, которые следили бы за происходящим, бывали в Музее, на лекциях и выставках и так далее. Осведомленность так нужна во всем, она есть уже половина победы.
Теперь, родные, как признательны должны мы быть нашей
родной Амр[иде]. Трудно даже представить себе, что бы Вы делали, родные, без ее помощи, без помещения, которое ей удалось устроить! Мы начинали в одной комнате на улице 54-ой, теперь Вы снова начинаете, но уже в нескольких комнатах и на лучшей улице, и имеете накопленный опыт. Потому бодро примемся за новое кооперативное строительство. Но, конечно, если единение не состоится, то трудно ожидать успеха. Атмосфера разъединения ужасна, она создает и привлекает самые мятущиеся и отталкивающие электроны.
Разъединение есть хаос, а его неотступный спутник - разрушение. Впрочем, Вы уже знаете и на опыте могли убедиться в правильности указаний, данных в Учении Жизни.
Соберите, родные, всех участников и преподавателей и составьте настоящий кооператив. Обсудите Ваши возможности сначала в тесном кружке, затем, может быть, Зиночка нащупает мнение отдельных преподавателей, и, наконец, устройте собрание всех участников и снова обсудите уже сообща.
Теперь другое. Относительно всех указанных Вам лиц нужно иметь открытое сознание и нащупывать разные возможности через них. Часто не они сами имеются в виду, но то лицо, которое они могут указать. Имейте это в виду всегда и везде. Итак, в Учении сказано: "Вы знаете, насколько неожиданно складывается мозаика жизни, но такая нежданность лишь от земного плана. Часто человек говорит или пишет с одним намерением, но от Высших Сил он бывает направляем с совершенно иной целью. Он пишет определенному лицу, но следствие получается с нежданной стороны. Нередко Мы учитываем следствие многогранное от одного действия. Если бы Мы перечислили все последствия, человек мог бы смутиться. Он попытается сузить и тем ослабить свою психическую энергию. Только с расширением сознания можно получить широту кругозора".
И еще: "Не всегда могут состояться феноменальные
действия. Кроме космических причин и вторжения отрицательных сил из Тонкого Мира, могут быть воздействия так называемого неверия. Трудно провести границу между неверием и сомнением - обе ехидны из одного гнезда. Великий Путник часто учил, что дается по вере. Не забудем, что Христос не мог творить чудес по причине неверия - об этом можно найти некоторые упоминания. Теперь ученые заменили бы слово "неверие" отрицанием авторитета. Безразлично, какие выражения будут употреблены, но смысл один. Перерыв тока энергии нарушает даже самые мощные посылки. Можно наблюдать это физическое явление, начиная от самых обиходных положений. Когда Мы предупреждаем против сомнения, Мы говорим о физическом законе. Люди могут отринуть сильную помощь, ибо свободная воля может уничтожить наиболее здоровые обстоятельства. Человек сердится и отталкивает руку, удерживающую его от падения. Учитель должен предостеречь от вреда сомнения. Можно напомнить, как ученики сомневались в силе Учителя и немедленно получали удар, который называли судьбой. Но такое определение неверно. Какая же судьба в том, что человек оборвал целительную связь?"
Так, родные, единением создадим и охраним здоровые обстоятельства, чтобы не отринуть Сильную Помощь и раздражением не оттолкнуть Руку, держащую щит над нами. Не нарушим, не оборвем нить связующую.
Теперь относительно издания книги "Аум". Нужно это решить
как можно проще. Как уже писала, считаю самым простым издать эту книгу от рижск[ого] Издательства, печатать ее можно здесь, в Индии. Друзья-англичане помогут читать корректуру. Узнайте, какова пошлина на иностранные книги. Мы же запросим здесь приблизительную стоимость печатания. Больше 600 копий мы не печатали бы. Очень жду присылку рукописей "Аум", исправленных Франсис. Времени осталось мало, ибо после октября вряд ли я смогу заняться корректурой книги "Аум". У меня будет другая и очень спешная работа. Ведь желание Вел[икого] Вл[адыки] было, чтобы кн[ига] "Аум" вышла в 37-ом году.
Теперь появилось несколько лиц, желающих переводить на англ[ийский] язык книги Учения. Так, "Агни-Йога" вторично переведена на англ[ийский] яз[ык] одним поэтом-англичанином с французского. Сейчас переводится "Иерархия", и есть уже
запрос относительно "Сердца". И даже здесь имеются желающие помочь с переводом этих книг. Подумайте только, что мы уже имеем англ[ийские] переводы всех этих книг, включая "Братство". Потому очень прошу Франсис поторопиться с присылкою исправленной ею копии "Аум", ведь я должна буду еще списываться с Гартнером. Надеюсь, что он выкажет все великодушие. Выход этих книг полезен не только для дела, но и для Вас всех, чтобы показать, что Учение продолжается. Несомненно, черная и белокурая предательницы, захватив записи, пользуются ими и многое нашептывают, а также выдают не опубликованные еще страницы за свое знание.
Так, родные, знайте, что всего больнее мне, что так задержался выход этих книг. Глубоко трогает меня отношение Катрин к этим книгам. Она понимает, что ничего нет важнее, как именно знать эти Основы Жизни и пользоваться Учением для самоусовершенствования, чтобы затем в радости духа и сердца делиться ими с истинно ищущими и не ждущими стократного платежа. Не Сказано ли: "Прежде чем получать, нужно научиться давать"? Но не так думали предатели, они, давая, уже готовили ограбление всех и всего. Так, родные, храните доверенное Вам, берегите друг друга, объединитесь на основе Учения, и успех снова начнет сопутствовать Вам.
Получили сведение, что на реставрацию Троицко-Сергиевской Лавры ассигновано правительством миллион рублей. Народу напоминают ту роль, которую сыграла эта Обитель во время войны против татар и поляков. Все это великие вехи, расставляемые на пути. Картина Н.К. "Гонец" была воспроизведена в красках и отпечатана в 40 тысячах копий - все это уже новые масштабы.
Так, несмотря ни на что, будем бодро смотреть в будущее. Поймем сердцем, каким сокровищем, каким мощным оружием Света мы можем обладать. Вспоминается мне видение в конце 35-го года, в котором был показан символ мощного оружия, данного нам, но которым мы не умеем владеть, и вместо нанесения сокрушающего удара врагу только слегка колем его и тем лишь еще больше возбуждаем его ярость. Нужны объединенные силы, чтобы действовать таким мощным оружием, - разрозненные попытки ни к чему, и одна рука слишком слаба. Враг был явлен в виде волка-оборотня, и я знала, что это одержимый Л[еви]. Видите, родные, как мы теперь зашиваем наши письма, все делается для сохранности, ибо письма из Америки приходят в явно поврежденном виде, тогда как на письмах из других стран такого повреждения не замечается. Последнее письмо Зины было попорчено, также как и письмо Эми и Амр[иды].
Все мысли, все устремления сердца летят к Вам, родные. В единении Победим.
Е.Р.
Дорогая Франсис, не пришлете ли Вы мне также перевод
"Аум", сделанный Вашим другом? В случае если г[-н] Гартнер не согласится на все исправления и изменения в своем переводе, мы могли бы воспользоваться тем переводом. Жаль, что Вы мне не сообщили, что Вы поручили Вашему другу произвести эту работу. Сейчас нужно очень думать о краткости времени, ибо его осталось очень мало до следующей большой и срочной работы. Тяжко будет, если даже одна книга не будет выпущена в англ[ийском] переводе. Книга "Сердце" появилась в 34-ом году. Верю, что Ваше сердце подскажет Вам, как необходимо поспешить с этой важной работой.
Обнимаю Вас и сердцем с Вами,
Е.Р.
"Да не молюсь я быть укрытым от опасностей, но лишь о бесстрашии, встречая их. Да не прошу я утишить мою боль но лишь, чтобы сердце победило ее. Да не ищу я союзников в жизненной битве, но лишь мою собственную силу. Даруй мне силу не быть малодушным, чуя Твое Милосердие лишь в моих успехах, но дай почувствовать пожатие Твоей Руки в моих ошибках".
Рабиндранат Тагор
19.III.38
Родные и любимые наши, пишу лишь несколько строк, ибо
почта уходит, но не могу не поделиться с Вами нашей радостью.
Сейчас получили телеграмму от Гаральда, что ему разрешена практика при условии, что лекарства его будут изготовляться в аптеках, а не на дому. Это большая победа, ибо ему грозил полный запрет практики, "на всю жизнь", как выразился
директор мед[ицинского] департамента. За последние месяцы наши друзья переживали крайне тяжкое время. Все враги шли объединенным фронтом, чтобы уничтожить всех и все, но тесное единение сотрудников и друзей и проявление мнения общественности помогли одержать победу. Врачи в своей профессиональной зависти дошли до того, что посылали к нему подставных пациентов, которые потом свидетельствовали небылицы, и Г[аральд] даже был притянут к суду. Министр Народного Здравия и директор мед[ицинского] деп[артамента] были среди самых ярых недругов. Дело, казалось, было безнадежно, но именно единение среди сотрудников и их устремленная деятельность при полном доверии и принятии Советов Учителя сделали невозможное возможным. Учитель сказал: "Теперь видите, что там, где проявлено единение и доверие к Учителю, там легко помогать. Не забудем, что единение было единственным условием удачи. Мы ценим, когда мысли посылаются во Благо. Велика энергия, рождающаяся при таких единениях".
Истинно, трогательна была помощь всех друзей в это тяжкое время. Все они, занятые люди, собирались ежедневно в семь часов утра и еще по вечерам и посылали мысли блага, крепости и защиты Гаральду. Делегации друзей и больных посещали всех властьимущих, и, несмотря на то, что враг - директор мед[ицинского] деп[артамента] грозил разогнать делегации полицией, все же такое выражение общественного мнения было крайне полезно.
Ах, родные наши, если бы и среди Вас было достигнуто
такое сердечное сотрудничество, истинно, никакие враги не могли бы одолеть крепость Вашу! Телеграмма об удаче Гар[альда] была ярким лучом на фоне беспросветного в своем пессимизме письма Пл[аута]. Пессимизм есть причина неумения и неудачи.
Прошу Зиночку перевести эту страничку всем сотрудникам.
Пусть сердца их загорятся энтузиазмом служения Благу и новым огнем сотрудничества и доверия к Учителю.
Шлем Вам, родные, радость и огонь сердца. Поймите,
любимые, что без единения не может быть успеха. Берегите здоровье! Единение - лучший щит от всех заболеваний.
Сердцем с Вами,
Е.Р.
16.IV.38
Родная моя Зиночка, как тяжко было получить последнее
письмо от 29-го марта, в котором спрашивается, как поступить с Мал[еньким] Ч[еловечком]? Этот вопрос очень труден. Мы предвидели опасность этого человека, и потому если Зин[а] просмотрит мои бывшие письма, то найдет в них выраженное опасение. Именно, мы понимали всю опасность той бомбы, которую кто-то хотел взорвать. Катр[ин] тоже своевременно писала, что Брат опасался того же. Но что сделано, то сделано, потому приходится принять последствия. Придется сказать ему, что Вы не имеете сейчас средств помогать ему, но приложите все старания найти ему работу. Когда же обстоятельства улучшатся, Вы не забудете его. Сейчас пусть и он приложит все усилия, чтобы найти какую-либо работу. Обеспокоены тем, что он снова был допущен к просмотру и приведению в порядок бумаг.
Родная моя, так ужасно болит сердце за всех и все.
Особенно тяжко, что материально не можем прийти на помощь. Зиночка знает все трудные обстоятельства и в каком медвежьем углу мы живем. Также знаете, что и друг Кр[ейн], после моего письма с определенной просьбой о помощи, передал некоторую сумму на адвоката, но не только не ответил, но даже, получив заказанный им портрет, замолчал. Приняв его, вероятно, в счет
этой тысячи. Просить его мы больше не можем, тем более, что здоровье его очень ослабело. Не знаю, чем помочь!
Конечно, Зиночка понимает, что мы должны прежде всего соблюсти и охранить то, что доверено нам, потому мы невольны во многих действиях и решениях. Мы должны выполнить принятое на себя обязательство, даже если все сотрудники и друзья отпадут. Именно, с окровавленными ногами и в страшнейшем напряжении всех сил должны выполнить свою миссию. Решение это твердо, потому будем бороться, зная, что при единении Помощь будет послана.
Зиночка просит о помощи, но, родная моя, как это
неимоверно трудно, когда столько разъединения, когда ни один Совет не был исполнен. Мы хотели идти, как было Указано, самым высоким путем, но нас постоянно снижали, и результаты такого снижения налицо. Как нам писал недавно один друг, трудность в том, что защитники не осознали значения фокуса, не было подчеркнуто мировое значение деятельности и имени. Считаю, и последние адвокаты не заинтересовались делом, увидя, что не создалось фокуса, на котором они могли бы базировать свою защиту. Знаем, что с самого начала проводилась политика снижения, и имя прилагалось лишь там, где без него вообще нельзя было пройти; когда-нибудь глаза некоторых сотрудников откроются, и они поймут, что, снижая значение имени, они снизили и себя.
Но теперь мы стоим перед новою ступенью. Нужно всем
строить заново. Пусть каждый строит уже наученный горьким опытом, что на разъединении ничто не может держаться. Именно, Силы Света бессильны помогать там, где разложение налицо. Родная моя, не написать ли мне Фл[орентине], прося ее
помочь Радн[е] в новом строительстве? Но, откровенно говоря, я теперь очень опасаюсь писать, ибо письма иногда имеют обратное действие. Ведь трудно угадать, чтобы письмо пришло в счастливую минуту, когда обстоятельства и настроение получателя благоприятны. Воздействие личное гораздо сильнее. Потому, без желания на это Зин[ы], не буду ей писать. Скорблю из-за бр[ата] Ф[лорентины]. Но, как я уже писала, думаю, что его отъезд из отравленного города поможет ему в его болезни. Также, может быть, на новом месте он будет в состоянии сделать гораздо больше для любимой им работы. Пусть собирает кружок молодежи вокруг Учения.
Горюем очень за С[офью] Мих[айловну], но пусть знает, что Зин[а] не будет оставлена Помощью. Преданность Зин[ы] Вел[иким] Уч[ителям] спасет ее. Только бы найти единение, и многое облегчится. Также прошу Зин[у] очень беречь Амр[иду], положение ее здоровья серьезно. Также и материально ей сейчас очень тяжко. Она помогала делам превыше того, что могла. Сейчас необычайно трудное время, Вел[икий] Вл[адыка]
отягощен безмерно. Не забудем, что Вел[икое] Братство несет ношу всего мира. Их силы проливаются в борьбе за равновесие планеты. Их строительство имеет планетарный размах, потому все сотрудники в это решительное время обязаны помогать Им всеми силами. Так, родная моя Зинуша, проявим всю чуткость и внимательность к окружающим. Лишь магнит сердца притягивает людей и обстоятельства. Сейчас мне очень трудно, физическая боль в сердце дает себя очень чувствовать. Вел[икий] Вл[адыка] очень обеспокоен состоянием моего сердца. Хотелось бы дотянуть и выполнить главное задание. Родная, будем мужественны, найдем силы продержаться это трудное время. Тучи пройдут, и радость придет.
Обнимаю мою Зиночку сердцем и шлю всю мою нежность и
ласку.
Е.Р.
30.IV.38
Родные наши, получили давно ожидаемую телеграмму. Тронуты были готовностью друзей к дальнейшей помощи. Затягивание дела всеми мерами - самая необходимая забота. Знаем, родные, что и Вы приняли эту вопиющую несправедливость мужественно и с твердым решением продолжать бороться и строить новую твердыню. Главное - это сохранить мужество, и новые возможности подойдут. Н.К. уже писал, что новая Школа должна строиться на строго кооперативных началах, при которых все участники равны. Именно, нет служащих, но лишь полноправные члены кооперативного содружества. Паи денежные и трудовые. Школа может носить имя того, кто поможет денежно ее осуществлению.
Радовались бодрому письму Зиночки от 3-го апр[еля].
Именно, нужно всеми силами хранить бодрость духа и всегда помнить, что если сегодня горе, то завтра - радость. Также полезно сравнить свое положение с множествами несчастных, потерявших все решительно. Не будем закрывать глаза на те ужасы, которые творятся сейчас во многих странах. Причины их все те же: корысть, и узаконенные предательства, и несправедливости. И подумать только, что ужасы эти будут еще возрастать!
Очень ждем Ваших писем. Состоялось ли, как было Указано, совещание чл[енов] Комитета М[узея] и какое было вынесено решение? Не хочу допустить мысли, что и это столь важное и безотлагательное действие не могло быть осуществлено. Близорукие не усмотрят пользу от многих действий, но мудрый знает, что каждое благое действие принесет свою пользу, но он тоже знает, что польза эта может проявиться в самых неожиданных условиях и по времени, и по месту. Потому не будем уклоняться ни от какого Указанного благого действия. Доверие к Высшему, энтузиазм, продуманность и подготовленность должны сопутствовать таким действиям; они и обусловят успех.
Родные наши, очень ждем Ваших писем, чтобы возможно лучше уяснить все создавшееся положение. Знаем, какое трудное переходное время нам предстоит, но краткость его поможет осилить все трудности. Если мы твердо знаем, что здесь, на Земле, мы накопляем опыт и должны также выполнить определенное задание, то именно это знание окрыляет нас и помогает нам перелетать через все пропасти. Все трудности и тяготы приобретают совершенно иное значение в свете данного нам Учения, потому так прошу Вас, родные, больше вдумываться в эту несравненную мудрость и прилагать все усилия для проведения ее в жизнь каждого дня. Привожу Вам выдержки из новой книги. Истины, сказанные более двух тысяч лет назад, остаются неосознанными и сейчас.
"Мыслитель говорил ученикам: "Главная наша ошибка в том,
что мы своевольно распределяем значение народов. Мы не изучаем верования и обычаи чужестранцев и судим по их странной для нас внешности. Но знаем ли мы происхождение народов? Мы ограничиваемся несколькими прибаутками, и по ним судим о целых государствах. Сами мы не велики, если можем судить так легкомысленно. Это свойство приличествует безумцам. Они могут удовлетворяться своим невежеством.
Пусть народные судьи и вожди совершают многие
странствования, прежде чем брать на себя ответственность судить сограждан. Пусть судьи поищут - многие ли люди живут в радости и каковы источники их довольства? Истинно, пусть меня назовут врагом народа, но не перестану утверждать, что судьи должны быть знающими и честными. Можно угадывать уровень всего народа по его судьям. Где подкупны судьи, там продажна душа народа.
Нельзя жить там, где связана мысль. Может быть, там
грабители на большой дороге окажутся честнее, нежели двоедушные судьи. Не утешайтесь тем, что в притонах позора горят огни. Пусть зрячий рассмотрит, что там творится.
Поищите радость, но не удивитесь, если найдете ее в хижине. Слушайте, люди дойдут до такой бездны, что распнут
лучшего!""
"Вы знаете, что ненавистники пытаются разрушить даже неистребимое. Был день, когда глашатай от имени старейшин оповещал афинян, чтобы под страхом изгнания никто не смел произносить имен Перикла, Анаксагора, Аспазии, Фидия и друзей их. Чернь, наученная старейшинами, требовала уничтожения Зевса Олимпийского, крича, что это изваяние напоминает им ненавистных Перикла и Фидия. Если имена обвиняемых встречались на рукописях, напуганные граждане спешили сжечь их, хотя бы это было ценнейшим произведением. Осторожные избегали проходить мимо домов названных людей. Льстецы торопились писать эпиграммы, в которых под обидными символами изображали крушение Перикла. Анаксагор изображался в виде осла, кричащего на площади. Знаете и о смерти Сократа". "Мыслитель говорил: "Знаем имена Перикла, Анаксагора,
Аспазии и Фидия, но не знаем судей, их осудивших. Мы помним изваяния Фидия, но не знаем покушавшихся на них. Будем думать, что этот позор человечества произошел в последний раз, но такая дума будет лишь мечтою.
Человек - общественное животное, но стада человеческие не умеют мирно пастись, рога не могут употребляться лишь на защиту. И волы могут нередко служить примером. Явление мысли пусть направляет человека к Беспредельности"".
"Также говорил Мыслитель: "Руководители заботятся о сохранении Прекрасного. Фидий ввержен был в темницу, тем самым человечество ввергло себя во тьму. Люди будут изумляться своей жестокой судьбе, но разве не они сами заслужили ее?
Старейшины, гонители правды, имена ваши стерлись, но груз
ваш обратился в тягость. Сейчас мы встретили прокаженного, он не помнит, какую правду он попрал".
Так предостерегал Мыслитель. И каждый из Нас, в свое
время, на своем наречии, произносил те же слова. Люди не любят слушать то, что они заранее решили не исполнять. В час жестокой братоубийственной резни люди поминают Христа - тем кощунственнее будет такое поношение. Лжесвидетели будут клясться на самых священных предметах повторно. Люди не будут страшиться произносить ложную клятву и насмехаться над верою соседа. Найдут время и для хулы, и для поношения, а сами трудиться не умеют! Они иногда думают и об общине, но не умеют даже в своем обиходе приложиться к общему делу.
Вы знаете, как невозможно разрушить неистребимое".
"Вы знаете, что бездеятельная, сонливая земная жизнь препятствует продвижению в Тонком Мире. Центры нервные, которые имеют свои прототипы в тонком организме, не могут обостряться без деятельности.
Мыслитель говорил: "Можем ли доверять военачальнику, не бывшему в бою? Можем ли знать качество корабля, не спущенного в море? Истинно, пусть будут благословенны напряжения сил и труд, которые приучают нас к высшему пониманию.
Нельзя продвинуться, не приведя в движение мускулов.
Нельзя возвыситься без обострения сознания. Только в труде мы познаем тот трепет, который научает нас встретить высших руководителей.
Когда встречу их, найду силу спросить: все ли задание
было выполнено? Они скажут, где мы преуспели и где отстали. В земном существовании мы редко распознаем Указы Руководителей. Лишь слабым дуновением доносятся к нам громоносные приказы и предостережения. Мы ощущаем трепет от великого Присутствия, но слова нечасто претворяются в нашу речь".
Также Мыслитель говорил: "В человеческом организме
заложены ритм и гармония, но мы должны открыть их, потому музыка будет важною частью образования. Без ритма и гармонии мы не сумеем войти в высшие миры. Вселенная живет движением,
которое обусловлено ритмом. Но люди не понимают, что биение сердца есть символ мирового движения". Так Мыслитель устремлял внимание к высшим мирам".
"Вы знаете, что когда говорим о единении, к тому имеются причины. Мы уже приводили пример коня, задерживающего целый караван. Мы упоминали смысл взаимодержания свода, теперь еще укажем, как говорил Мыслитель.
Однажды Он проходил с учениками мимо циклопической стены, ученики спросили: что есть единение? Мыслитель указал на мощную кладку стены, говоря: "Смотрите, как эти камни держат друг друга. Мы не можем сказать, который из них самый главный. Они ничем не связаны, но противостояли многим землетрясениям. Их держит лишь единение и естественное сродство их плоскостей.
Люди надумали соединить камни глиною и разными искусственными составами, но такие построения часто разрушаются при землетрясениях.
Если люди полагают скреплять свои отношения
искусственными мерами, они не будут защищены от распада. Лучше и крепче, когда сердца человеческие непосредственно соприкасаются. При таком построении не нужно никакой смазки, хотя бы она и изготовлялась на золоте. Особенно опасайтесь золотой смазки!
Утверждаю, что самые ярые люди не могут соизмерять соотношения материалов. Лишь сердца людей могут сложить неразрушимую стену"".
Считаю, что Зиночка может перевести выдержки из Учения и переслать их Дж. Фосд[ику]. Пусть не чувствует себя заброшенным. Родные наши, несказанно болит сердце за то безобразное состояние, в которое пришли дела, но что можно
было ожидать при таком адвокате, лишенном всякого standing'а, но еще и при полном отсутствии психической энергии. Все еще продолжаю сожалеть о Миллере. Конечно, он видел положение среди сотрудников, он понимал, что нет единения, а также знал всю подкупность некоторых судей, потому и предлагал начать переговоры о settlement'е. Именно, как Сказано: "Он видел разъединение среди сотрудников". Конечно, родные мои, мы многое понимаем, но от этого не легче, а еще тяжелее. И особенно мне больно, что ничем не можем помочь сейчас Зине. Даже на телеграмму боимся истратить. Ужасный удар для нас и отказ Ст[оу]. Также Вы знаете и о молчании Кр[ейна]. Мне очень грустно за Свят[ослава], который так старался над моим портретом, и надо сказать, что из Франции мы получили восторженные одобрения, и одна очень красивая дама просила передать, что она хотела бы иметь свой портрет работы Светика. Как будем существовать, не знаем, но доверие и преданность наша к В[еликому] Вл[адыке] растет, и снова повторю: с окровавленными ногами, но продолжим подъем по отвесной скале. Примем и мученичество, впрочем, оно уже налицо, ибо [велико] духовное страдание при виде, как мало тех, кто действительно, понимает то состояние, в котором находится Мир, и как еще меньше тех, кто готов на самоотвержение ради помощи В[еликому] Братству, в его сверхчеловеческих трудах, [чтобы] спасти погибающих.
Будем бережливыОшибка! Источник ссылки не
найден.
Ушел Шаляпин. В недавнем прошлом ушли и Горький, и Глазунов.
Свернулось несколько страниц русского искусства, русской культуры. Невольно хочется обернуться и посмотреть, много ли у нас остается величин того же поколения и того же значения. Выходит, что окажется их не так уж много. Бальмонт, Мережковский, Бенуа, Рерих, Стравинский, Рахманинов, Ремизов, Бунин, Куприн, Нестеров - лист окажется не так уж велик по всем отраслям искусства и литературы.
На днях вышла в Таллинне книга "Поток Евразии". В ней среди других
интересных статей имеется в высокой степени драматическая статья В.Гущика о Куприне. Справедливо автор оценивает многое случившееся около нашего знаменитого писателя, которого мы справедливо можем назвать русской гордостью. В.Гущик рассказывает, как русские люди не берегли Куприна. Приводимые автором письма самого Куприна достаточно свидетельствуют о внутренней драме, которая ничем не была облегчена. В этих случаях нельзя ссылаться на то, что мировые события заслоняют культурные явления. Что бы ни случалось в мире, но Павлов, наш великий ученый, всегда останется в памяти человечества. Можно лишь радоваться, что последние годы его жизни были облегчены всеми возможностями к его работе.
В прошлом году мне запомнился лист дневника академика Рериха, в
котором говорилось о необходимости бережливости: "Много где проявлялась расточительность. Застрелили А.С.Пушкина и Лермонтова. Изгоняли из Академии наук Ломоносова и Менделеева. Пытались продать с торгов Ростовский Кремль. Длинен синодик всяких расточительств от давних времен и до сего дня. Довольно. Бережно и любовно должна быть охранена культура".
По правде говоря, мы должны очень запомнить этот совет. Нельзя отговариваться тем, что кто-то когда-то чего-то не заметил за сутолокою жизни. Всякое небрежение к культуре уже не простительно и недопустимо во всевозможных обстоятельствах.
Если человек любит культуру и, естественно, свою родную культуру, то
он отнесется со всевозможною бережностью к носителям этой культуры. Каждый выдающийся деятель культуры уже является живым памятником ее. Люди нередко говорят об охранении каменных памятников. Но не лучше ли при этом также помыслить и о заботливом охранении памятников живых, которые могут еще во многом приложить свои творческие силы во славу русского народа? Многие скажут: нам всем всюду тяжко. Но ведь эти тяжести будут облегчаться сознанием, что среди нас живут те, которых мы называем учителями в разных областях жизни.
В.Гущик в своей статье о Куприне затронул жгучий вопрос, который не
раз встанет перед каждым человеком. Всегда ли мы бываем справедливы? Не бываем ли мы, по слову Пушкина, "к дбру и злу постыдно равнодушны"? Не обходим ли мы молчанием то, что должно бы вызывать самое сердечное суждение? В таком сердечном порыве все мы, несмотря на тяготы жизни, могли бы создать нашим старшим культурным творцам дни спокойные углубленной творческой работы. Не будем ожидать, пока будут построены целые институты, как было сделано для работы Павлова.
Не только широкие материальные возможности, но именно сердечность убережет от расточительности, которой когда-то кто-то устыдится.
Статья В.Гущика о Куприне заставит многих подумать о бережливости и сердечности. Видимо, сам автор статьи болел, приводя суждения и сердечные, и жесткие. Упаси Бог от этой жестокости, в которой тонет человечность!
Будем бережливы.
В.А.
Доверительно
30.IV.38
Родные мои Радн[а] и Амр[ида], и выразить не умею, как
тревожусь, как болит сердце именно за Вас обеих. Заболевание
Амридочки главным образом нервное, потому ей так важен полный покой. Конечно, и временное ослабление зрения тоже от общего состояния организма, потому чрезмерно беспокоиться не стоит. Кроме того, необходимо принять во внимание и воздействие необычных космических токов. Сейчас многие заболевания и недомогания следует отнести за счет этих космических воздействий. Изменятся токи, и недомогание пройдет. Мировые безумия усиляются от них и еще больше отравляют земную атмосферу. Потому так необходимо сейчас по мере сил хранить гармонию среди своего непосредственного окружения.
Юрий, Н.К., многие друзья наши и я сама замечаем яркие колебания в силе зрения и болезненные ощущения в глазах и во
всем организме. Эту ночь я посылала мысли моей Амридочке, и скоро начала ощущать довольно сильную боль и движение в аппендиксе, радовалась этому, ибо надеялась, что часть боли Амридочки была перенята мною. Амридочка писала, что самочувствие Радночки очень неважное и что ей нужна передышка. Родные, так остро чувствуем необходимость передышки для всех Вас. Именно, кажется иногда, что сердце не выдержит, зная все тягости друзей и ближайших, и переживаем колебания гигантской борьбы Сил Света с тьмою. Пусть сравнение с миллионами несчастных помогает Вам и нам осознать размеры происходящего Армагеддона. Какую страшную, непомерную тягость нужно сдвинуть! Кто понимает, куда несется Мир? Истинно, не видят люди даже ближайшего будущего, ибо все так смешалось и кружится в вихре грозного завершения Кармы. Страшные големы вновь ожили и идут, сокрушая все на своем пути. Не исчислить предательства и срама, творимых во всем мире! Подымаются отдельные голоса, называющие многие действия своими именами, но они тонут, не доходят до осознания масс, охваченных паникой безумного страха, который тем сильнее и вернее гонит их к гибели!
Родные, пусть доверие и любовь к В[еликому] Вл[адыке]
будут Вашим прочным якорем. Пусть нить сердца станет канатом. Только в этом спасение. Счастлива была узнать, что у Соф[ьи] Мих[айловны] есть племянник, у которого она может отдохнуть, пока выяснятся новые условия и возможности. Трудная полоса не будет так длительна, родные, - в этом знании следует черпать мужество для противостояния темным силам. Радночка права, что именно единение на основе Учения помогает нашим рижским друзьям преодолевать темные нападения. Многим среди них очень трудно живется, но они бодро переносят невзгоды и горе, ибо находят радость высшую в Учении и в приложении его к жизни. Не будем завидовать тем, кто в эти страшные времена в довольстве и безразличии проходят свой жизненный путь.
Жизнь земная мимолетна по сравнению с нашим пребыванием в Тонком Мире. Духовные устремления и радость, накопленные в сердце, соберут ту псих[ическую] энергию, которая необходима для пребывания в сферах высших.
Сейчас получила очень сердечное письмо от миссис Меррик. Прошу Зин[у] или Амр[иду] послать ей от меня книги "Decade" и "Messages" за все года и о Banner of Peace. Может быть, лучше, чтобы это сделала Амр[ида], ибо она знает ее и упоминает о ней в своем письме. Прошу сделать это Вас, родные, ибо думаю, что Франсис уже будет на своем турне, а кроме того, опасаюсь, что по своему обычаю она это забудет. Несомненно, она больна. Привожу Вам любопытные выдержки из письма Генр[иетты] Меррик в ответ на мое, в котором я разъяснила ей, что не одна только Франсис несет всю тягость, но и другие сотрудники и друзья. Назвала ей Ваши имена:
"У меня складывается впечатление, что Франсис Грант в основном несет нагрузку, как я полагаю, потому, что я вижу только ее и слышу о происходящем только от нее. К сожалению, я не видела миссис Кэмпбелл в этом году. Когда я спросила о ней, я узнала, что она была за городом. Прошлой весной я организовала публикацию некоторых писем, находящихся у Франсис, через человека, который мог поместить их в многочисленные газеты, но в то время адвокат Грант этого не хотел, так как казалось, что это могло осложнить ситуацию. Теперь этот человек за границей, и я не знаю, когда он вернется. Он мог прочесть заголовки... У меня нет сомнений, что связь между Х[оршем] и У[оллесом] - деловая. Действительно, я верю, что Вы еще увидите большие заголовки, не потратив и цента".*
Конечно, Франсис не писала нам, что предложение о письмах Гл[авы] исходило от Генр[иетты] Мерр[ик]. Знали ли Вы это обстоятельство? Если бы мы знали, что предложение исходит от Г.М[еррик], мы немедленно бы списались с нею, чтобы узнать
все подробности. Но, родные, Вы знаете, что Франс[ис] нам не пишет. Последнее письмо от нее, написанное по настоянию Мориса, ничего не прибавило к нашему осведомлению. Потому очень просим Вас как можно подробнее освещать нам все происходящее. Мы смотрим на Т[рудного] Ч[еловечка] как на опасно больного, и потому нужна большая осторожность с нею, чтобы она не стала враждебной открыто. Она многих встречает, и яд может распространиться далеко и глубоко. Очень прошу о всякой осторожности с нею.
Очень большой удар для нас и то, что Фл[орентина] не
может сейчас помочь со Школой. Будем надеяться, что по возвращении ее обстоятельства несколько прояснятся. Бедные и Фосд[ики], так тяжко думать, что пришлось им пережить! Но радуюсь тому, что Зин[а] пишет о них. Истинно радость, когда видишь понимание несения жизненного подвига, когда люди не ждут только успехов и спокойной жизни. Но все же мое сердце полно слез, когда думаю о всех несправедливостях, которые пришлось всем Вам, родные, пережить. Но твердо верю, что все, кто останутся верны Вел[икому] Вл[адыке] краткие оставшиеся годы, получат свою часть радости в сужденном будущем. Все силы Иерархии Света направлены туда, где происходит очищение и новое строительство.
Г.Мерр[ик] пишет о тяжком положении в ее стране и думает,
что мы не знаем этого. Но, увы, мы знаем больше, ибо не Сказано ли было, что страна избрала путь наитруднейший. Нельзя безнаказанно попирать светлые дары Вел[икой] Иерархии Света.
Родные и любимые мои, шлю Вам всю ласку, всю нежность и любовь моего сердца. Черпайте мужество из кн[иг] Учения. Что милая Эми? Прошу Амридочку поцеловать ее от меня. Как только смогу, напишу ей. Что наша Инге? Сердечный привет и ей.
Всеми думами с Вами, родные,
Е.Р.
7.V.38
Родные и любимые наши, получены Ваши две телеграммы о
новом совершенном предателями ограблении. Мера их злобы и кощунства, истинно, не имеет границ! Безумие несомненного одержания налицо. Не скрою, что самое тяжкое для нас, что, в то время как предатели кощунствуют над самым Священным, издеваются над всеми принципами чести и человеческого достоинства, общественное мнение безмолвствует. Неужели самоуважение просвещенных слоев общества так низко пало, что они не интересуются попранием и разрушением культурных ценностей? Неужели они не интересуются судом истории? Дело Дрейфуса* - тяжкий укор Франции в лице ее правительства, но все же укор этот был смягчен тем, что среди ее сынов нашлись два достойных представителя, вставших на защиту попранной справедливости и не убоявшихся ни суда, ни преследования. Потому имя Золя остается великим в памяти народа и на страницах истории культуры не только как писателя, но и как самоотверженного поборника Правды. Неужели достойные граждане Америки не возмутятся тем, что шайка грабителей, опираясь на влиятельную поддержку члена кабинета прав[ительства], может безнаказанно захватить и надругаться над общественным достоянием и ограбить духовно и физически целую группу людей? Не было еще случая в истории культуры ни одной страны, чтобы было допущено такое издевательство над общественным началом и такое ограбление. Сотни ценнейших произведений всемирно признанного художника и культурного деятеля, работа четверти века захвачена грабителями, чтобы, может быть, предать ее полному уничтожению! Идеи его искалечены, и мерзкая клевета потоком разливается и нашептывается этими истинными исчадиями ада! Но общественное мнение молчит, не требует восстановления
справедливости и даже не высказывает возмущения!
Вы, родные, знаете, что захватом Вашего имущества - shares, захватом Учреждений, ограблением целого Музея в
тысячу картин, захватом сотни произведений Святослава и его художественных коллекций предательство апостатов не закончилось. Вы знаете, что они наложили руку на самое священное. Они ограбили идеи, ограбили содержание манускриптов, еще не опубликованное, и выдают за свое слушающему и служащему им безумцу! Истинно, они ограбили самое Высокое. Неужели они думают, что это предательство не будет заклеймено и останется безнаказанным?! Нет, Высшая Справедливость действует Путями Неисповедимыми и настигает предателя в срок и час положенный.
Но кто эти судьи, принявшие тридцать сребреников? Имя
первого мы знаем. Но неужели тот из них, кто назвал фамилию преступного официального лица, убеждавшего его решить дело в пользу апостатов, не нашел в себе мужества сохранить свободу мнения? Ждем подробностей окончания позорного судоговорения. Все происходящее настолько кошмарно, что, право, кажется, что человечество вернулось к самым мрачным временам средневековья. Тогда тоже шайки бандитов собирались, и грабили, и насиловали лучших людей, но все же даже тогда находились люди-рыцари, которые понимали, что есть честь, и считали своим долгом вставать на защиту попранной справедливости. Но сейчас о таких рыцарях и не слышно. Не удивимся, если и приблизившиеся уклонятся от действий и выступлений в защиту и, может быть, дойдут до такого малодушия, что убоятся дать свою подпись под протестом против совершенного вандализма. Мы на все готовы, но великая скорбь живет в сердце, ибо мы верили в Америку, в ее общественное мнение.
На Ваши телеграммы, родные, мы не могли ответить, ибо что можем мы сказать и предложить, когда мы не знаем, остались ли у нас и около наших трудов - друзья?! Не были ли мы свидетелями за последние годы тяжкого непонимания и отступничества даже среди тех, на поддержку которых мы могли вполне рассчитывать? Вы знаете, родные, о всех уклонившихся. Да, тяжко сознавать, что Америка, в которую мы верили всем сердцем, выказала в отношении нас такую несправедливость, такую жестокость!
Тяжко представить себе, что так и не раздадутся
возмущенные голоса против закрытия Музея, против его разрушения. Неужели все те, кто писали, что восторгались и учились на этих замечательнейших произведениях искусства, не подымут голоса, чтобы воспрепятствовать разрушению? Неужели не найдется никого, кто указал бы на возмутительное лицемерие и обман Президента Музея и Учреждений, который при участии своего адвоката Эрнста собирал митинги протеста против захвата культурных учреждений и Музея со стороны receiver'ов, который лицемерно председательствовал на конгрессе Пакта по Охранению Культурных Ценностей, теперь же, когда явилась возможность, разрушил Учреждения и захватил все ценности в свои руки? Разве это не издевательство над общественным мнением? Неужели такое лицемерие, такая ложь, такой грабеж не должны быть заклеймены и широко оповещены?
Конечно, для продуктивных действий необходима
организация, ибо каждое выявление, каждое действие требуют сплоченности, согласованности и планомерности; именно, нужно ядро активных работников. В свое время мы надеялись, что такое ядро и такие работники найдутся и выйдут из Комитета Друзей, в который следовало широко привлекать и молодежь. Родные, неужели мы явимся свидетелями полной
импотентности и равнодушия культурного слоя страны? А между тем произведения искусства есть величайшее проявление человеческого гения. Лишь приобщением к искусству люди обретают человеческий облик. Люди, не понимающие и не
чувствующие потребности в искусстве, суть те, которых Вл[адыка] Будда называл двуногими. Никакие механические достижения не дадут духовного утончения или культуры. Можно быть цивилизованным двуногим и остаться духовным дикарем. Но утонченный культурный человек несет в себе и утонченную цивилизацию. Сама наука, когда она достигает высоты, является уже искусством. Когда-то Меритт хотел оповестить широко о происходящем вандализме, но почему-то защитники адвоката нашли, что тогда было рано. Но неужели кто-то и сейчас скажет, что еще время не пришло? Но не будет ли близоруким такое решение?
Конечно, как ни скорбим мы о разрушениях допущенных, все
же силы наши не сломлены. Пусть враг не думает, что он поверг нас. Нет, мы знаем, что победа в конечном итоге будет на нашей стороне. Мы знаем, что только исключительная некультурность нашего защитника, допустившая, что в деле не был выявлен фокус, именно к центральной фигуре, к великану были применены карликовые меры, дала временное торжество врагу. Конечно, родные, Вы знаете, что и единственное условие, Указанное Вел[иким] Вл[адыкой], тоже не было соблюдено. Потому сейчас мы просим тех наших сотрудников, которые еще с нами, помочь делу Вел[иких] Уч[ителей] и найти способ не заканчивать этого дела, ибо всем существом своим знаем, что наступит срок, когда мы сможем потребовать ответ за все предательства.
Родные, тверда и крепка вера наша в победу Света над
тьмою. Мы, имеющие столько доказательств вещественных и невещественных от Сил Света, мы, имеющие знание будущего и видящие, как встают на пути вехи, давно Указанные, мы, имевшие Указания о неслыханных предательствах, сердцем чуявшие о них, тем не менее должны были строить и продолжаем строить, видя отступничество бывших друзей, ибо не сказано ли в Учении Жизни: "Умейте спать с предателем в одном шатре". Жизнь сложна, и Карма переплетает многих людей, и как друзья, так и враги приближаются к очагу света. Но ненависть еще больше, чем дружба, связывает людей. Ненависть по силе своей может сравниться лишь с любовью. Иуда был притянут к Христу еще с давних времен, много веков был он среди преследователей и гонителей Вел[икого] Учителя. Вы уже знаете, родные, что чем больше дух, тем больше предательства около него. Неисчислимы предательства, совершавшиеся вокруг величайших Учителей человечества на протяжении всех Их жизненных подвигов. Сейчас записываю речения Вел[икого] Платона, который был так гоним и, наконец, продан в рабство! Анаксагор тоже знал Иуду и много лет находился в изгнании. Потому найдем мудрую радость в таком испитии чаши яда, ибо тем самым подымаемся по ступеням Лестницы Света.
Тяжка полоса протекающая, но и она пройдет. Сроки так
кратки. Явимся свидетелями, что нельзя безнаказанно попирать все Высшие Понятия. Карма очищения творит свой отбор. Будем среди тех, родные, кто до конца претерпят, кто останется во всех условиях верен Великому Завету. Но не будем скрывать от себя, что лишь испытанные и сильные духи смогут выдержать огненное крещение. Много будет устрашившихся и пожалевших о своем приближении к Свету. Но эти безумцы поймут свою слепоту, может быть, тогда, когда будет уже поздно. Сами мы собираем необходимые энергии, чтобы противостать космическим вихрям, как в земной жизни, так и в Тонком Мире. Без запаса светлой энергии, без помощи Владык Света куда придем, куда подымемся? Потому будем ежечасно помнить с признательностью об Указанном пути приближения и восхождения и данной нам возможности накопить для этого необходимую энергию. Родные мои, как тяжко, что знаем многое, [но] все же не могу доверить ни бумаге, ни пространству, ибо все раньше времени выданное становится достоянием сил темных. Кроме того, разве наш "цивилизованный" век не имеет своих инквизиторов, которые
если и не сжигают за такое знание на костре, но все же этим зрячим уготовано ими судебное преследование. И вот, как алхимикам древности, приходится записывать знания в символах, чтобы они не были поняты подобными инквизиторами, но в то же время не пропали бы для будущих, более просвещенных, поколений, которые будут знать о ценности мощной психической энергии. Родные мои, не будем слишком скорбить, но приложим мужественные и согласные действия, чтобы вызвать общественное мнение к протесту. Дружно начнем обсуждать лучшие к тому меры.
Познаем своих истинных друзей! Всем сердцем, всеми думами
с Вами, родные!
Ел.Р.
Доверительно
7.V.38
Родные мои Радн[а], Амр[ида] и Морис, сейчас пришло
письмо Зин[ы] от 20-го и 21-го апр[еля] о посещении адв[оката] См[ита]. Считаем, правильно было сказано, что именно сотрудники хотят иметь добавочных trustees и даже из числа культурных bondholder'ов; настаиваю на культурных, ибо нельзя, чтобы какой-то овощной торговец распоряжался и ведал просветительными учреждениями. Больше того, мы готовы предоставить bondholder'ам все управление Домом и оставить за собою лишь право заведовать просветительными Учреждениями. Мы не имеем никаких притязаний на Дом, кроме права пользования теми помещениями, которые необходимы для просветительской деятельности. Между прочим, интересно, откуда См[ит] слышал, что в 40-ом году Дом перейдет в руки bondholder'ов? Неужели кто-то допускает, что Х[орш] допустит это и не найдет возможности купить этот Дом по сниженной цене у тех же бондхольдеров? Разве он не имеет такого ловкого адв[оката], как Эрнст?
Теперь, надеюсь, родные мои, что этому новому человеку
было ярко показано, какую культурную величину представляет собою Н.К. Совершенно необходимо, чтобы это обстоятельство твердо запечатлелось в мозгу всех защитников. Именно, нужно ярко обрисовать фигуру Н.К. и ничего не забыть из имеющихся asset'ов. Следует перечислить и переслать ему все монографии, библиографический памфлет, все "Messages", "Decade", все конгрессы и всю работу по Пакту. Именно подчеркните, что нет сейчас такого современного художника и культурного деятеля­мыслителя, о котором столько бы писалось во всех странах, как Н.К. Напомните имена высокопросвещенных деятелей и официальных представителей стран, откликнувшихся на его юбилеи. Ведь и сейчас, помимо двух монографий, уже печатающихся на русском и англ[ийском] яз[ыках], пишутся одна англ[ийским] писателем, другая - швейцарским, известным биографом. Печатается и сборник приветствий последнего прибалтийского конгресса по случаю юбилея. Все эти издания, да еще в такие тяжкие времена, конечно, свидетельствуют об исключительной значительности личности художника. Укажите, какие статьи и блестящие отзывы были и в самой Америке. Ведь книга собранных Морисом отзывов весьма внушительна. Также и здесь, в Индии, печатаются сотни его статей в многочисленных periodicals, и просвещенные индусы высоко чтут его творчество во всех областях жизни. Вы знаете, какие чудесные эпитеты сопровождают его имя. Вспомним то количество обществ его имени, которые распространены по всему Миру. Разве все это не свидетельствует о Личности? Неужели все эти достижения ничто, начиная с России, где он носил высшее звание академика, даваемое за особые заслуги, как в области научной, так и художества. Причем титул академика вовсе не значит студент
Академии, как это старались доказать враги, пользуясь незнанием судей, но в России оно было высшим званием. Укажите на его многолетнюю деятельность как директора Школы Поощрения Художеств, находившейся под непосредственным покровительством Государя Имп[ератора] и всей Имп[ераторской] семьи и имевшей более двух тысяч учеников. Процветание этой исключительной Школы, имевшей пять отделений и свой Музей, доказывает организаторский талант ее водителя. Итак, соберите, родные, все asset'ы. Ибо, как Сказано: "Нельзя прилагать карликовые мерки к великану". Если начать судить только на основании подложных бумажек, а также на выманивании мошенником, состоявшим доверенным, под фальшивыми причинами подписей, то, конечно, никакой справедливости ожидать нельзя. Именно, не забудьте подчеркнуть то обстоятельство, что Х[орш] был полным доверенным нашим и что, находясь за тысячи верст в пустыне, мы не могли оградить себя от его хитро удуманных мошенничеств. Родные, необходимо это повторять людям, и особенно настоятельно нужно делать это с новыми лицами. Я даже советовала бы выписать все asset'ы на отдельном листе, чтобы защитник мог всегда иметь их перед глазами. Думаю, что Вы найдете еще многое, что добавить к листу - и всякие печатные награждения, и избрания.
Потому, родные, если судьи положат на чашу весов всю известность Н.К., все его труды по просвещению и, наконец, его безупречную репутацию, которой он пользовался в России и среди выдающихся культурных слоев, а на другую - stending Х[орша] с его жульническими проделками, с его возмутительнейшим breach of trust, то, мне кажется, только слепой не увидит всей несправедливости, всей гнусности, творимой предателями. Неужели бумажки, в большинстве случаев поддельные, подтасованные и выманенные под фальшивыми предлогами (векселя) и тут же аннулированные, но теперь вновь появившиеся, после того как было заявлено при свидетелях об уничтожении их (векселя), могут перевесить все показания уважаемых лиц? Причем все эти подписи бумажек были сделаны по принуждению, под фальшивым предлогом, накануне дня отъезда в Индию, чтобы тем самым лучше подставить ловушку и не дать возможности выбора. Вы помните, родные, как на возмущенный протест Зиночки Х[орш]. должен был выдать имеющееся у Вас письмо, которое должно было аннулировать всю задуманную им подлость, причем, он сказал, что все векселя им уничтожены? Неужели же суд, как представитель высшей справедливости,
не руководствуется нравственным кодексом и уровнем судящихся или судимых? Ведь, в таком случае, преимущество или право всегда будет на стороне опытного мошенника! Ведь каждый человек неизбежно судит о людях более или менее по себе, потому естественно, что честный человек не может представить себе всей бездны гнусности и никогда не сможет оградиться от хитросплетенных мошеннических проделок, в данном случае, еще от человека, имевшего нашу полную доверенность и который на протяжении тринадцати лет чуть ли не в каждом письме и докладе клялся в своей преданности и в том, что он всем обязан Н.К., и прочее, и прочее. Все это необходимо пояснить новому адвокату, чтоб у него составилась яркая картина многолетнего и хитро обдуманного преступления.
Также скажите адвокату, что, конечно, противники сильны
тем, что у них имеется страна, тогда как мы сейчас не имеем такой защиты. Но страна наша воскресает. Также укажите, что все это чудовищное ограбление, захват произведений художника, его труда почти за четверть века будет ярко отмечен в истории культуры народов, и если не сейчас, то через несколько лет. Истинно, страна наша воскресает, и в свое время она скажет и найдет подходящие слова, чтобы заклеймить предателей. У нас два талантливейших сына. Неужели кто-то по близорукости думает, что они не встанут на защиту, когда они будут во всеоружии, когда явится возможность! Не скрывайте от
адв[оката] и действий Глина. Скажите, что Глин был другом Франсис и имел с нею дружественную переписку. Но после того, как апостаты проникли, благодаря Франсис и мне к Глину, они сплели свою очередную клевету, после которой отношение его к Франсис резко изменилось, и, так как я встала на защиту Франсис, злоба их и Глина, их послушной марионетки, обратилась и на нас, и переписка моя с ним пришла к концу. Ничего не скрывайте. Именно, предатель пользуется сейчас Глином как своим демми. Можно было бы запросить этого безумца, долго ли он будет пребывать в этом почетном положении? Родные, прошу Вас, поймите сердцем, почему сейчас говорю только о центральной фигуре. Ибо Сказано, что необходимо создать мощный центр, и тогда приложится все остальное. Указано, что ошибка Франсис в ее переговорах с известными адвокатами и была в том, что, как всегда, она не сумела ярко обрисовать личность Н.К. и тем не создалось фокуса для интересного дела. Конечно, пишу это доверительно и прошу не говорить ей об этом Указании, иначе получите нового опаснейшего врага. Она больна, это несомненно, и от больного трудно ожидать разумных действий. Будьте с нею крайне осторожны.
Также, родные, следует понять, что из того, что какие-то судьи или адвокаты не знают о деятельности и значении личности Н.К., то, значит, и другие ничего не знают. Попробуйте спросить у таких судей и адвокатов имена выдающихся современных художников, ученых или даже политических деятелей во многих странах, и они не смогут этого сделать. Специализация, особенно проводимая в англосаксонских странах, лишает широкого образования и необходимого для правильного мировоззрения синтеза.
Вы уже имеете беседу о необходимости путешествий и
широкого разностороннего образования именно для судей, этих вершителей судеб множества людей. Самое гнусное проявление нашей убогой культурности - это невежественный судья. Итак, судья должен быть самым просвещенным гражданином своей страны.
Теперь, родная Зин[а], прошу передать мою признательность кн. К. за оказанную помощь. Особенно ценно мне, что эта помощь пришла от соотечественника, и даже от дальнего родственника. Зиночка может показать ему мой портрет. Хотелось бы чем-то отблагодарить его, но не знаю как. Во всяком случае, Зин[а] не забудет передать ему мою сердечную благодарность и такой же привет.
Гребенщиков продолжает писать двусмысленные инсинуации и твердить что-то туманное о действии Высшей Справедливости. Именно, он видит Высшую Справедливость в разрушении культурных начинаний!!! Но как во время визной эпопеи я на
все нападки и неудачи говорила, что посмеется хорошо тот, кто посмеется последним, так утверждаю и сейчас. Потому, родные мои, с новым мужеством и более широким пониманием значения личности Н.К., не говоря уже о памятовании, за что мы сражаемся и какое мощное Воинство в срок утвердит яркую победу, вступим в новую фазу битвы. Очень тороплюсь, чтобы письмо попало в эту почту. Родные, шлю Вам всю любовь, всю веру в Вас.
Сердцем и мыслями с Вами,
Е.Р.
3.IX.38
Родные наши Радночка и Амридочка, письма от 13-го
авг[уста] подтвердили то, что было уже известно нам. Очень тосковал дух мой, чуя отказ С. Конечно, очень мало надежды было на то, чтобы В. принял участие в деле, от которого
отказался С. Кроме того, всем им ясно, насколько угробила это дело бездарнейшая защита. Воображаю, как ликовали предатели, видя, как наш защитник усердно работал на их мельницу. И подумать только, сколько раз представлялась возможность освободиться от него!
Родные наши, конечно, понимаем и знаем все трудности, все сложности, при которых приходилось действовать и работать. Но теперь, как и раньше, все Советы и Указания направлены к тому, чтобы протянуть дело на два года. Посоветуйтесь со Сн., как этого достичь. Все же ему мы можем больше доверять, нежели другим.
Радовалась, что Зиночка так бодро принялась за новое строительство. Если удастся создать мало-мальски дружественную атмосферу сотрудничества, то успех Школы несомненен. Все слагается лишь на сотрудничестве. Сам Космос держится лишь сотрудничеством всех своих частей. Правильно передать в Музей Ест[ественной] Ист[ории] коллекции птиц, шкур и растений. Но очень просим сохранить file'сы Ур[усвати].
Получили ряд clippings с воспроизведением особо
восхваляемых картин, выставленных в новом америк[анском] музее. Историки говорят, что уровень сознания и характер народа, так же как и прогноз грядущей его ступени в историческом ходе развития страны, можно безошибочно устанавливать по его искусству в то или иное переживаемое им время. Так, присланные clipping'сы о новом американском музее с воспроизведением картин свидетельствуют, что страна приближается к новой ступени. Это все те же полу­футуристические картины, которые появлялись в изобилии в России перед революцией. Тогда я их называла "клише низших сфер Астрального плана". Именно эти сферы и вдохновляют изобразителей подобных картин. Как вспоминаются слова одного Мыслителя, сказавшего еще в 23-ем году, что многое должно быть изменено в Ам[ерике] до благополучного конца и что первая черная птица прилетит в 29-ом году.
Сейчас читаю книгу Алек[сиса] Карреля "Man, the unknown". Немало правильных мыслей высказано им о причинах дегенерации нашего человечества. Но все эти отдельные голоса мало чему помогут, ибо Карма многих стран настолько обозначилась, что остановить их крушение могли бы лишь широкие объединенные усилия всего населения. Но разве это достижимо при том падении морального уровня, которое достигло такого разложения на большей части планеты? Но, по счастью для человечества, сейчас замечается пробуждение огня духа, откуда меньше всего ожидают его. Впрочем, вернее было бы сказать, откуда ни о чем не хотят ни видеть, ни слышать, ни знать. Как пишут выдающиеся мыслители, чем больше изучаешь ход прошлых и настоящих исторических событий, тем яснее становится, что поверх человеческой логики, предположений, планов и действий какая-то невидимая и неуловимая Сила направляет события к непредвидимому и неожиданному решению. Эта невидимая Сила есть закон Кармы, за которым стоят Те, Кто могут облегчить и даже ускорить рок, ибо Они уже не могут ошибаться.
Итак, общественное мнение и протест Америки против совершенного вандализма выразился в нескольких частных письмах друзей и в двух-трех слабых соболезнованиях в прессе о снятии картин, о которых еще не так давно столько писалось и говорилось таких звонких формул! Особенно характерна статейка г-жи Пинчон. Если таковы защитники, то что можно ожидать от противников? Так, г-жа П[инчон], соболезнуя о закрытии Музея, в то же время приводит глубоко невежественное изречение какого-то писателя; смысл этого речения в том, что следует приветствовать, когда картины, приносившие радость своим современникам, уничтожаются или обращаются с течением времени в пыль..., тем самым предоставляя место другим... (!!!), при этом эта служительница искусства тут же добавляет,
что, в конце концов, может быть, этот писатель и прав (?!). Разве не характерна такая двойственность мышления для нашего времени! Никто не имеет смелости и благородства твердо высказать свое мнение и придержаться его. Каждый хочет оставить себе какую-то лазейку в другую сторону. Так и все страны запутались сейчас в неслыханных компромиссах, допущенных двойственностью в мышлении и действиях. Эта двойственность и есть болезнь века, близкая, вернее, сестра спекуляции, и она во всех случаях губительна. Удивительно ли после этого, что Знамя об Охранении Сокровищ человеческого гения нашло так мало поддержки в сознании и действиях современников!
Не скрою, что меня сильно тревожит здоровье Н.К.
Последние удары очень отразились на нем. Он все время недомогает нервным расстройством пищеварения, что очень изнурительно. От нервного напряжения воспалились все слизистые оболочки и получаются самые неожиданные сочетания болей. Вел[икий] Вл[адыка] очень обеспокоен его самочувствием. Только полный невежда не может представить себе, что значит явиться свидетелем разрушения и уничтожения своего долголетнего творчества! Именно уничтожения, ибо кто станет на защиту этих произведений искусства, которые, когда наступит срок, будут разыскиваться и рассматриваться как сокровище страны и всего человечества. Ведь такое неслыханное злодеяние, проведение такого вандализма без всякого протеста со стороны общественного мнения невозможно было бы ни в одной европейской стране! Но это стало возможно в Америке, в стране, о которой Н.К. так прекрасно писал и так утверждал. Что же это значит? Именно, что огонь духа покинул страну, и только тени бродят или пляшут в судорогах, в безумии своем, не видя грозных предвестников бури. Именно, "страна избрала путь труднейший"! Как Сказано: "Благие Лучи отлетели от страны, и она предоставлена своей Карме". Обратите внимание, какое жалкое существование влачит и "Temple Art[isan]". Вот уже года три, как они пишут о необходимости нового издания замечательной книги "Teachings of the Temple", но до сих пор по подписке они получили, как сами об этом извещают, всего три доллара! Разве не знамение это того, что благие Лучи не сопутствуют больше стране, которая так жестоко, несправедливо поступила со всеми вестниками. Вспомним, что и Е.П.Бл[аватская] должна была уехать из Америки, и в основанном ею Ам[ериканском] Теос[офическом] Общ[естве] остался только один верный страж - Джадж. Немало лет праздновал он одиноко годовщину основания Теос[офического] Общ[ества] в Америке! История повторяется.
Родные наши Радночка и Амридочка, крепко держитесь друг друга. Кому можем сказать о страшной боли в сердце, кому можем поведать скорбь о разрушенном прекрасном строительстве и задержанных в силу этого сроках? Родные, найдите понимание труднейшего времени, нами переживаемого, найдите всю тонкость душевную, чтобы поддержать друг друга и ничем не осудить. Через два года, может быть, даже немного раньше многое изменится. Вот почему нам так важно дотянуть дела до этого срока. Мы ждем одного обстоятельства, которое поможет нам возобновить дело по новым каналам, не отягощая наших друзей. Прошу Вас, храните это для себя и никому не говорите об этом. Лишь защитников просите растянуть дело на два года, в крайнем случае, можно сказать, что могут подойти новые суммы. Конечно, Пл[аут] ни в каких комбинациях будущего не может участвовать.
Рада была получить последнюю карточку нашего Верного
Стража. Очень нам всем понравилось выражение глаз. Думающая и много испытавшая душа светится во взоре. Да, только борьба за истину и страдания помогают и обогащают нашу душу.
Хочу закончить письмо на беседе о радости. "Ур[усвати]
знает, насколько существенна радость бытия. Она не только
лучшее целебное средство, но и прекрасный пособник общения с Нами. Откуда же возникает это бодрое чувство, которое зовем радостью бытия? Почему такая радость не обусловлена богатством или самодовольством? Она может возникать среди самых тяжких трудностей и гонений. Среди напряжений такая радость особенно ценна и целительна. Мы называем ее радостью бытия, ибо она не зависит от личных обстоятельств, удач и выгод. Она проявляется как предвестница наивысших токов, которые одухотворят всю окружающую атмосферу, иначе не будет причины к такой радости. Можно ли ожидать радости среди болезни, среди несправедливости, среди оскорблений? Но и в таких обстоятельствах иногда могут загореться глаза, может приподняться поникнутая голова и нахлынуть новые силы. Человек начнет радоваться жизни, может быть, не своей земной, но реальному бытию. Какие сильные мысли придут к человеку, который восчувствовал радость бытия! Около него очистится атмосфера, и даже окружающие почувствуют облегчение, и Мы издалека улыбнемся и одобрим улучшенный провод. Мы даже будем признательны, ибо каждая бережливость энергии уже есть благо. Каждый, кто намеревается преуспеть, должен помнить о
радости бытия. Каждый, кто хочет приобщиться к лучшим токам, пусть помнит, каким путем он приблизится к Нам. Не нужно выдумывать особо научные причины к такой радости, она приходит через сердце, но остается вполне реальной. Среди нее и Зовы скорее донесутся. Мыслитель иногда собирал учеников на беседу, которую называл Пиром Радости. Тогда подавались лишь ключевая вода и хлеб. Мыслитель говорил: "Не запятнаем
радость вином и роскошью пищи, радость превыше всего".
Так и мы, родные, знаем, что для сознания, понимающего смысл бытия, нет ничего выше радости исполненного долга и приобщения к бытию реальному. Когда дух может оторваться от очередных тягостей, радость подвигу наполняет нас. Чаще призывайте эту радость.
Родные наши, храните здоровье и единение. Что Инге, давно
не имеем вестей о ней? Что Эми, каково самочувствие ее мужа? Бедняжка, что ей приходится переживать. Пусть Амридочка пошлет ей мою ласку. Часто думаем о всех милых сердцу друзьях и шлем им сердечные посылки. Надеюсь, что С[офья] Мих[айловна] найдет мужество перенести происшедшее. Столько было Показано в дни приближения предателей. Пусть вспомнит все Сказанное. О Радости можно послать милому Джину. Часто думаю о чудесном сердце этих братьев. Родные, обнимаю Вас и шлю всю любовь мою. Храните здоровье и устремляйтесь в будущее. Пройдут тяжкие времена, и наступят новые чудесные часы! Читайте книги Учения и вдумывайтесь глубже во все сказанное. Усмотрите, как в 31-ом году утверждалась Иерархия, ибо именно тогда происходило самое страшное выполнение задуманного предателем плана. Все сказанное, как постоянно указывалось, относилось к самому близкому. Сколько раз говорилось - ищите ближе. Шлю мужество и мудрую радость.
З[ине] и Амр[иде]
10.XII.38
Родные и любимые наши, Ваша последняя весть об отказе в Олб[ани(?)], хотя и давно ожидалась нами, ведь внезапный отказ Пл[аута] уже явился первым указателем, все же названная цифра очень тяжко потрясла нас. Боль вынужденного сейчас возложения на друзей неимоверно тяжка. И если бы не краткость сроков, то сердце не выдержало бы всего напряжения. Н.К. работает не покладая рук, и действует во всех направлениях, именно, делает все, что в силах человеческих. Он пишет все свои соображения, потому не буду повторять их, ибо всецело
присоединяюсь ко всему им сказанному.
Темные, зная, что новая ступень принесет им большие неожиданности, напрягли все силы, чтобы окончательно разъединить всех и все уничтожить. Но, несмотря на все, в душе моей таится надежда, что друзья не отойдут и дотянут до срока. Как всегда бывает на пределе нового достижения, все язвы скопились, препятствия нагромоздились со всех сторон и как бы закрыли весь горизонт, чтобы повергнуть в отчаяние и тем пресечь путь сужденный. Но не учли темные, что наша решимость есть решимость до конца, и, благодаря Щиту Света, никакие тучи не могут заслонить цели. Никакие нашептывающие и смущающие голоса не могут поколебать нас.
Мы знаем свой путь, знаем о тактике адверза и в полном доверии продолжим его.
Сейчас подвижки так близки, только бы здоровье охранить.
Н.К. очень осунулся, каждое волнение тяжко сказывается на особом чувствительном месте его организма, именно желудке. Как было Сказано: "Главная забота врага уничтожить вас". Но не дадим ему этой радости, соберем все силы духа и поддержим силы физические. Храните и Вы, родные, свое здоровье. Знаю, как это нелегко, но, насколько возможно, не допускайте раздражения и избегайте простуды. В минуты уныния полезно представить себе все ужасы и страдания, которые претерпевают сейчас миллионы людей. Армагеддон в полном разгаре, и, как
всегда, слепцы только усиляют следствия непонятых ими причин. Конечно, сейчас уже нет сил человеческих остановить вековую Карму, шар событий катится вниз и в падении своем по закону физики ускоряет бег свой.
Как мучительно хотелось бы мне облегчить Ваши тяготы,
родные наши!! Вы знаете, что продолжение, вернее, протягновение борьбы нужно для всего плана, и дело манускриптов должно продолжаться, но очень, очень просим растягивать его елико возможно, чтобы новая ступень успела подойти и утвердиться, пока дело еще не закончилось безвозвратно.
Теперь об издательстве кн[иг] Агни-Йоги. Ввиду всех трудностей с разными легальностями, на которые указывал майор Ст[оу], считаем лучше всего печатать книги так, как мы делали это с первыми книгами "Листов С[ада] М[ории]", взяв copyright на мое имя. Причем, составьте свой внутренний комитет, в который будут входить Зина и Мор[ис] (если он будет в Нью­Йорке), Катрин, Святослав, Инге и Дедлей. Конечно, родные, не собираюсь чрезмерно отягощать Вас издательством, но хотелось бы видеть напечатанным хотя бы "Аум". О выходе дальнейших
книг можно будет думать, когда "Аум" и другие остающиеся
книги разойдутся настолько, что соберется необходимая сумма. Из письма Зиночки я не поняла, что придется платить проф. У[иду] за его просмотр перевода "Аум". Я думала, что он предложил это сделать из почитания ко всему, что исходит от В[еликого] Вл[адыки]. Потому нужно очень условиться с ним относительно размера вознаграждения и не связывать себя с ним никакими обязательствами для дальнейших переводов. Сначала нужно убедиться, насколько удачна будет его обработка имеющегося перевода. У меня имеются переводы "Агни-Йоги" и "Иерархии", обработанные литературно одним английским поэтом, но он настолько прибавил отсебятины, что местами совершенно исказил смысл. Так, и переводы г-на Гартнера не на высоте. Конлан пишет, что переводы статей Н.К., сделанные Гартнером, совершенно неприемлемы для английского читателя. Вероятно, он нашел бы и перевод "Аум", сделанный Гартнером, недопустимым. Должна сказать, что я отдаю полную дань изумительной способности г[-на] Гартнера без грамматического изучения языка и в такой краткий срок настолько овладеть чуждым языком, чтобы перевести труднейшие книги, но все же в его переводе много искажений смысла и шероховатых оборотов даже на мое ухо. Ввиду того, что г[-н] Гартнер не разрешает
никому, кроме меня, изменять его перевод, то нам придется воспользоваться обработкою, сделанною Франсис, и дать исправленную ею копию проф. У[иду]. Для будущих возможностей у Вас имеется наш перевод первой части "Мира Огн[енного]", исправленный уже Франс[ис], и сейчас я нашла у себя наш перевод второй части, который по просмотре тоже перешлю Вам. Имеется еще у меня "Беспредельность", начисто переписанная и просмотренная Франсис. Также и не просмотренные еще ею "Новая Эра", или "Община", и вторая часть "Л[истов] С[ада] М[ории]". Таким образом, мы сможем обойтись без переводов г[-на] Гартнера, раз он не разрешает обрабатывать их. Вот еще пример одностороннего сотрудничества, которое оканчивается лишь непродуктивной затратой энергии.
Сейчас получили знаменательное письмо из Парижа, привожу выдержку: "Думаю, что в средние века не мог бы случиться
такой потрясающий факт, как тот, что имел место третьего дня на конгрессе обществ Красного Креста... На заседании был поднят сначала вопрос о помощи детям, находящимся в концлагерях Германии, главным образом, о доставке молока для младенцев. Германский делегат заявил "протест" и развил мысль, что Красный Крест создан для помощи человеческим существам, а эти дети таковыми почитаться не могут, и чем скорее они подохнут, тем лучше. Председатель Красного Креста пробовал смягчить впечатление, но это не помешало нескольким делегатам резко высказать свое мнение. Затем была речь о помощи китайскому населению, пострадавшему от нашествия. Тут заявил протест японский делегат, который поддержал перед тем германского делегата и был теперь поддержан им! Невозможность достигнуть требуемого согласия имела последствием то, что вопрос остался открытым, а теперь он и вовсе снят с обсуждения. Итальянский Крест вообще отказался принять участие в работах съезда...". Таким образом, Международный Красный Крест, этот символ милосердия, из-за разъединения среди делегатов предоставил сотням тысяч людей гибнуть в невыразимых страданиях, и чем скорее, тем, конечно, лучше. Еще одна позорная страница в истории Культуры двадцатого века! Вообще безумие злобы и ненависти не знает границ, и вакханалия Германии против евреев скоро примет те же размеры, что и в революциях бунты черни против так называемых буржуев. Пока что еще не слышно о пытках, вероятно, и до этого дойдет. Это уже своего рода патологическая эпидемия, и как все психические эпидемии страшно заразительны и растут в прогрессии, потому можно ожидать неслыханных событий в недалеком будущем. Массы всюду волнуются, и во что выльются эти волнения, искусно подстрекаемые, трудно сейчас точно формулировать, но перевороты несомненны всюду. Истинно, Армагеддон ужасен, и мы часто вспоминаем записанное нами пророчество еще в 22-ом году, что скоро Новая Страна будет лучшим местом для жизни, - так оно и будет. Также не забываем и древнее пророчество, что судьбы евреев связаны с пророком Ам[осом]. Поднявшие руку на пророка осуждены будут. Вообще, полезно перечитывать древние пророчества и указания; происходящие события уяснили многое, что было затемнено. Пришлю Вам также пророчество, сделанное нашим замечательным писателем и критиком Белинским, но в другой раз. Сейчас оно ходит по рукам, все им зачитываются и поражаются этому провидению. Также и Карма Чехословакии примечательна. Бумеранг Кармы ударил ее в самый, казалось бы, счастливый час. Чем глубже по своему значению предательство, тем грознее Карма, его постигающая.
Привожу параграф из книги:
"Ур[усвати] знает многие сроки. Людям может быть
удивительно, что за десять лет указаны события в Китае, Испании, и во многих других странах указаны эволюции и инволюции. Нужно вспомнить, как иногда указы даны в символах, - так, чтобы указать на огрубение Герм[ании], даны картины их
Тридцатилетней войны.
Могут спросить: почему некоторые предвидения посылаются в определенной форме, тогда как другие лишь в символах? Причин тому много. Могут быть кармические условия или вторжения свободной воли. Можно удержать народ от грубости, но неправильно понятая свободная воля может лишь усугубить мрачное сознание.
Также могут спросить: как можно увидеть заблаговременно земные события, точно бы они уже произошли в Тонком Мире? Не лишено основания такое предположение. Поистине, много складывается в Беспредельности, но из этого не следует судить, что деяния земные - лишь тени уже бывшего в Тонком Мире. Нельзя найти земных слов, чтобы выразить координацию событий на разных планах. Много волн пространственных делают общими дела космические. Врач по зачатку болезни может судить о ее развитии, но прежде рокового конца могут быть применены различные средства. Так и в событиях размеры их могут зависеть от многих воздействий. Наше воздействие будет всегда направлено к пользе, но эти следствия нужно уметь рассмотреть. При известной наблюдательности можно убедиться, что многие события укладываются как-то нежданно. Не следует ли предположить, что имеется Рука Направляющая?
Мыслитель часто стремился приучить учеников к возможности неожиданных решений, не зависящих от человеческих рассуждений".
Так и в нашем случае, родные, будут решения, не зависящие
от человеческих соображений. Руки темные не дотянутся, если удержимся вместе. Будем ценить каждый Совет, каждое Указание, не позволим больше смутить сознание. Пусть Пл[аут] и присные с ним отойдут в прошлое, начнем новое строительство, основанное на доверии.
Спасибо от всего сердца Амр[иде] за ее великодушную
помощь.
Именно, трогательно все, что пишет Зиночка об Амридочке и Дедлее. Милые, милые наши, держитесь вместе. Ведь Ваше единение - наша радость. Ничего нет радостнее и прекраснее, как костер горящих близких сердец. Родные наши, обнимаю Вас одним общим объятием. Не знаю, как выразить Вам признательность за Вашу стойкость и самоотверженную помощь. С волнением ожидаем вести, как примут решение суда Фл[орентина] и Стоу! Друзья познаются именно в самую тяжкую минуту. Да будет благословение В[еликого] Вл[адыки] над Вами.
Родная моя Зиночка, посылаем лучшие мысли к новому строительству. Осторожными касаниями можно установить прекрасный духовный контакт с учениками. Молодежь должна звучать на тончайшие струны сердца. Книги Учения дают такой прекрасный подход. Неужели только Балларды могут привлекать множества? К следующему письму приложу собеседования, касающиеся лжевозглашателей.
Шлю Вам, родные, всю нежность свою, всю веру в Вас.
Близки сроки.
Сердцем с Вами,
Е.Р.
Naggar, Kulu, Pundjab, Br. India
Родная моя Зиночка, доверительное письмо от 19-го
нояб[ря] явилось лучом радости. Что может быть прекраснее объединения близких сердец, горящих одним устремлением к Учению и Вел[икому] Вл[адыке]? Такой союз будет основан на прочном основании.
Итак, мы можем еще раз убедиться, что когда мы всем
сердцем служим Вел[икому] Вл[адыке], то даже в самое тяжкое время можно иметь высокую радость.
Родная моя, от всего сердца радуюсь, что наш милый Верный
Страж не будет в одиночестве, но верное сердце поддержит и согреет в трудные минуты.
Прошу передать милому Дедлею, что я верю в его чудесное сердце. Знаю, что те знаки, которые я прочла на его карточке, не обманут и его большое сердце даст счастье моей любимой Зиночке. И сам он получает редчайший дар верного сердца. Любимые, обнимаю Вас обоих, любите друг друга и помните в каждом дыхании Вашем о том Великом Сердце, которое знает, как и когда послать радость.
Сохраните нерушимыми Ваше горение и преданность
строительству под Щитом Света. Скорее скорого надвигаются события. Много перемен принесут они, но преданные стражи первыми услышат и усмотрят знаки предупреждающие, потому и будут охранены.
Родные, читайте Учение, на многое глаза раскроются. Думаю выслать Вам имеющиеся у меня английские переводы кн[иг] Учения. Зиночка совместно с Дедлеем может просмотреть правильность перевода. Необходимо, чтобы Дедлей знал все кн[иги] Учения.
Радуюсь и за С[офью] Мих[айловну], сердце ее успокоится,
ибо Зиночка будет окружена верною заботою. А там придет и еще радость.
Если Зин[е] не трудно, то, конечно, хотела бы знать
некоторые подробности ее разрыва с Ав[ирахом]. Мне так трудно ему писать. Вероятно, кроме его недостойного отношения к делам В[еликого] Вл[адыки], имеется еще нечто, о чем Зиночка умалчивала? Знаю, как В[еликий] Вл[адыка] скорбит, видя все творимое Модр[ой] и непонимание Ав[ираха]. Но и это переживем.
Теперь ответы на вопрос Зиночки. Сенека и Платон - единая Индивидуальность. Можно видеть, как велико самоотвержение Высочайших Духов, не останавливавшихся перед частыми проявлениями, - лишь бы продвинуть эволюцию человечества. Об унаследовании Луча Будды напишу в общем письме.
А теперь еще раз обнимаю Вас и шлю лучи сердца, сильно любящего преданных стражей.
Духом и сердцем,
Е.Р.
Н.К. присоединяется к моей радости.
21.I.39
Родные и любимые, давно не писала Вам, нужно было дать некоторый покой сердцу. Ведь я не могу писать безразличных писем, и потому каждое мое писание уносит много сердечной энергии. Чую, как и Вам, родные, нелегко. Вот и Зиночка жалуется на сильные боли в желудке, которые, по моему мнению, могут быть отражением напряжения солнечного сплетения. Сейчас особенно много страдающих этими болями, и обычно начинают подозревать наличность язвы, но снимки рентгеновскими лучами, в большинстве случаев, не обнаруживают ни опухоли, ни язв, ни прочих грозных симптомов. Потому теперь многие врачи относят эти боли к так называемой "аэрофагии". Новое название, вероятно, для старой болезни, которую не умели раньше распознать, но которая сейчас участилась. Аэрофагия означает поглощение воздуха. Когда воздух в значительном количестве попадает в желудок, то возникают многочисленные болезненные симптомы. Приложу к письму выписку из "Новостей медицины" об этом заболевании.
Очень прошу Зиночку беречься и спросить врача по нервным болезням, не нужно ли ей принимать тинктуру нукс-вомика, она дается для уравновесия и укрепления нервной системы и при желудочных расстройствах. Я принимаю ее по 15-ти капель два
раза в день за едою. Принимать ее нужно продолжительное время, не менее шести недель или двух месяцев. Должна сказать, что мне это средство помогает и перебои в сердце как будто уменьшаются. Сейчас мы все поглощаем нукс-вомику. Очень-очень огорчила нас и телеграмма Амридочки о бронхиальном воспалении у Спенсера, ибо опять потребуется напряжение ее нервных сил. Но, конечно, мальчик здоровый и, как Сказано, - болезнь пройдет без последствий. Но часто после бронхиального воспаления, в течение некоторого времени, замечается повышение температуры, но это не страшно. Полезны при этом перемена местности и отдых. Подобные явления бывали и в моей семье у Н.К. и у Юрия. Врачи называли их страшными названиями, но при переезде просто из города на чистый воздух повышения температуры быстро прекращались. Так и Спенсер легко перенесет это заболевание. Вообще сейчас проявляются новые формы старых заболеваний, и при них нужно быть бережными, главное - следить, чтобы не застудить воспалительный процесс и дать хотя бы краткий отдых. Так, родные, не тревожьтесь чрезмерно, но принимайте меры предосторожности.
Теперь дело о манускриптах. Зиночке были посланы
своевременно ответы для Пл[аута] на представленные мне вопросы. Пошлем сохранившуюся у нас копию, если та почему-то пропала, но эта - последняя. Копия эта исправлена по указаниям Пл[аута]. Но должна сказать, что я глубоко возмущена вопросами, поставленными адвокатами противной стороны, ибо они не относятся к существу дела. Очень прошу Амридочку или Зиночку передать См[иту], что я не понимаю, какое отношение имеют пространные вопросы об обмене подарками между мною и захватчиками к факту захвата ими моей многолетней работы? Также нелепы и всякие вопросы относительно встречающихся там имен. Если их интересуют эти имена, то можно, конечно, написать целый историко­филологический трактат по этому поводу, но какое касание это имеет к захвату манускриптов? Так же точно и содержание манускриптов не может иметь никакого значения. И вопрос, являются ли манускрипты эти оригиналами или копией, не может подыматься, ибо я требую возврата моей работы, и каждый манускрипт, сделанный автором, должен рассматриваться как оригинал. И я настаиваю, что в некоторых из большинства захваченных ими тетрадей имеются такие страницы, которые нигде не были не только напечатаны, но и вообще записаны полностью. О том же, что манускрипты передавались мною лишь на хранение, все сотрудники знали это и даже по очереди хранили их. Остается несомненным факт, что манускрипты были захвачены [конкретным] лицом, в данном случае г-ном Хоршем, которому они были переданы на хранение, ввиду сложившихся обстоятельств, о которых сказано в моих ответах на вопросы. Дорожа этим материалом, я не решалась иметь его при себе при всех переездах, сопряженных с экспедицией, и в наших теперешних условиях. Более чем странно, что восемь человек знали, что эти манускрипты отсылались в Америку на хранение, но их показания не принимаются во внимание и суд считается лишь с утверждениями захватчиков. Но, кроме того, каждый должен бы признать всю нелепость такого подарка с моей стороны, ибо г-жа Хорш совершенно не знает русского языка. Вообще, какое вопиющее положение создалось из-за неумелого ведения дел. Перечислю все, что произошло, для того, чтобы остался еще один рекорд человеческой правды. Ведь будущие поколения будут учиться на таких примерах.
Итак, суд выносит постановление, что все shares
Учреждений принадлежат г-же Хорш, ибо все сотрудники передали свои shares г-ну Хоршу, несмотря на обратное показание этих сотрудников и некоторых свидетелей, как, например, показание секретарши Левинст[ина] и др[угих]. Этот приговор суд "праведный" утверждает на основании голословного заверения
самого Хорша и копии с поддельного документа, написанного супругою Хорша, на имя которой переведены сейчас все общественные Учреждения.
Таким образом, в случае Хорша, суд принимает во внимание копию никем не виденного документа и на основании его выносит приговор в пользу Хорша, но, в нашем случае, представленный суду подлинный документ за подписью самого Хорша о погашении всех loans, якобы бывших по конец 8-го дек[абря] 24-го года между им и Н.К., судом совершенно игнорируется. И суд "праведный" постановляет востребовать с нас по представленным Хоршем векселям, относящимся к суммам, указанным в документе и погашенным тем сроком. Причем, как Вы знаете, векселя эти были истребованы от Н.К. под предлогом каких-то необходимых конторских technicalitys и по использовании их должны были быть тотчас же уничтожены, - так Хорш обещал тогда при свидетелях накануне отъезда Н.К. в Индию и Тибет. Векселя были подписаны в один день.
Теперь, как выяснилось, векселя эти были истребованы им с несколькими целями, вероятно, с одной стороны, чтобы избежать налогов, с другой, чтобы, при случае, вернуть не только пожертвованные им суммы Учреждениям для экспедиции, но и захватить даром все картины.
Итак, суд утверждает не только взымание с нас в пользу
Хорша всех сумм, ассигнованных на экспедицию, результатом которой явились картины Музея, но тем самым способствует и захвату всех этих картин и еще сотни других, частью находившихся в Музее на loan-exhibition и частью посланных в Корпорацию на хранение и возможную продажу. При таком решении суда оказывается, что вся многолетняя экспедиция была произведена на наш счет и значительное количество картин, находившихся в Музее, было нашей собственностью. Если же Хорш утверждает, что на экспедицию были даны какие-то другие деньги, то пусть укажет, через кого он их переводил. Подобное решение суда совершенно меняет всю картину. Именно суд выявляет Хорша как обманщика и узурпатора, который в течение целого ряда лет вводил в заблуждение общественное мнение и в печати, и в специальных изданиях ложно присвоил себе инициативу и финансирование Среднеазиатской экспедиции. Также незаконно захватил он и картины, являющиеся нашей собственностью, не говоря уже о присвоении им общественных Учреждений, на которые он собирал пожертвования.
На самом же деле обстоятельства экспедиции складывались следующим образом. Суммы на экспедицию дали первую партию картин, входивших в состав Музея до 8-го дек[абря] 24-го года, и покрывались документом, выданным Хоршем 8-го дек[абря] 24-го года за его подписью и который, по соображениям "праведного" суда, совершенно игнорируется или относится к каким-то неизвестным нам, но изобретенным Хоршем суммам. Вторая же партия монгольских картин явилась результатом продолжения экспедиции в монголо-тибетские области. (Причем о монгольских картинах была дана нам телеграмма от Хорша, что все эти картины делаются частью постоянного Музея). И, наконец, третья партия картин, высланных из Дарджилинга на сумму в 200 тысяч ам[ериканских] долл[аров] (а затем прибавилось еще 40 тысяч долл[аров] за другие приобретения)1 "Последнее постановление было сделано Советом trustees до приезда Н.К. в Америку", которая должна была войти в состав Музея на условии выдачи ежегодной процентной суммы в размере 8 тысяч ам[ериканских] долларов. На основании этого постановления процентная сумма в 8 т[ысяч] долл[аров] выплачивалась в течение двух лет. Сейчас все картины, как музейные, так и находившиеся на loan-exhibition и в Корпорации, - все захвачены узурпатором. Можно думать, что он учился у фюрера!
Чтобы еще осложнить все дело, этот преступник, состоя
нашим доверенным, доносит о неплатеже налогов, тогда как
именно он сам заведовал всеми нашими денежными делами. И суд "праведный" снова постановляет взыскать с нас эту сумму с процентами, несмотря на то, что, как известно, экспедиционные суммы не подлежат налогу, и это правило только что было подтверждено на второй экспедиции Н.К. и Юрия, но уже правительственной. Также утверждается взыскание налогов за 34-ый год, когда Н.К. находился в правительственной экспедиции в Монголии и вернулся в Индию лишь во второй половине октября 35-го года. Весь 34-ый год и больше половины 35-го года Хорш продолжал состоять нашим доверенным и ведал всеми денежными делами. Так, именно он переводил мне суммы за проданные и принадлежавшие мне картины и те пожертвования, которые делались друзьями на научные работы. При этом он отлично умел удерживать с этих сумм немалую часть в свою пользу; так, с картины, проданной Зиночкой Хиссу, он удержал в свою пользу 1500 долл[аров], из которых он обещал от меня дать 150 или 200 долл[аров] г-же Крафт.
Также не забудем, что телеграфное извещение от Хорша о взыскании с нас налогов мы получили в начале ноября 35-го года, когда Н.К. всего недели две-три как вернулся в Индию и не мог еще обменяться ни одним письмом с Америкой. Да и картины проданные все принадлежали мне, и я всецело полагалась на Хорша, состоявшего нашим доверенным, и на его знание законов страны. Но никакие обстоятельства не были приняты во внимание "справедливым" судопроизводством, и по всем пунктам вынесено постановление на укрепление и разведение в стране гангстеризма.
Вероятно, точно так же утвердится захват многолетнего
труда по собиранию материалов, если только новый адвокат не проникнется сознанием происходящего неописуемого грабежа и издевательства над общественностью.
Не забудем все его проделки с захватом одолженных и пожертвованных друзьями сумм на общественные Учреждения, которые суд отдал в личную собственность супруги захватчика! Истинно, разбойники на большой дороге поступают честнее, ибо они просто обирают и иногда убивают вас, но, в данном случае, грабеж совершается под прикрытием закона; и клевета, и кощунство, и донос заслушаны и рекордированы. И на все эти вопиющие безобразия общественное мнение молчит! Разве возможно после этого удивляться всему, что происходит сейчас в мире?! Все это лишь развитие страшной заразы морального разложения, ведущего к истреблению большей части человечества нашей Пятой Расы. Катастрофы и революции уже неминуемы. Разложение проникло всюду, и обычно оно начинается сверху. Тяжко быть Кассандрой, но, увы, грозны знаки, и знаем уже, куда наклонилась чаша весов Немезиды. Все темные махинации обратятся на породителей их, а таких породителей во всем Мире количество не малое. Грустно, вернее, страшно, то, что большинство не понимает причин происходящего и в своем ослеплении идет к верной гибели, думая спасти себя.
Как верны, как точны все мои видения. Именно красные треугольники зловеще вырезались на грозных, черных небесах, и Ангел Рока со свитком совершающейся Кармы восстал на столбах Света на черном небе запада. Но серп молодого месяца несет прекрасного младенца нарождающейся Новой Расы.
Зиночка, конечно, может перевести это письмо и Дедлею, и, если нужно, и Франсис, и Морису. Мы перевели бы его по­английски, но сейчас Яруюшка болен, лежит третий день, сильно простудился. Итак, родные, соберем все мужество и переживем под Щитом Света.
Сроки очень спешат, и как всегда перед зарею особый мрак окутывает Землю. Родные наши, лишь бы продержаться, хотя бы краткое время, всем в согласии. Многое может быть достигнуто при согласии. Благодетельная энергия воспринимается лишь при гармоничной согласованности, и тогда только может происходить ее успешное применение. Гармонией держится Вселенная.
Явим заботу и о Держателях великого мирового равновесия. Подумать надо, как тяжко Им удерживать равновесие, которое человечество стремится ежеминутно нарушить непоправимо. Не говоря уже о страшном напряжении, которого требует обуздание подземного огня, бушующего, как никогда, в недрах Земли. Но невыразимо тяжко удерживать Мир в постоянном уравновесии, чтобы охранить то, что принадлежит эволюции или новому строительству. Никто об этом не задумывается - отсюда и все близорукие суждения, ведущие к решениям вроде мюнхенского. Сейчас принято попирать то, что могло бы явиться спасением. Но, конечно, если было бы иначе, то и Ангел на столбах Света не поднял бы меч и не свернулся бы свитком уже сложившейся Кармы. Так явимся свидетелями великих событий.
Обнимаю Вас, родные мои, не хочу отягощать этого письма -
и так оно вышло слишком тяжелым. Творите Ваше светлое дело и ни на секунду не забывайте о тех Указаниях, которые так щедро проливаются на Вас, и по мере сил старайтесь сердцем сжиться с Учением Света, готовящим лучшее будущее.
На полученную вчера телеграмму относительно скептического адвоката ответит Н.К.
Но всякий скептицизм, всякое сомнение лишает человека
лучшего доспеха, и поражение неминуемо. С манускриптами тоже прошу дело затягивать насколько возможно. Можно откладывать под разными предлогами, тем более, что сношение с Индией требует огромного времени. Итак, еще раз шлю Вам всю мою любовь и веру в Вас. Дойдем до сужденного. Все будет так, как нужно. Никакие темные силы не смогут восторжествовать, когда подойдут предуказанные сроки.
Всем сердцем с Вами,
Ел. Рерих.
Избрание акад. Н.К. РерихаОшибка! Источник
ссылки не найден. почетным членом Ошибка! Источник ссылки не найден.Университета в КоимбреОшибка! Источник ссылки не найден.
Старейший университет Португалии в Коимбре на днях избрал акад[емика] Н.К.Рериха своим почетным членом. При университете имеется художественный музей, в котором в настоящее время находится картина Николая Рериха "Sancta Protectrix", и музей высказал желание посвятить творчеству акад. Рериха особый зал. Проф. А.Г. да Роха-Мадахил, директор этого музея, является представителем Комитета Пакта Рериха по охранению культурных сокровищ в Португалии.
2.VII.39
Родные и любимые наши, вчера уехали от нас доктор
Дж.Казинс с женою, известною деятельницей по женскому вопросу. Впрочем, Вы должны знать их. Прожили они у нас целый месяц и, по-видимому, остались очень довольны своим пребыванием. Приезжали для переговоров об устройстве выставки в некоторых штатах Индии. Конечно, события не благоприятствуют, и общая тревога может отразиться на финансовом успехе, но верю, что все произойдет так, как нужно. До сих пор помощь всегда приходила, придет она и теперь. Также знаем, что перед самым концом каждого цикла тучи особенно сгущаются, чтобы тем ярче засияло солнце Новой Зари. Приезжие - люди достойные, тяжко зарабатывающие право на существование, но, хотя они исполнены почитания к русскому искусству и симпатии ко всему русскому, я все же так устала! Конечно, английская психология сильно разнится от русской, точно бы люди разных планет, но мы вместили их мировоззрение
и сумели найти точки соприкасания, особенно же по женскому вопросу. К концу их пребывания дала им имеющиеся на англ[ийском] яз[ыке] книги Учения, и к моему изумлению им очень понравилась книга "Иерархия", несмотря на то, что они большие поклонники Кришнамурти, отвергающего всякую Иерархию. Ознакомившись с кн[игами] Живой Этики, доктор Казинс очень изумился, что Н.К. и я не начали нового движения, базируясь на даваемом Учении. Он находится в курсе духовных движений в Европе, Америке и Индии и убежден, что именно Учение Живой Этики по своему космическому размаху, по своей силе и убедительности должно было бы уже собрать сотни тысяч последователей. Конечно, мы не пояснили ему, почему мы не стремились к широкой организации. Также, разве апостаты могли понять, какие сокровища были им предложены!!! Мудрее, чем в жизни, не бывает, и так как подготовление к предательству началось почти с самого подхода их к делам, то разве могли они явиться организаторами и двигателями такого движения?! Именно, нужно радоваться, что они не сумели связать своего имени с этим движением. Учение пойдет иными путями. Приложу беседу, которая поясняет эти пути. Впрочем, Зиночка их знает. Жду с нетерпением посылку корректуры "Аум".
Радовалась беседе Зиночки с Брэгдоном. Необходимо давать правильное освещение вопиющего предательства всем сочувствующим людям. Ведь вся сложность этого предательства не может быть легко усвоена, слишком много самого сокровенного затронуто. И только лица, близко стоящие к духовным движениям, могут понять и всю глубину его. Также примечателен эпизод, происшедший на банкете, устроенном с целью пропаганды южн[о-]ам[ериканского] искусства и сношений с республиками. Итак, пусть Франс[ис], хотя бы ради личного интереса, встает на защиту правды. Между прочим, Лукин переслал нам ее письмо к нему по поводу клише. Должна сказать, что это ее письмо написано очень достойно и мысли, высказываемые ею, вполне разумны. Только бы она сдержала слово и переслала ему те клише, которые она может ему уделить. Нужно признать, что с чужими людьми она гораздо любезнее и осторожнее, нежели с ближайшими сотрудниками. И на этом спасибо. Как-нибудь дотянем с нею до разрешения многих трудных вопросов. А пока проявим высшую бережность при встречах с нею и не будем настаивать ни на чем, пусть сама проявляется, как хочет.
Родные наши, на днях получили телеграмму о новом
благородном действии друзей по спасению картин. Тронуты были до глубины души. Тяжко было представить себе распродажу картин, и лишь доверие к Руке Ведущей поддерживало нас. Но все же здоровье Н.К. очень пошатнулось от этих предательских ударов, и, как Сказано, нужно проявить сейчас максимум спокойствия, чтобы восстановить нарушенное равновесие организма. Ведь близка новая ступень, новая огромная задача. Невозможно удачное выполнение ее при надломленном здоровье.
От всего сердца обнимаю нашу Амр[иду] и Фл.С[утро].
Велика их помощь, да будет над ними Благословение Вел[икого] Вл[адыки]! Также и С.Т. передайте мою самую сердечную благодарность. Помощь в делах, находящихся под Лучом, оценивается высоко. На письма он не отвечает, но в нужную минуту действует как истинный друг. Родные мои Зиночка, Амридочка, Дедлей, чую всю самоотверженность Вашу и умею ценить. Узы Служения, узы сердца связали нас на будущее. Инге - верный друг, шлю и ей мою ласку. Держитесь, родные, в единении. Пройдут тяжкие времена, все переживем и, сохраненные Щитом Света, примемся за новый труд.
4.VII. Сейчас пришли письма Зиночки от 14-го и 17-го
июня. Родная моя Зиночка, очень тронута бережным отношением к переводу "Аум" и, конечно, хотела бы получить последнюю корректуру, потому и после августа найду время прочесть ее. В
каждом языке имеются свои особые оттенки определительных, непередаваемые на другом, и с этим приходится мириться. В этих отношениях и сказывается разница характеров народов. Зиночка совершенно права, не расстраивая С[офью] Мих[айловну] преждевременными оповещениями о своих намерениях. Здоровье ее требует бережного отношения, она не крепка. Также, ввиду того, что даже гармоничным людям приходится приноравливаться при совместной жизни к малым укоренившимся привычкам, я очень советовала бы Зиночке и Дедлею поселиться отдельно. Пусть С[офья] Мих[айловна] не сетует на меня за этот совет, имею в виду лишь общую пользу. Счастье Зиночки близко моему сердцу, также от всего сердца желаю и спокойствия для С[офьи] Мих[айловны]. Она, конечно, поймет, что сживание двух людей - очень тонкий процесс и от бережного к нему отношения в первые годы зависит и все последующее благополучие.
Я знаю, как она тревожилась за будущее Зиночки, потому сейчас, когда закладывается новое основание для этого, она, конечно, проявит всю чуткость материнской самоотверженности, чтобы способствовать всеми силами новому счастью дочери. Итак, для общего благополучия и счастья необходимо, чтобы первые годы совместной жизни и сгармонизирования аур протекали среди некоторой изоляции.
Зиночка права, не желая повторять печальный пример совместного сожительства при первом замужестве. Мне тоже кажется, что Дедлею трудно было бы ужиться с некоторыми особенностями С[офьи] Мих[айловны].
Радуюсь всем мыслям, высказываемым Зиночкою в ее письме. Истинно, нужно дотянуть или, как говорится, пережить трудное время, стоя на страже. Мудро хранить в сердце знание подвижек, но, в то же время, продолжать строить, что возможно.
Думаю, что ожидание двух, трех месяцев не играет роли. Разговоры все равно будут. Радуюсь очень, что Ав[ирах] так
благоразумно пришел к правильному решению. По крайней мере, с этой стороны не будет особых разговоров, тем более, что его дружба с Кл[айд] вызывает немало всяких толков.
Итак приветствую от всего сердца Зиночку и Дедлея на их
новом пути. Пусть Учение В[еликого] В[ладыки] явится самым объединяющим началом.
Привожу Беседу:
"Ур[усвати] знает, что при изучении Наставлений следует
иметь в виду не только содержание их, но и язык, на котором они даны: Учение дается не без причины на определенном языке. Можно исследовать все учения от давних времен и понять, что данный язык показывает, какому народу надлежит проявить ступень восхождения. Иногда полагают, что Поучение дается на том языке, который ближе получателю, но такое пояснение недостаточно. Нужно наблюдать причины во всей их полноте. Ничто не бывает случайно. Получатель Учения не случаен, и язык избран по надобности. Можно видеть, как Наставления давались на разных языках, и всегда эти условия соответствовали многим важным обстоятельствам, которые имели и мировое значение. Так, язык, на котором дается Учение, есть своего рода дар известному народу. Не подумайте, что тем самым Учение теряет мировое значение. Каждая истина общечеловечна, но каждый период имеет свое задание и каждый народ имеет свою обязанность. Немало времени требуется, чтобы сложить кристалл сущности народа. При многолюдии трудно бывает распознать, где показывается истинная природа народа. Неопытному наблюдателю могут показаться поверхностные черты и затемнить сущность. Потому Мы так советуем научиться терпению и наблюдательности, чтобы после не жалеть о легкомысленных суждениях. Люди привыкли судить легкомысленно, они надеются, что никогда не поздно изменить решение. Но изменить очень похоже на измену, иначе говоря, на свойство, которое Нам
особенно отвратительно. Не может быть легкомыслия там, где обсуждается психология целого народа и значение целой эпохи. Могут сказать - нелегко усмотреть глубину реки при
бегущих волнах, но для этого даются Наставления, которые касаются самых разнородных сторон бытия, - не случайный сборник речений, но мозаика всей жизни. Пусть путник изберет, по каким камням перейти реку. Мыслитель говорил: "В реке много бродов, помоги, Муза, найти их"".
Тот факт, что и "Т[айная] Доктрина" была дана через
русскую женщину и Учение было прежде всего привезено в Ам[ерику], указывает на то, что эти две страны в будущем будут сотрудничать. И сейчас Учение было принесено в Ам[ерику], но снова оно не могло основаться. Это указывает на то, что большие трудности предстоят стране. Но, конечно, Зиночка не будет распространяться о последнем пророчестве, ибо ничего, кроме вреда, не получится. Люди больше всего не терпят предупреждений, они предпочитают жить в неведении будущего.
Пришли газеты из нашей страны. Много строительного
происходит там. Много и замечательного. Истинно, сознание народа изменилось. Забавно, что крестьянки предпочитают лететь на аэроплане на дальние базары, нежели тащиться в поезде. Так, ягоды и живая рыба с Волги перевозятся на аэропланах в Москву. Как Сказано было, Р[оссия] станет страною полетов во всех смыслах.
Родные наши, берегите здоровье и храните спокойствие насколько возможно. Этот Совет слышу ежедневно, но как труден он при всем происходящем мировом безумии! Тяжко наблюдать за все растущим человеконенавистничеством. Какие катастрофы готовит оно! Но, родные наши, как ни черен западный и южный небосклон, все же думаем с облегчением о надвигающихся сроках и стремимся сильнее, чем когда-либо, к новому циклу. Еще раз обнимаю от всего сердца.
Е.Р.
26.VII.39
Родные наши Зин[а], Амр[ида] и Дедл[ей], вероятно, Вы уже знаете, какие трудные дни мы только что пережили. 12-го июля Н.К. заболел лихорадкою при очень высокой температуре, достигавшей до сорока градусов, и даже день, два была выше на несколько десятых. Сейчас он понемногу оправляется, но находится под большим наблюдением, и мы не позволяем ему утомляться. Он очень осунулся и похудел, но как-то весь еще посветлел. Надеемся, что никакие тяжкие вести не дойдут сейчас до нас, чтобы он мог окрепнуть. Ведь годы Н.К. немалые, и ни о каких подвижках или переездах думать нельзя, пока организм не придет в равновесие. Да и я очень, очень устала и с трудом выполняю иногда даже свою обычную и такую любимую работу. Стоит муссонная удушливая жара, что не способствует отдыху.
Очень тревожит меня и самочувствие Амридочки. Конечно, я убеждена, что у нее серьезного поражения тканей нет, ибо иначе В[еликий] Вл[адыка] указал бы, но повышенная нервность может сказаться на всем. Именно эта нервность поражает наиболее слабые органы, и, как я знаю, Амридочка была подвержена довольно частым indigestions. Потому очень прошу нашу Амридочку придерживаться самой строгой диеты. Молочная диета одобрена В[еликим] Вл[адыкой] так же, как и возможный покой. Если будут другие Указания, немедленно сообщу. Сейчас всякого рода раздражения слизистых оболочек являются уже армагеддонной эпидемией и множество людей страдают этими необъяснимыми раздражениями. Очень многие среди наших сотрудников в разных странах болеют такого рода раздражением слизистых стенок желудка и болями в солнечном сплетении. По
счастью, несмотря на сильные порою боли, ни у кого из них нет поражения тканей в виде язв и так далее. Так, одна из самых ценимых нами самоотверженных деятельниц, председательница нашего Каун[асского] Общ[ества] Юлия Доминиковна Монтвид[ене] уже несколько лет как мучается острыми болями в желудочной области и сидит на молочной диете. Она известная оперная певица, но потеряла голос, и сейчас зарабатывает средства к существованию уроками музыки. Маленькая, худенькая, преисполненная чудесной сердечной энергии, эта исключительно тонкая душа обладает в высокой степени даром объединять людей. Но при этом она строга и умеет отстранить нежелательные элементы. Несмотря на ее строгость, члены общ[ества] говорят: "Мы свою наставницу и председательницу на руках носим, так мы ее любим и уважаем". И как мне пишет один из членов, недавно посетивший литовскую группу: "Если где Учение проводится в жизнь, так это у них". Если бы Вы знали, родные, как скромно и как трудно, но как дружно живет эта группа людей. Когда видишь такие горячие сердца, и уже на протяжении многих лет, становится светло на душе. Так постепенно Учение прочно входит в жизнь и создает новое мировоззрение, которое ляжет в основание Новой Эпохи. Ведь новые эпохи слагаются лишь новым мировоззрением, когда оно достигает масс.
На днях после продолжительного молчания получили письмо
от Формана, пишет в высоких тонах о том, что он не может вспомнить без краски стыда и негодования о тех, кому было столько дано. Он и его жена читают книги Учения и часто говорят, как он пишет, о той особенной форме озарения, которую эти книги дают и которая могла бы так легко положить начало новой волне духовной эволюции для всего Мира.
Так, из временного молчания нельзя выводить, что кто-то перешел на сторону предателей. Да, предатель осужден всем Вел[иким] Б[елым] Братством и, конечно, понесет заслуженную кару. Там, где предатель поднял руку против самого Братства, там Космическая Справедливость действует особенно мощно, ибо соизмеримость есть закон непреложный. Также все зло, им содеянное, послужит лишь на возвеличение. А сердцем читающие книги Учения поймут, как в них предупреждалось о готовившемся предательстве. Но также поймут, как труден путь каждого истинного провозвестия, ибо люди в силу невежества всегда боятся слишком большого света.
Так, все Учения Света опирались на меньшинство и всегда сопровождались своими иудами. Последнее обстоятельство и посейчас остается утверждением, и мерилом, и украшением истинного подвига, ибо лишь мученичество носителей Света открывает впоследствии сердца людей к Свету, ими принесенному. Слишком много теплых и мало горячих, потому приходится строить храмы при помощи джиннов. Не так еще близко время, когда во всех областях жизни носителей Света будут окружать всею заботливостью и почитать их, как сокровище государства. А пока что с радостною готовностью будем продолжать наше служение человечеству.
Получила от милой Инге письмо и первые 60 параграфов
"Аум" в окончательной обработке. Уже прочла их и считаю, что перевод очень хорош. Поправки проф[ессора] W.[Уида(?)] немногочисленны, но неплохи. Также пришли и письма Зин[ы] от 2-го - 6-го июля и от Дедлея от 7-го июля с приложенными копиями разных писем, в том числе и от проф[ессора] W. Конечно, можно справиться прекрасно и без поправок этого профессора. Меня очень удивило, что проф[ессор] не понимает значение слова "соизмеримость", которое глубоко разнится
своим значением от "attainment", "correlation" и "co­ordination" и пр. Но, конечно, не зная, к какой именно фразе относятся эти его замечания, не могу сейчас полностью разъяснить это различие для данного случая. Также, неужели он не знает восточного слова "базар"? Оно встречается в каждой
английской книге на восточные темы. Отказ проф[ессора] W. от продолжения работы по кн[игам] Учения свидетельствует еще раз о той "теплоте", которая так разъедает современное поколение. "Теплота", которая заставляет их проходить мимо всего великого. Не потому ли и слово "соизмеримость" кажется проф[ессору] W. труднопонимаемым? Так люди с легкостью отказываются от большего, даже те, кто должен бы это понимать. Почему же сетовать тогда на тяжкую судьбу? Сколько трудных уроков придется им выучить, пока научатся соизмеримости! Конечно, соизмеримость дается нелегко, но без понимания ее очень трудно упражняться в жизни. Истинная духовность измеряется лишь пониманием соизмеримости.
На днях также получили письмо от Стоу, он очень
оптимистично настроен. Дай Бог, чтобы это настроение продолжилось, ибо лишь оптимизм, порождая бодрость духа или прилив психической энергии, в конце концов всегда побеждает. Прошу Зиночку крепко обнять и поцеловать от меня Фл.С[утро] за ее истинную дружескую помощь. Я не хотела ее отягощать письмами и ответами, ибо она писала, что очень будет занята устройством беженцев из Германии. Истинно, Рука В[еликого] Вл[адыки] над нею.
Конечно, очень тревожусь о манускриптах. Может быть,
следует спросить См[ита], хочет ли или может ли он заниматься этим делом? Ведь иначе и тут он может упустить все сроки. Но так как и в этом деле помощь оказывала Амридочка, то мне хотелось бы прежде всего узнать и ее мнение. Затишье в этом деле может быть недобрым знаком. Стоим у преддверия больших событий и перемен, и хотелось бы встретить их бодрым духом. Все предуказанное уже совершается, на наших глазах поднялись кровавые треугольники на западном горизонте, и урочный час пробил для многих стран. Перемены в Новой Стране изумительны и стремительны. Истинно, храмина Духа скоро утвердится. Истинно, все события послужат лишь на пользу Новой Страны. Только бы дожить до часа радости, до часа свидания в полном единении. Истинно, единение могло бы так приблизить многие возможности. При строительстве ответственном именно объединенные сознания привлекаются Вел[икими] Учит[елями] к работе. Потому радуюсь каждому намеку на доверие и единение. Зиночка пишет, что у нее опять болит рука, на это следует обратить внимание и, конечно, стараться не писать непосредственно рукою, машинка утомляет много меньше. Будем бережны, родные, со здоровьем и в отношениях друг к другу. Близятся подвижки, потому проявим терпение и новое воодушевление.
Привожу Беседу:
"461. Ур[усвати] знает, что качество действия зависит от воодушевления деятеля. Теперь нужно размыслить - найдено ли научное определение качеству воодушевления? Мы не говорим о желании, или старании, или вдохновении, Мы хотим утвердить смысл воодушевления. Мы знаем, что оно отражается на ауре и зажигает ее, но ученые не могут еще понять, какие нервные центры являются наиболее деятельными при порывах воодушевления. При каждом труде может возникать это возвышенное напряжение. Древние называли это состояние приветом божественным, только оно может сообщить каждому труду сияние совершенствования.
Могут сказать, что такое устремление к совершенствованию присуще высшему творчеству во всех областях; такое определение будет условным. Мы утверждаем, что каждый труд должен сопровождаться воодушевлением, ведущим к совершенствованию. Мастер любого ремесла знает, что даже каждодневная работа может быть направлена к постоянному совершенствованию. Побеседуйте с лучшими мастерами, они подтвердят, что качество работы может быть непрерывно повышаемо. То же скажем и Мы о Наших трудах. Лишите Нас воодушевления - и все ритмы труда нарушатся.
Ур[усвати] знает, как выражается такое нарушение ритма. Не требуется, чтобы вмешались какие-то темные силы,
достаточно, чтобы луч собеседника оказался негармоничным, - и ритм будет нарушен. Нелегко настроить ритм, для этого нужно вызвать особую деятельность некоторых центров. Но такое спешное воздействие может иметь и физические следствия. Так, мы приходим опять к тому, что настало время, когда деятельность нервов должна быть изучаема. Рефлексология дала толчок к дальнейшему исследованию, но без понимания психической энергии не могут произойти нужные выводы. Мыслитель советовал замечать всякие нарушения ритмов и помнить, какие телесные признаки они вызывают".
Родные Амридочка и Зин[а]. Еще раз обнимаю Вас от всего сердца. Также прошу поцеловать от меня Инге. Радовалась, что Спенсер видимо поправляется. Пусть Амридочка на тревожится за свое здоровье, но принимает все меры предосторожности. Каждое внимание к здоровью помогает целительным лучам Вл[адыки]. Сердцем с Вами,
Е.Р.
5.VIII.39
Родная наша Зиночка, сегодня отправляем Вам телеграмму,
чтобы предупредить о необходимости тактично осведомить ближайших друзей, таких как Флор[ентина], Амр[ида], Инге и Стоу, о причинах развода, так как можно предполагать, что друзья будут очень обижены, что такое важное изменение жизни произошло без их ведома. Особенно опасаемся за Флор[ентину] и Стоу. Был ли сообщен Флор[ентине] адрес в Майями? И какие были даны причины отъезда? Вы знаете, как Стоу и Флор[ентина] могут быть чутки к разным оттенкам отношений, а в особенности теперь, когда они так щедро вошли в новое дело. Надеюсь, что Флор[ентина] и Стоу поймут создавшееся положение и найдут, что поступок Ав[ираха], бросившего основные дела и начавшего новое дело с новой сотрудницей, поставил Зиночку в безвыходное положение. Кроме того, они уже знают, что Ав[ирах] передал Вам свою share в полное владение, таким образом его участие в процессе выпадает. Пока друзья не усвоят эти положения, лучше не закреплять Ваш новый союз. Пусть и к этому они привыкнут постепенно, и тогда все может совершиться при гораздо более благоприятных и дружественных условиях.
Также, конечно, адвокаты, давшие советы по поводу
развода, знали, что он не может повлиять на основные процессы, потому и Стоу, и Флор[ентина] смогут принять новое положение без особого труда. Дедлей, конечно, понимает, что мы это говорим и для Вашей общей пользы. Самое важное, чтобы ближайшие друзья не были поражены происшедшим и не были оскорблены, что их держали в полном неведении, тем самым как бы не считаясь с их дружбою. Старые люди очень ценят, когда им доверяют. Кроме того, им всегда нужно некоторое время, чтобы сжиться с новыми обстоятельствами. Если Флор[ентина] не знала адреса в Майями, то какие могли быть к тому причины? Также и Амр[ида], конечно, могла бы знать этот адрес. Также, не почувствовали ли они, что им не доверяют и что адрес известен, но не им? Судя по письмам Амр[иды] к Св[ятославу], она немного обижена таким недоверием. Мы же должны избегать вносить всякую тень недоверия среди ближайших и таких верных сотрудников. Сейчас здоровье Амрид[ы] очень неважно, и мы этим обстоятельством крайне обеспокоены, ибо и Вл[адыка] указывает на серьезность этого ее состояния. Нужно ее поберечь, у нее так мало радости в жизни. Итак, пусть пройдет некоторое время, пока друзья вполне освоятся с новым положением. Кроме того, ведь сама Зиночка предлагала отдалить их брак на несколько месяцев, вероятно, предчувствуя
сложность создавшихся обстоятельств. Задача теперь в том, чтобы возможно тактичнее, трогательнее и сердечнее ознакомить старого друга Флор[ентины] с происшедшим.
Что же касается до совместного сожительства с С[офьей] Мих[айловной], то тут, конечно, голос самого Дедлея должен иметь решающее значение. Приближается осень, которая будет чревата всякими событиями. Надеемся, что адвокаты не упустят, подобно Плауту и Смиту, все возможности. До сих пор, к нашему удивлению, местный магистрат не получил от пендж[абского] правительства авторизацию на принятие deposition о делах по манускриптам. Мы опять ему написали и получили от него ответ, что он немедленно снова запросит правительство. Вряд ли можно думать, что дело будет прекращено судом, если имеется доказательство, что отсрочка deposition происходит не по нашей вине, а по медлительности правительственного аппарата. Во всяком случае, Смит имеет копии как наших запросов, так и ответов магистрата, и для суда это должно быть достаточно. Нужно принять во внимание и все расстояния в самой Индии, где правительство находится в нескольких днях пути от нашего места. Конечно, очень сомневаюсь в успехе Смита, но если, как пишет Амр[ида], ему уже заплачено, то иного выхода нет. Можно только его попросить, чтобы он не сделал каких-либо упущений. Большим горем был бы для дел будущего и для меня проигрыш этого процесса.
Здоровье Н.К. все еще дает разные неожиданности. Думаем,
что перемена климата будет полезна. Чувствуется, что теперь не так уж долго ожидать этой перемены. Знаки приходят чудесные, принося большую радость, и крылья духа растут. Что особенно интересно - они приходят из совсем неожиданных источников. Так, например, вчера получена очень многозначительная весть. События так сгущаются во всем Мире, что письма подвергаются и задержкам, и досмотрам.
Надеюсь, что Зин[а] примет все изложенные соображения во внимание и поймет, что они продиктованы желанием охранить ее от многих неприятностей. Обнимаю Зиночку от всего сердца, привет милому Дедлею и С[офье] Мих[айловне].
Сердцем с Вами,
Е.Р.
26.VIII.39
Родные наши Зин[а], Амр[ида] и Дедлей, радуюсь, что Вы
опять все вместе и можете обсудить в полном доверии и дружелюбии многие обстоятельства и будущие действия. Надеюсь, что и здоровье Амридочки и Зин[ы] тоже окрепло за эти недели некоторого отдыха. Так хотелось бы услышать, что все эти нервные заболевания уже поборены новым приливом психической энергии. Работа над книгами Учения и особенно выписывание из них всего касающегося отдельных тем может дать такой прилив сил, что даже самые шумные известия не смогут нарушить нашего внутреннего равновесия. Кроме того, и большинство мрачных вестей, при более широком освещении их и при подходе новых обстоятельств, теряют свой устрашающий аспект. Часто приходится вспоминать мудрую пословицу "не быть бы счастью,
да несчастье помогло". События так спешат и принимают самые неожиданные формы, утверждая новые сочетания сил. Но все события, как бы они ни сложились, послужат на пользу Новой Страны. Потому храните спокойствие. Замечательно наблюдать, как колеблются Космические Весы перед переустройством Мира. Свободная воля человечества бросает гири на ту или иную чашу весов. Будем надеяться, что благоразумие, наконец, возьмет верх и чаша человеконенавистничества начнет облегчаться, ибо проснется чувство самосохранения, вернее, охранения человечества как такового. Но пока что самосохранение понимается еще по-каннибальски: каждый ждет принести в жертву
соседа ради своего личного иллюзорного спасения. С большим интересом ждем и вестей от Вас. Интересно знать и реакцию не отдельных кругов, но всей страны на новые сочетания сил. Хотя опыт последних лет показал малую ценность всяких договоров и их скоротечность, но все же новая комбинация потребует и новой ориентации. Поучительно читать о всяких volte-fases, приводимых в газетах, и страшно, как бы сознание масс вконец не разложилось от постоянного чередования необходимости сегодня называть белым то, что вчера еще признавалось черным и vice versa [лат. наоборот]. Такие перемежающиеся токи может выдержать лишь очень уравновешенный мозг, который поймет, что в этом и заключается болезнь нашего века, и основа этой болезни - спекуляция и компромисс, которые вошли в кровь и плоть нашего уходящего поколения, а поняв, он примет меры, чтобы не поддаться этой страшной заразе, тем самым он уже оздоровит окружающую атмосферу. Относительно устройства выставки Н.К. Зиночка уже знает точку зрения Н.К. Именно сейчас нужно повременить с этим вопросом. И новое выступление Н.К. в Ам[ерике] должно быть еще значительнее, нежели оно когда-либо было в этой стране. Все обстоятельства указывают на это. Так, нужны и новые картины, именно картины последних лет, которые значительно превосходят все предыдущие, и еще многое другое.
Спасибо, родные, за присылку каталогов и воспроизведений
с Международной выставки. Культурный уровень некоторых из них оставляет желать много лучшего. Если выставлять на Международной выставке, то, конечно, нельзя ограничиваться одним случайным периодом истории и, прежде всего, следовало бы руководствоваться лишь одним принципом - именно принципом Красоты, который один покоряет и переживает все, ибо он является основою эволюции. Признаки же инволюции особенно тяжко наблюдать. Радуюсь, что Зин[а] осознала, что предательство трио в конечном итоге послужит лишь ко благу. Именно, и здесь приложима приведенная мною пословица. "Иллюзорны малые и великие деяния. Оценка их скажется не сейчас, но мудрый припомнит свои путевые вехи и целесообразно применит их к будущей жизни. Он знает, что добро неисчерпаемо, а зло конечно. Вы заметили, что иногда Мы как бы не пронзаем злое явление, причина этому двоякая: во­первых, иногда нужно применить тактику адверза, а с другой стороны, зло конечно. Злодеи не могут питаться злом в нескончаемости, и можно представить, какое отвратительное зрелище представляют злодеи, которые пожирают самих себя, - говорю о земных действиях".
Видала ли Зиночка Флор[ентину]? Как ее здоровье и
настроение? Мы очень ценим ее дружбу. Верные друзья - редчайшее явление, и нужно их всячески оберегать полным дружелюбием и сердечною заботою, основанной на доверии. Что Стоу? Еще не имею ответа от Клайд на мое последнее письмо. Они пишут обычной почтою, и это ужасно удлиняет все сроки. Неужели же Тр[удный] Чел[овечек] не отослал еще в Ригу обещанные клише? Не имеем подтверждения о получении их. После ее прекрасного и обстоятельного письма не хочется думать, что она не выполнила своего обещания. Отослала милой Инге просмотренные мною параграфы "Аум" и вложила лист моих примечаний. Просмотрите их внимательно, может быть, есть грамматич[еские] ошибки, но все наши знатоки англ[ийского] языка слишком заняты, чтобы их беспокоить, а Вл[адимир] Ан[атольевич] уже две недели как болеет. Родные мои, от всего сердца обнимаю Вас и прошу беречь здоровье. Сами видите, как события поспешают, и нужно собрать все силы, чтобы встретить сужденное. Храните торжественность и радость. Велика радость светлому знанию. Посылаю Вам странички из "Надземного". Получила ли Зин[а] последние параграфы, посланные ей в ее отсутствие из Нью-Йорка?
"492. Ур[усвати] знает, что преданность ценна, лишь когда
она проявляется в полной мере; в такой мере, что человек и не мог бы проявить ее сильнее. Тогда слагается мощный благотворный химизм, который целителен на дальние расстояния. Но всякая половинчатость преданности должна быть отнесена в область лукавства.
Человек обманывает себя и других, тем он творит яды смертоносные. Человек должен сказать: "Предан, даже если мне это не выгодно". Но какая же уродливая преданность будет, когда люди воскликнут: "Будем преданны, так будет очень выгодно!" Никто не сомневается, что каждая корыстная преданность заслуживает иного названия.
Наше Братство основано на взаимной преданности. Мы знаем,
что не может быть такого обстоятельства, которое поколебало бы преданность. Могут сказать, что такая преданность получается от долгого сотрудничества. Правильно, но во многом люди сотрудничают, но преданность не крепнет. Так, нужно испытывать преданность от самого малого, она укажет, как обойтись бережно, не создавая осложнений.
Преданность не порабощение, она есть улыбка понимания и сочувствие. Вдумайтесь в это прекрасное слово, оно выражает гармонию, основанную на созвучии чувств. Каждый человек мечтает о сочувствии, но часто он требует сочувствия лишь к себе, забывая, что само это понятие предполагает обоюдность. В этом недоразумении скрываются многие несчастья.
Мыслитель говорил: "Человек требует сочувствия, но где
его ответное чувство? Он считает себя наиболее несчастным, но мерил ли он несчастья других?"
502. Ур[усвати] знает, что понятие вмещения должно быть
ясно установлено. Многие полагают, что вмещение есть принятие доводов противоположных. Между тем, вмещение есть понимание побуждений. Можно милосердно понимать причины, руководящие собеседником, но было бы непозволительным немедленно отказаться от своих давних убеждений.
Вмещение имеет сходство с состраданием. Можно видеть, как заблуждаются противники и поступают против своей пользы. Но как бережно нужно убеждать их! Кроме того, нужно помнить старинную пословицу - "о вкусах не спорят". Можно знать кармические причины таких вкусов. Можно видеть следы атавизма, но невозможно искоренить скоро наслоение наклонностей.
Не поймите, что мы являем яркие привычки, которые
царствуют над людьми. В данном случае, говорю о вкусах, которые гораздо глубже, нежели привычки. Также нелегко оспаривать вкусы человека, которые отличаются от окружающего, но не содержат в себе ничего отвратительного. Можно указать на дисгармонию, но не каждое ухо способно уловить ее. Мыслитель наставлял: "Умейте так расширить сердце, чтобы вместить чужую боль, тогда найдете и слова утешительные".
504. Ур[усвати] знает, что явление Иерархии претворяет
даже малое в ценное. Казалось бы, это указание, прежде всего, имеет в виду духовные ценности, но люди так стремятся к материальным благам, что и в таком духовном указании ищут нечто физическое. Вообще, было бы поучительно увидеть, много ли последователей Иерархии останется, если скажем, что Иерархия заботится лишь о духовных ценностях. Можно наблюдать, как люди стараются усмотреть каждый намек, который, по их мнению, касается земного благополучия. Не будем очень винить этих людей, ибо большинство из них испытывает нужду, но встречаются и вполне обеспеченные люди, которые устремляются к Иерархии ради приумножения земных благ. Они не могут понять, что если земные блага и получаются на пути, то не в случае, когда ради них устремляются. Обратите внимание на людей, приближающихся ради земных благ (трио). Они будут самым ярким примером того, насколько может быть извращено духовное учение. Между тем, даже малейший контакт с Иерархией может разрешить многие жизненные
проблемы. Но нельзя за чечевичную похлебку продать Высшее. Много раз Мы огорчались, что в основе устремления лежали поиски земных благ. Именно тогда они исчезают. Но лишь при сознании жертвенности может быть найдено сокровище Мира. Нужны и такие примеры, ибо люди часто избегают самого простого. Мыслитель просил учеников хотя бы несколько дней не думать о земных благах. Так могло складываться определенное мышление".
Яркий пример такого ожидания земных благ был явлен нам
трио. Предав дела всего Б[елого] Бр[атства], они лишили себя всего. Придет время, и они познают всю действительность пословицы "Близок локоть, да не укусишь". Горечь утраты незаменимого отравит и все их дальнейшие жизни. Шлю Вам, родные, всю ласку, всю силу моей веры в Вас.
Шлю привет сердца и Инге. Сердцем и духом с Вами,
Е.Рерих.
15.XI.39
Родные мои Зиночка, Амридочка и Дедлей! Пишу по-русски,
ибо мой англ[ийский] яз[ык] из-за отсутствия практики почти испарился. Вероятно, письмо это задержится дольше в цензуре, но и англ[ийские] письма доходят с очень большим запозданием и в перемежку.
Радовалась от всего сердца, что друзья так сердечно
приняли перемену в жизненных обстоятельствах Зиночки. В трудные времена особо необходимо дружественное единение и проявление так называемой человечности во всей жизни. Именно человечность сейчас забыта, на всем протяжении планеты обитатели ее замохнатились и показывают когти.
О перемене в жизни Вл[адимира] Ан[атольевича] мы уже
писали. Он уезжает к родителям, и я от души этому радуюсь. Новые условия вернут ему утраченное равновесие, и он сможет продолжить свою прерванную линию и работать по коммерческой части, которая ближе всего к его природе. Насколько верно его намерение ехать к родителям, мы это не знаем, возможно, что он поедет догонять сбежавшую невесту, ведь он всегда все скрывает. Скрытность есть основная черта его характера. Конечно, нам очень, очень трудно оплатить ему весь его
проезд и выдать за пять месяцев жалованье, как он это потребовал. Он считает три месяца отпуска с сохранением жалованья и два месяца для нахождения себе новой службы. Жалованье его последние годы, как Вы знаете, было невелико, но для нашего перегруженного бюджета и эта сумма была очень чувствительна. Он сильно изменился после предательского захвата Леви дел в Нью-Йорке и начал высказывать те же чувства, что и Трудн[ый] Чел[овечек], а именно, что он подошел к делам, надеясь, что они будут развиваться и он сможет составить себе положение и финансовое обеспечение, а вместо того, отдав свои лучшие годы, он видит, что ему трудно ожидать улучшения в его финансовом положении, и так далее, и так далее. Сейчас все накопившиеся чувства недовольства и озлобления обострились вследствие его неудавшейся романтической женитьбы, и истинная природа его выявилась наружу. Конечно, когда появляется не только сожаление о вступлении на путь Служения, но и необузданное озлобление, то лучше отойти. Он, зная наши финансовые затруднения, бросил нам в лицо обвинение, что мы хотели бы, чтобы все работали на нас даром, и еще многое другое и самое нелепое, как вроде того, что он создал репутацию Н.К. в Индии. Спрашивается, неужели же это он писал все картины и все статьи Н.К.?! Он даже забыл, что его англ[ийские] переводы статей были настолько плохи, что англич[анин] Конл[ан], возмутившись, что высокие мысли Н.К. передаются таким суконным яз[ыком],
предложил безвозмездно свои услуги для исправления переводов, и все следующие статьи уже проходили через редакцию Конл[ана]. Также он заявил, что он никогда не получал ответа на свои вопросы от В[еликого] Вл[адыки]. Но почему он не подумал поискать причину в себе? Могла ли я ему сказать, что В[еликий] Вл[адыка] сказал: "Хулит Меня Шиб[аев], ожидания не оправдались". Могла ли я ему сказать, что по словам
В[еликого] Вл[адыки], его невеста уедет в Америку без него? Ведь он не переносил ни малейшего указания и даже намека, идущего вразрез с его желанием. Упрекая нас в том, что свои лучшие годы он отдал делу, которое, по его мнению, не будет расти, он забыл, что еще в 23-ем году ему была дана самостоятельная работа по World Service с крупной на латв[ийскую] валюту инициативной суммою. Но что сделал он с делом и как распорядился этою суммою, в течение пяти лет самостоятельного заведования учреждением, Вы это знаете лучше нас. А между тем, именно в то время можно было развить действительно живое и доходное дело. Ведь его приезд в Индию и затем работа у нас явились выходом для него из его запутанного финансового положения. Вся инициативная сумма была израсходована, и средства, вырученные от продажи накопленного имущества фирмы (как представитель ам[ериканской] фирмы он получал образцы всевозможных товаров со всего света), пошли на оплату долгов, так нам было дано понять. Вы знаете, какова была отчетность по этому делу.
Так, часто люди сваливают свои неудачи на Cлужение и на других, точно бы кто-то заставлял их избрать этот путь. Разве не по своей воле подходили они к нему? Но главная причина неудачи в том, что все подобные типы при вступлении на путь Cлужения ожидают получить крупные выгоды, и прежде всего денежные, ни с чем не соображаясь и не принимая во внимание свой характер, который является самым главным фактором во всех делах и часто самым разрушительным. Если он подходил к делам с корыстною целью, как это выясняется сейчас, то, конечно, он не мог стать истинным сотрудником. И еще раз подтвердился окк[ультный] закон, по которому такие ожидания никогда не оправдываются. Успех несомненен там, где есть желание и устремление принести все свои силы на общее дело без ожидания каких-либо вознаграждений. Ожидание награды за свои труды присуще только рабам духа. Освобожденный Царь Духа знает, что самое высокое вознаграждение заключается в приближении к сотрудничеству с Силами Света. Итак, Вл[адимир] Ан[атольевич] сошел у самого преддверия к новой ступени. Еще одна кармическая связь закончилась.
Друзья в разных странах держатся особенно дружно в это
тяжкое время. С большим запозданием, но все же приходят трогательные весточки о готовности еще сильнее сплотиться около своих культурных ячеек, ибо в тяжкие дни лишь в них черпают они мужество и радость служению любимому Учителю. Радуюсь, что Зиночка получила том писем, скоро дойдет и второй. Родные наши, любите друг друга, нет большего счастья, как иметь около себя чуткие сердца, преданные общему делу. Обнимаю Вас троих и милую Инге. Привет сердечный и С[офье] М[ихайловне]. Вера в светлое будущее непоколебима. Помните, что очевидность слепит глаза. Прислушивайтесь к голосу сердца. Пишите о себе.
Сердцем с Вами,
Е.Р.
28.XII.39
Родные наши, Ваша телеграмма, пришедшая на второй день праздника, оказалась очень грустной. Сердечно жалеем нашего старинного друга Флорентину Сутро. Со времени ее приезда к
нам в Лондон минуло как раз 20 лет, и за все это время она выказала себя деятельным и преданным другом. Пусть ее работа во благо человечества будет ей еще более радостна в новом мире. Не знаем, как отразится ее уход на деле трех друзей. Но ведь в ноябре между ними состоялось соглашение, по которому наследники их не могут вмешиваться в это дело. У кого хранится это соглашение? Впрочем, должно быть, каждый из трех друзей имеет копию этого документа. Получилось сведение, что один почтовый аэроплан погиб со всею почтою. Может быть, там были и какие-либо наши письма. В последнем нашем письме были приложены копии с писем Уоллеса. Теперь с цензурою и нерегулярностью почты очень трудно рассчитать сроки писем, они продолжают приходить вперемежку, и часто позднейшие приходят ранее предыдущих. Это письмо, вероятно, дойдет к Вам незадолго до февраля, иначе говоря, незадолго до новой несправедливости. Будем надеяться, что адвокаты, хотя бы в этом случае, найдутся придать делу культурный оборот, который должен произвести хоть какое-нибудь впечатление на судью. Вероятно, опять таинственные телефоны от замаскированного покровителя будут действовать и парализовать здравый смысл судей. В былое время всегда принимались во внимание военные обстоятельства, неужели даже мировые события лишь ускоряют и усугубляют несправедливость. Помню, что прошлую войну повсюду объявлялся мораторий. Если Америка еще не воюет, то мы-то живем в зоне, затронутой войною. Многое нам остается с юридической точки зрения непонятным. Например, в России срок иска возобновлялся посредством нотариального заявления. Теперь же нам говорят, что срок остается в силе лишь при судебном разбирательстве. Думается, что если не нотариально, то какое-то другое заявление все-таки должно не давать истечь срокам. Ведь теперь и те места, где мы предполагали найти часть переписки, уже недосягаемы, ибо находятся в военной зоне. Никто не может утверждать, что экстраординарнейшие мировые обстоятельства не влияют на все дела. Неужели и при этом суде не будет обращено внимания на то, что Хорш жонглирует одною суммою для разных своих махинаций, и те же самые картины то оказываются собственностью Музея, то будто бы принадлежат ему или его жене. Все эти резиновые обстоятельства должны же когда-то кому-то из официальных лиц броситься в глаза. Если не надета золотая повязка. Но ведь должны же быть где-то и порядочные люди. Впрочем, найти их действительно трудно, и если бы в Мире были иные условия, то не происходили бы армагеддонные безумия. Конечно, и Амаргеддон обернется во благо, но сейчас человечеству трудно разобраться в этом лабиринте. Внешняя видимость затемняет истинный смысл событий. Так и победа оказывается иногда поражением, и обратно. Вероятно, события отражаются и на делах Академии, но все-таки верится, что даже и в трудные дни культурный огонек, поддержанный любовью и устремлением, возгорится. Мы Вам послали через полк[овника] Мана на имя Джина возвращенные экземпляры "Flamma"; после двух с
половиной месяцев хлопот Ману удалось получить специальное разрешение на эту посылку. Имущество "Flamma" и 307 рупий храним до следующей оказии. Все-таки странно, что Шибаев бросил редакторство, не закончив зимнего номера, который был уже собран и содержание которого Конлан перешлет Вам. Впрочем, все его поведение более чем странно. Мы неожиданно услышали, что один английский писатель пишет о моем искусстве, - вероятно, это последствие монографии и "Studio". Несмотря на то, что здесь дорогие издания трудно расходятся, но все-таки монография постепенно идет. Микер писала, что будто бы не получила от Зины "Сердце Азии" и "Шамбалу" на прочтение и потому не могла писать об этих книгах. Вероятно, здесь какое-то недоразумение, ибо, вероятно, к сожалению, что "Сердце Азии" имеется в большом количестве экземпляров на складе. Даст ли Микер revue о монографии? Радуемся слышать,
что выставка картин Святослава состоится при благожелательном отношении Учреждения в Филадельфии. Картины действительно превосходны и по справедливости должны быть хорошо оценены. Вероятно, и наш филадельфийский центр окажет выставке самое сердечное и деятельное внимание. Об этом мы уже писали Чайке, но по нынешним временам никогда не знаешь, дошло ли письмо, и потому просим Зиночку сообщить ей об этом. В Филадельфии, кроме Бринтона, живет и Сторк, который имеет там известное влияние. Не знаем, жива ли миссис Тер, но Бринтон, вероятно, о ней знает - ведь она, бывало, относилась очень хорошо. Удалось ли Вам наладить добрые отношения с Музеем современного искусства при передаче им от меня монографии? Если в газетах были русские статьи, то присылайте их нам, ибо к нам и на иностранных языках доходят. Пишем это письмо вместе. Родная Зиночка, радуюсь, что в трудные времена она не одна. Привет сердца Вам обоим, наши родные. Часто думаем о Вас и мечтаем о светлом будущем. Много чего хотелось бы написать, но нельзя обременять цензуру чтением длиннейших посланий. Звезды предуказывают благоденствие вечное Новой Стране, потому примем спокойно все видимости, сущность остается неизменной. Ничто не может пресечь сужденное. Указаный срок так близок. Потому храните спокойствие. На днях выслала Вам дальнейшие параграфы "Надземного". Сейчас пришло письмо от Катрин и очень встревожило нас. Как ее здоровье? Прошу Зиночку от всего сердца поцеловать ее от меня. Так хотелось бы и ей дать радость, но и это придет. Катрин верный друг, и все мы ее очень любим и хотели бы видеть счастливой. Обнимаем Зиночку и Дедлея, сердечный привет Соф[ье] Мих[айловне] и милой Инге.
Сердцем с Вами,
Е. и Н.Рерих.
4.III.40
Родные наши, сейчас пришло письмо Зины от 31-го янв[аря],
в нем много любопытного. Надеемся, что дочь Сутро не сделает каких-либо неудобств для Зиночки. Это нас крайне огорчило. Также огорчило нас сведение об адвокатских денежных требованиях. Дела ни на иоту не подвинулись, а денежные их требования все вырастают. Что же делать, имеются лишь деньги от Флор[ентины] и картины в Арсуне; конечно, кроме огромных сумм, пропадающих за Учреждениями, то есть за Хоршем.
В конце концов, следовало бы предъявить претензию к
Плауту, по вине которого дело "Солнца" больше не может продолжаться. Первая обязанность адвоката, чтобы не пропустить сроки, и мы об этом достаточно писали. В конце концов, приходит мысль, не хотел ли Пл[аут] сознательно испортить дела, ведь мы совершенно не знаем его нравственные устои. Знаем лишь его огромную бездарность, самомнение и тупое упрямство. И, истинно, можно сказать, что дело проиграно благодаря ему. Зиночка знает, как мы стремились отделаться от него, но не все были согласны с этим. Зиночка совершенно права, что намерение Рок использовать письма Уол[леса] недопустимо. Этим она лишь понизит сущность дела, а письма не имеют никакого касания именно к этому делу. Вероятно, это касается писем Уол[леса] к Франсис; и то удивительно, каким образом они могли оказаться в руках Рок. Что же касается писем Уол[леса] к нам, то, конечно, они не могут быть использованы адвокатами без нашего ведома. Интересно, каково мнение адвокатов, как Джаксона, так и Смита, по делу поползновений преступников на картины? Надеемся, что сто картин, принадлежащих Катрин, и дело о которых, по-видимому, находится у Смита, достаточно защищены. Если даже суд не хотел бы их признавать как собственность Е[лены] И[вановны], то по праву полной доверенности 1933-го
года Е[лена] И[вановна] имела полное законное право распорядиться этими картинами по своему усмотрению. Это касается ста картин, бывших на 4-ом этаже. Картины же, вошедшие в состав Музея и перечисленные в официальном каталоге 1930 года, находятся под охраною Paintings Corporation, которая, как Вы знаете, и была создана именно для охранения (safety) картин. Если из семи share этой Corporation только две принадлежат Хоршам, то по простому голосованию большинство этой Corporation может сделать законное постановление. Как видно, теперь приходит время, когда преступники перед перевыборами своих покровителей будут спешить со своими злоумышлениями. Ни от одного адвоката мы не слышали ответа на наш много раз заданный вопрос, вопрос о суммах на экспедицию. Достаточно опубликовано, что вся экспедиция была на средства американских Учреждений. Спрашивается, где же эти экспедиционные суммы, если Хорш считает, что пожертвованные им суммы вовсе не на экспедицию, а какие-то совсем другие? В таком случае где-то должны были проходить и экспедиционные суммы, и остается лишь удивляться, что суд даже не заинтересовался этим поражающим вопросом об этих резиновых суммах, которые представляются Хоршем на все случаи жизни. Ведь рано или поздно этот вопрос должен быть основательно освещен и послужит характеристике безнравственных поступков Хорша.
Зиночка правильно замечает, что над Хоршем висят
несколько исков. К этим искам можно бы прибавить еще вопрос о деньгах Людмилы и д-ра Рябинина. Между прочим, если было бы нужно, Людмила могла бы послать Вам запрос о ее деньгах, находящихся в ведении Хорша. Также еще висит в пространстве иск Свет[ика] к Хоршу. Ведь имущество Свет[ика] было оставлено на сохранение, а теперь оно ограблено Хоршем. Чудовищно подумать, какой это грабитель! Не брезгующий не только большим, но даже и малым. Вероятно, теперь Джаксон уже выяснил, по какому поводу проявилась подставная Эстер? Кроме денег Сутро, нет ли в этом и поползновения на картины? Теперь Вам совершенно ясно положение картинного дела. Сто картин с четвертого этажа принадлежат Катрин и, по-видимому, этим делом заведует Смит, если он за это время не вышел по старости из дел. Что же касается картин по каталогу Музея, то они находятся под охраною Paintings Corporation, подавляющее большинство акций которой находятся в дружеских руках. Помнится, что в 1940-ом году истекает и какой-то срок по дому в отношении bondholder'ов. Можно себе представить, какие каверзы устроены Хоршем и в этом отношении, ибо среди всех ограбленных он так же поступил и поступает с bondholder'ами. Серьезный момент и в мировых, и в нью-йоркских делах.
Зиночка совершенно права в отношении Судейкина. С ним
нужно сохранить дружественность, ибо как враг он неприятен. Перемена в его отношении знаменательна, очевидно, в каких-то кругах он почувствовал нечто. Многие сроки подходят. Также передайте мой привет Бринтону, мы очень рады, что монография вызвала его восхищение. Пусть Бринтон тоже будет в числе друзей, это нужно и Святославу. Сейчас он работает над большими портретами. Все пытаемся переслать Джину останки "Flamma". Пересылаем Вам отчет декады Латв[ийского] общества. Крепко обнимаем Вас, сердцем с Вами,
Е.Р.
9.IV.40
Родные и любимые, читая Зиночкины письма, чую бодрый дух
и от всего сердца радуюсь этому. Именно бодрость так нужна сейчас. Бодрость при знании правильного направления преображается в несломимое мужество. Мужество же есть залог
всякого преуспеяния, и прежде всего духовного. Не знаю, получает ли Зиночка все наши письма? Некоторые наши послания так и не можем проследить, ибо одно письмо идет воздушной почтой, скажем, в Латвию, двадцать дней, другое же берет больше шести недель и приходит много позднее последнего посланного. Но, конечно, хорошо, что вообще доходят, и на том спасибо. Получила ли Зиночка мою доверенность на получение суммы, завещанной Фл[орентиной]?
Это время чувствую себя неважно, устало сердце. Так
хотелось бы дать себе небольшой отдых, чтобы набраться новых сил, а тут, как нарочно, потребовалась усиленная выдача психической энергии в письмах к друзьям, переживающим некоторый кризис в связи со многими событиями в их странах. Сейчас, судя по последним полученным письмам, достигнуто особое единение. Дай Бог, чтобы это плодотворное состояние оказалось длительным. Конечно, у всех сейчас нервы настолько обострились и ощетинились, что необходима крайняя бережность во всех соприкасаниях с людьми. Думаю, что и в Америке эта напряженность дает себя чувствовать. Трудно оставаться спокойным зрителем совершающихся безумий. Никто не видит, куда катится Колесо Необходимости. Никто не предвидит следствий заложенных давних причин.
Сейчас у нас весна, и природа как-то особенно красива.
Когда жизнь так прекрасна, тяжко думать, что где-то люди могут неистовствовать и уничтожать друг друга. Жизнь, истинно, прекрасна в своем великом назначении служения человечеству и беспредельному совершенствованию. Книги Учения Жизни открывают новый мир, полный безграничных возможностей, следовательно, и радостей. Зиночка пишет, что читает мои "Письма", но получила ли она и второй том их? Также я послала дальнейшие страницы "Надземного", и мне хотелось бы знать, получены ли они? Посланные параграфы кончались на 499-ом. Сейчас много думаю о выставке Святослава. Тревожит меня Бринтон, ведь он очень устарел. Искусство Святослава - искусство тонкое, и нет в нем ничего, чтобы, как говорится, "epater le bourjois"*. Непристойно то шарлатанство в искусстве, которое введено было Пикассо и Матиссом. Будущие поколения вынесут правильную оценку этой болезни века. Правы те, кто называют подобное искусство патологическим. Новизна искусства не в безобразии и нелепостях, но все же в той же задаче правильного разрешения передачи светотени и нахождения правильной границы между реализмом и стилистикой, - задачи старой, но и всегда новой, ибо восприятия каждого поколения обостряются и отзвучат на более широкую шкалу вибраций. Все же так называемые "реализмы и сюрреализмы" являются лишь жалкими масками, надетыми на себя бездарностями. Именно современное искусство в своем обилии всяких выдумок и отсутствии истинного воображения, в утрате стиля явило свой упадочный лик. Но, как нам пишут из Парижа, там нарождается уже новая группа художников, которая устала от всяких кривляний бездарностей и ищет новых путей, опираясь на основы лучших творцов всех веков. Конечно, грядущая великая эпоха должна дать и новое искусство. Это новое искусство уже явлено в творениях Н.К., и потому у него столько завистников. Так, можно ждать и возвращения Скрябина, который будет иметь в своем распоряжении более широкие возможности для выявления своей гениальности*. Многим талантам суждено вернуться и дать расцвет новой эпохи. Можно думать, что смысл нынешних войн в том, что они принесут великие перемены и очищения по всему лику Земли. Так, наши дети и внуки увидят небывалый подъем и расцвет науки и искусства. Пройдут тяжкие годы переустройства Мира, и свобода творчества и строительства с утроенной силою проявится в новых поколениях. Как давно было Сказано, что все события послужат лишь на пользу... и даже посредственный наблюдатель может уже видеть это.
Привожу Беседу, которую очень люблю.
"У[русвати] знает, что мера труда на общее благо есть
мерило деятеля. К этой истине вспомним бесхитростную повесть древней Индии. "На окраине деревни поселился неизвестный человек. Пришелец заметил, что поселяне пользуются вредной водой из мутного протока. Он начал рыть колодец. Место было избрано удачно, и подземный родник наполнил водоем. Но злые соседи вместо признательности шептали: "Не для нас пришелец так потрудился. Он для себя открыл этот родник". Пришелец сказал: "В таком случае, буду для себя носить воду издалека". Тогда соседи выдумали новую клевету, что вода колодца отравлена или очарована, чтобы погубить все селение. Тогда пришелец навсегда покинул это злое место. Люди избегали водоем, но скот пил вытекавшую воду и начал тучнеть. Через долгое время одна больная девочка, мучимая жаждою, напилась из водоема и скоро выздоровела. Так подрастающее поколение забыло об измышлении и открыло целебность источника. Пришелец оклеветанный стал святым, и о нем слагались предания. Но чтобы превратиться из отравителя в святого, потребовалось целое поколение. Можно видеть, как народная совесть судит о трудах на общее благо. Мыслитель знал подобную повесть из жизни Эллады, но там вместо колодца речь шла о посадке дерева. "Каждый народ знает несправедливых судей и верное народное признание"".
И еще: "У[русвати] знает, как прекрасно излучение чувства доверия. Из скал доверия слагается гора верности, которая пребудет украшением Вселенной. В понятии верности сочетаются лучшие основы жизни, там и любовь, и красота, и преданность, и мужество, и мудрость. Верность есть следствие многих разумных существований. Антипод верности - вероломство и предательство, иначе говоря, самый позор человечества. Если такой противник у верности, то она, поистине, есть вершина горы. По антиподу можно представить того, кого преследуют. Верность оценивается как великое сокровище. Космическая Справедливость воздает щедро за верность. Воздаяние приходит в срок. Лишь немногие могут понять это срочное воздаяние. Чтобы понять срок, нужно проявить высокую степень доверия. За такую степень доверия Мы бываем признательны. Обоюдная признательность есть ключ к гармонии. Это простое утверждение для многих покажется нелепым. В таких сердцах не живут признательность и верность. У[русвати] знает силу этих качеств. Даже в больших трудах они освещают путь жизни. Дико должно быть сердце, не знающее доверия и признательности. Базарные мудрецы усмехаются и пересчитывают, сколько раз они обманули чье-то доверие. Они наполнили свой кошель и возложили на себя тяжкий горб. Пусть лучше человек будет обманут, лишь бы не быть обманщиком. Качество доверия сложит многие преуспеяния. Но пусть это благословенное качество не ждет каких-то необычайных случаев для своего проявления. Каждодневная жизнь дает лучшие возможности явить это отличное качество. Так куется прочная связь с Нами. В одно мгновение можно озариться прекрасным пурпуром излучения доверия. Какая мощная заградительная сеть получается! Мы нередко говорили о друзьях, но нужно лишь иметь в виду верных друзей. Могут быть друзья легкомысленные и неосторожные; и то, и другое происходит от недостатка верности. Когда мы что-то очень ценим, мы и бережем. Так пусть скала доверия и гора верности стоят прочно. Мыслитель говорил: "Пойду на базар, не обманет ли меня кто-то? Обманывающий не знает, что он мне дает пропуск на лучший берег Стикса"".
Наш Верный Страж полюбит эту беседу так же, как и я люблю
ее. В верности столько красоты и благородства, потому-то качество это так редко встречается в жизни.
Еще: "У[русвати] знает, как мало ценят люди расширение сознания. Они уподобляются малым детям, которые за сладкий кусок готовы выучить урок, но без сладостей они не хотят усвоить даже очень существенное. Можно то же самое наблюдать
и среди взрослых - за блаженство рая они готовы кое-что прочесть, но без платы такие поденщики не будут совершенствоваться. Для них недостаточно утешения, что они получают свое сознание. Скажут: "К чему нам какое-то незнакомое сознание, лучше бы увеличить поденную плату". Таким образом, Руководитель оказывается в положении благодетеля, строящего богодельни. Невозможно представить, что лишь самое ничтожное число предано усовершенствованию не за плату, но ради расширения сознания. Пусть каждый постарается вспомнить - много ли в жизни он встретил истинных тружеников познания? Но зато он найдет многих, которые читали Учение Жизни, ставя свои условия вознаграждения. Кто ждал мзду через три года, кто через семь лет, кто через десять лет. Поучительно наблюдать эти тайные договоры, которые должны быть выполнены Руководителем. При этом человек сам назначал плату по своему вкусу, не считаясь с истинным положением. Свои заблуждения и проступки не принимаются в расчет, но зато Руководитель находится под постоянным подозрением - не хочет ли Он удержать плату? Где же суждение о надземном, когда даже земная плата не увеличена? Можно вспомнить многие подобные земные тайные размышления. Мыслитель говорил: "Щит очень ярко вычищен снаружи, но что он прикрывает?""
Обнимаю мою Зиночку и радуюсь бесконечно, что Дедлей так ценит Учение. Именно, лишь такою любовью слагается путь к Башням. Хотелось бы и Джину переслать некоторые Беседы, но кто их переведет? Послала Зиночке второй экземпляр перевода второй книги "Л[исты] С[ада] М[ории]", надеюсь, что все это дошло. Можно было бы дать и Джину прочесть этот перевод. Получили ли последние страницы "Аум"? Они были отосланы по адресу Инге. Прошу Зиночку поцеловать от меня Катрин и Инге. Давно не имеем известий от них, ибо Светик сейчас в отсутствии, на юге Индии пишет портрет Махараджи. Бедняга мучается в жаре. Привет сердечный и Софье Михайловне. Итак, проявим великое мужество и бережность в трудное время, но не так уж долго ждать лучших дней. Еще раз обнимаю и прошу, несмотря ни на что, хранить великое доверие.
Сердцем и духом,
Е.Рерих.
24.XI.40
Родная моя Зиночка, сердце мое шлет горячий привет и чует
оно всю преданность, которая живет в сердцах Зин[ы] и Дедлея. Родные мои, знаю, что преданность эта засияет скоро и великою признательностью.
Новые друзья подойдут, друзья хорошие, которые помогут
делам. Недолго уже ждать. Но нельзя прекращать дела и действия наши, ибо, как говорится "под лежачий камень вода не течет". Именно, Помощь может быть приложена лишь к действию. Прекрасная Беседа имеется о том в "Надземном".
На днях получили Совет от В[еликого] Вл[адыки] подать
дело Джаксона на апелляцию, и тотчас же известили Вас срочно. Понимаю, что нельзя прекращать, иначе как приложится Помощь! Родные наши, прошу Вас кровью сердца выполнить этот Совет и нашу просьбу. Астрология утверждает приближение лучших космических токов, которые несут ободрение и победу высших лучей. Справедливость будет восстановлена, и потерянное будет возвращено.
Родной мой Верный Страж, еще некоторое усилие и краткое терпение и многое улучшится. Сердце мое говорит сердцу Вашему, родные, знаю, что донесете чашу нерасплесканной. Обережем преданность, это редчайшее и наиблагороднейшее чувство, от болота обывательщины, охранимся от "благоразумия"
житейских мудрецов. Лишь энтузиасты творили историю и созидали памятники нерукотворные. Пройдем этим путем. Сохраним нашу веру, нашу чудесную веру до конца. Радость будет наша и свяжет нас узами тончайшими на все времена. Сердцем обнимаю и верю в Вас.
С любовью,
Е.Рерих.
24.XII.40
Родная Зиночка, вчера получили два письма от 7-го и 10-го нояб[ря], а сегодня дошли и две книги "Аум". Радость была большая. Видимость книги превосходна, но особенно приветствую четкость печати. Спасибо Вам, родные, проявившим и труд, и заботу о выходе столь нужной книги. Значение выхода этой книги велико. Но, как говорит В[ладыка], еще было бы лучше, если бы книга эта вышла в 38-ом году. Но сами знаете, сколько всяких трудностей пришлось преобороть, чтобы книга эта вышла в свет.
Выход этой книги имеет также то значение, что, вопреки нашептываниям клеветников, она ярко свидетельствует о непрекращающемся Источнике Учения. Ведь клеветникам-апостатам так хотелось бы дать всем понять, что книги прекратились с их отходом. Книга эта - большой козырь в Ваших руках, храните его и старайтесь шире распространить книгу. Сколько экземпляров было дано Стоу? Ведь он, кажется, сделал большой взнос. Следует послать по одному экземпляру Брэгдону и Сане Муромц[евой]. Неплохо было бы, если кто-либо послал эту книгу и апостатам в назидание. Воображаю их негодование!
Сейчас пришла телеграмма от Катрин. Доктора советуют ей удалить желчный пузырь и заодно аппендикс, ручаются, что она будет прекрасно чувствовать себя после операции. Нас это очень огорчило, хотя мы давно знали, что печень ее далеко не в удовлетворительном состоянии. Посоветовавшись с В[еликим] В[ладыкой], мы протелеграфировали ей, что операция возможна и что сама она будет охранена. Зная ее серьезное недомогание, мы избегали слишком обременять ее всякими указаниями. Да, Рок давно была указана как вреднейшая личность. Писать Стоу мы не можем, ибо на несколько писем не имеем ответа, неужели они не доходили до него? Приходится воздерживаться от каких-либо советов ему. Но думаю, что теперь, после выхода книги, если бы Зиночка сама повидала его и сердечно поговорила с ним обо всем положении, он лучше усвоил бы многое.
Относительно дела Джаксона мы телеграфировали Вам и
сообщили наши предложения. Совет остается все тот же - тянуть все дела насколько возможно, не заканчивать их и прерывать, когда надо, давность, чтобы оставалась возможность снова начать их. Относительно дела манускриптов, мы в конце ноября или же в начале декабря телеграфировали Катрин, чтобы она тоже не подымала его сейчас, но держала бы его насколько возможно in suspension. И сейчас на ее запрос об этом деле и необходимости моей evidence мы пояснили ей письмом, что evidence эта была готова, но осталась без подписи местного магистрата, ибо Плаут допустил какие-то неправильности в формальностях, и бумаги его были возвращены ему пенджабским правительством. С тех пор, к нашему удивлению, мы ничего о них не слышали. Но ввиду многих новых обстоятельств Совет - не начинать сейчас этого дела, но отложить насколько возможно и никаких экзаменовок-допросов черной не производить. Надеюсь, что адвокат поймет и сумеет выполнить это наше желание. Самое верное дело в руках бездарных или беспринципных адвокатов может быть проиграно, потому лучше воздержаться в этом случае от их услуг, пока не явится возможность получить яркого и сильного защитника.
Теперь с особою радостью спешу сообщить моей Зиночке, что
В[еликий] В[ладыка] утверждает ее ловить момент трудного условия для мошенников. Потому нужно прислушиваться ко всему происходящему на периферии деятельности этих мошенников. Может явиться новая возможность выявить их истинный лик, ибо В[еликий] В[ладыка] сам будет являть много действий в Ам[ерике]. Мошенники не охранены своим главным покровителем, ибо он имеет много грозных и решительных битв, а местный покровитель их может сам оказаться на одной скамье с ними. Давно было Указано о раскрытии мошенничества и что это поможет и нашим делам. Утраченное вернется. Итак, наш Верный Страж усилит свой дозор. Но в этом и Трудный Человечек мог бы очень помочь, у нее много знакомых, через которых она могла бы услышать многое. Итак, явим новую охрану делам. Время грозное скоро будет явлено мошенникам. Грозная мера наказания будет явлена, мерзавцы будут ярко выявлены. Сердце полно торжественной радости, ибо высшая справедливость будет явлена. Употребите эти месяцы на дозор. Многое можете услышать. Вознесение бывает перед падением.
Знаем об успехе выставки Святослава в Америке. Он
серьезно собирается ехать в Америку. Также имели известие, что Мэри думает ехать на родину в 42-ом году. Пожелаем всякого успеха выставке Святослава в Чикаго. Нас это известие очень порадовало.
Следующая книга, назначенная к выходу, - "Community".
Размером она в половину "Аум". Когда есть свободное время, займитесь исправлением ее перевода. Ведь Вам было послано две версии перевода. Доверяю исправление перевода Зиночке и Дедлею. Посылать мне исправленные страницы сейчас немыслимо, потому в случае недоумения можно посоветоваться с Форманом, он недурно понимает русск[ий] язык. Хотелось бы, чтобы книга эта вышла никак не позже начала 42-го года. Может быть, можно будет собрать средства на это предварительной подпиской. Думаю, что друзья охотно откликнутся ввиду успеха "Аум". В[еликий] В[ладыка] говорит, что будет и второе издание "Аум".
Очень рада, что Зиночка нашла у себя недостающие
параграфы из "Надземного". Жаль только из-за этой якобы пропажи пришлось приостановить дальнейшую посылку, а сейчас не знаю, как смогу дослать следующие страницы. Может быть, удастся получить особое разрешение.
Последнее письмо Зиночки со статьей о Серове дошло до нас через четыре месяца, а другое, со статьями Н.К., видимо, пропало.
Итак, будем радоваться уже близким подвижкам в наших
делах. Пусть Зиночка хранит это для себя.
Из "Надземного" придется изъять все параграфы, касающиеся жизни Великого Путника, и еще некоторые другие. Нумерацию оставим, но вместо содержания поставим точки. Но печатать ее еще рано. Нужно готовить "Community".
Шлем привет молодым друзьям. Пусть продолжают хранить
свой энтузиазм, ибо лишь энтузиазмом слагались великие дела. Пусть выпишут себе из Учения все, что Сказано о преданности и устремленности, и часто перечитывают эти строки. Преданность и устремленность - два величайших рычага. Но тоже пусть не забудут отметить себе и ужас сомнения, и все его последствия. Пусть научатся любить Учение без каких-либо ожиданий особых благ и облегчений на жизненном пути. Лишь ничтожности имеют легкий путь. Жизнь, богатая испытаниями, несущими расширение сознания, должна быть приветствована, ибо это и есть кратчайший путь к высокому Сотрудничеству. Если в истории мы отберем труднейшие жизни, будьте уверены, что эти подвиги совершались Великими Братьями Человечества. Если хотят, пусть назовут свою группу "Roerich Center". Сейчас мы совершенно отрезаны от всех наших корреспондентов. По-прежнему не имеем никаких сведений ни из Парижа, ни из других мест. Если будете писать Гаральду, сообщите ему, что с июня не имели ничего от
них, кроме одной телеграммы о возможной ликвидации их общества.
Не может ли Зиночка узнать, получил ли Гартнер, муж
Клайд, том моих писем? Также и Саночка должна была получить оба тома, но она никогда не извещает меня о получении ею книг вообще. Может быть Зиночка спросит ее. На днях будем писать ей, давно ничего не имеем от них. Живется им, вероятно, нелегко, ведь годы И[льи] Эм[мануиловича] не малы. Как здоровье Соф[ьи] Мих[айловны]? Как она радуется, должно быть, счастью Зиночки! Пусть Зиночка не тревожится о своей руке, но, конечно, нужна бережность. Принимала ли Зиночка нукс­вомику, мне она очень помогает, ибо это средство сильно укрепляет нервную систему. Сейчас Н.К. немного лучше, но все еще на диете и очень похудел. У меня же установились хронические перебои сердца, и тоже сижу на трудной диете. Есть я не хочу и могу обходиться ничтожным количеством пищи, но я лишена всякой влаги, ни чая, ни воды, только теплое молоко, а жажда сейчас велика, да и молока ограниченное количество, не больше двух чашек в день. Но должна признаться, что чувствую себя немного крепче. Много помогает и погода, у нас наступили холода, в комнате не больше семи градусов Цельсия. Итак, родные наши, берегите здоровье и любите друг друга. Шлю Вам всю любовь и веру в Вас. Дойдем до сужденного будущего.
Всем сердцем,
Е.Рерих
Очень прошу переслать по одной книге "Аум" миссис Алис
Вэйли, она больше других способствовала распространению книг.
2.I.41
Родная и любимая Зиночка, сказать не могу, как огорчает
меня ее недомогание. Знаю, как мучительны всякие невралгии. Но опять спрошу: принимает ли Зиночка указанную тинктуру нукс-вомика? На меня она действует превосходно, и я продолжаю принимать ее три раза в год по два месяца подряд и более. Доза от 12-ти капель два или три раза в день за едою. Но я принимала даже по 18-ти капель. Но очень прошу изъять из употребления консервы; самая простая пища - самая чистая и самая здоровая. Моя пища совершенно упростилась.
Родная моя Зиночка, нужно беречь себя, принимая все наставления, данные в "Живой Этике", ведь там указана лучшая профилактика тела и духа. Наш Верный Страж так нужен для охраны дел. Совершенно необходимо оберечь и охранить все наши документы; так, письмо ликвидации "loans" от 24-го года д'олжно хранить как зеницу ока. Возмущена до глубины души потерею нашими адвокатами важных документов, это уже не только простая небрежность, но преступная, если только не просто разбой. Все эти документы в очень близком будущем потребуются нам. Также не могу согласиться ни на какой обмен писем Альмы на манускрипты и "некоторые" картины - страшный вред может получиться. Пусть Зиночка передаст это Катрин и Альме. Сказано - мы ждем справедливости. Можно напомнить адвокатам Стерн, что и у меня имеются письма Глина и его фотография с ярким посвящением. Когда придет время, можно будет представить их. Оригинал одного письма Глина ко мне был переслан Катрин, мне очень хотелось бы, чтобы она передала его на хранение Дедлею. Буду писать ей об этом. Верный Страж не должен отказываться от хранения документов. Это высшее доверие. Милый Дедлей и в этом может помочь. Правильно чувство его, и скоро предатели сядут на скамью подсудимых. Так, Древняя Книга говорит: "Минута Моя бережет лучшее свое явление, но чую уже шаги новых событий". Также астрологически указано - много событий идет на родине англосаксов и
американцев. В Америке явится скоро новый вождь, который будет вреден предателям. Многое произойдет к новому утверждению дня found. Родные наши, воспряньте духом и дружно и радостно продолжайте трудиться на ниве истинной культуры, культуры духа. Радуемся, что книга "Аум" широко расходится. Надеюсь, это даст возможность издать "Общ[ину]". Она будет очень нужна. Радует меня, что астрологические знаки не указывают на вступление Америки в европейскую войну, но все же она избрала путь труднейший. Но Вам, родные, ничто не грозит. Пусть и Джин не печалуется, все будет так, как нужно. Часто думаем о всех близких сотрудниках и радуемся многому. Изумительно складывается Карма, и тогда, как близорукие думают, что все потеряно, на стороне встают новые знаки, грозные-прегрозные для противников. Явим доверие в Высшую Справедливость и утвердимся в неизменности Высших Предначертаний. Родные, сердце полно радостной торжественности, победа в делах наших будет явлена скоро, очень скоро и неожиданно.
Придет время и Трудный Человечек придет с повинной, но
как грустно такое явление! Сколько будет уже утрачено, и безвозвратно. Но прошу Вас, родные, насколько возможно, соблюдайте с нею корректные отношения, она может очень вредить. Тревожит меня здоровье Катрин, но надеемся, что все обойдется. Конечно, всякая помощь будет оказана ей. Именно из-за ее нездоровья мне не хотелось обременять ее. Она телеграфировала, что выставка Святослава будет в Чикаго в январе, но не дала имени галереи; также возможна выставка и в Нью-Йорке.
Приписанные Дедлеем строки в письме Зиночки очень тронули меня. Пусть хранит эти проблески чувствознания. Да, тяжкое время есть лишь преддверие к великой радости. Пусть и Джин не слишком огорчается, многое изменится.
Родные наши, будем в радости ожидать светлого будущего. Привет сердечный С[офье] М[ихайловне] и всем друзьям. Обнимаю крепко мою Зиночку и знаю, что Зиночка и Дедлей - наши верные Стражи и донесут все доверенное.
Радость, радость, радость!
Всем сердцем,
Е.Р.
20.I.41
Родные мои Зиночка и Дедлей, глубоко тронула нас
проявленная Вами обоими любовь и преданность делам. Именно, такая настойчивость, какую проявили Дедлей и Зиночка при выполнении Совета, данного в нашей телеграмме, обеспечивает будущее радостное строительство. Время сейчас такое грозное, и нужно особенно точно и неотложно выполнять Советы. Так, достигнутая отсрочка даже на два месяца уже имеет большое значение. Можно утверждать, что подойдет скоро новое обстоятельство. Также Совет хранить дружественные отношения с Катрин и Инге. Бедняжка Катрин имела очень серьезную операцию, заболевание ее тяжкое, и ей нужно быть очень осторожной. Конечно, не говорите ей этого, но сердце мое не спокойно за нее. Зиночка поправится, но нужно всеми мерами избегать переутомления руки. Также, родные, прошу Вас проявить самую большую бережность к хранению книг "Живой Этики" и всяких документов. Так, например, перевод третьей книги с добавлениями из рижского издания был послан Зиночке еще до начала войны, также как и перевод первой части "М[ира] Огн[енного]" был послан Катрин. Возможно, что Катрин одолжила его Эми на прочтение. Попросите его у нее, ибо Совет дан переводить именно эту книгу. Должен быть у Вас также и перевод второй книги "Озарение", только не помню сейчас, на чей адрес послал его Влад[имир] Анат[ольевич] - на Ваш или на
адрес Катрин. Теперь у меня большая просьба к Зиночке - досмотреть, чтобы книги Учения и последняя "А[ум]" не посылались бы на запросы из Индии. Думаю, что Зиночка сумеет выполнить эту мою просьбу. Родные наши, насколько возможно, сохраняйте добрые отношения со всеми сотрудниками. Будьте терпимы и помните, что каждый сотрудник неизбежно приносит и пользу, и вред. Часто отпадающие сотрудники могут наносить жестокие удары, и приходится прилагать много дозора и терпимости, чтобы хотя бы отчасти нейтрализовать зло, ими наносимое. Но и добрые сотрудники могут иногда наносить вред необдуманными поступками. Сложна Карма, связывающая сотрудников! Иногда лучшее следствие и даже спасение дела может неожиданно прийти от самого тяжкого сотрудника, он может явиться косвенным фактором, но все же без него это следствие не произошло бы. Сложны пути Кармы, и лишь надземные очи разбираются в этих узлах. Потому не мудро рвать все нити, можно лишь не насиловать действия отходящего сотрудника. Не устанем повторять о дружелюбии ко всем людям. Также, родные, не замкнитесь в тесный круг вновь подходящих и не теряйте контакта и с другими слоями общества, не забывайте старых друзей. Что Стоу? Очень распознавайте сущность подходящих к Живой Этике, не доверяйте чрезмерно их порывам. К чему привели даже многолетние порывы белокурой и ее соучастников? Не давайте им больше того, что есть в книгах. Поощрять следует, но очень следите за их привычками и отношением к так называемым житейским обиходным явлениям. Смотрите людей в будни, а не в праздник духа. Много читающих и восторгающихся, но где они, истинно усвоившие прочитанное и прилагающие его к своей жизни? Так, усвоение понятия сотрудничества не в устроении общежития, но, прежде всего, в условии и приобретении постоянного действенного дружелюбия. Дружелюбие - сезам от всех врат. Скажите Вашим молодым друзьям, чтобы они научились быть ярыми в добре. Равновесие земное нарушено именно потому, что люди не научились быть столь же ярыми в добре, сколь темные во зле. Темные злые яры, добрые же и просвещенные - теплы и равнодушны. Пусть не боятся возжигать огонь возмущения перед каждою творимою несправедливостью. Если люди перестанут противиться злу, то хаос захлестнет их. Много вреда принесло искажение слов Христа о равновесии, которое было истолковано как разлагающее непротивление злу. Так, родная Зиночка, давая советы и поучения приходящим, укажет им на необходимость развивать в себе благожелательство к людям, но пусть будут яры в добре. Родная моя Зиночка, нет слов выразить мою признательность
за готовность все принести на дела, но, родная, храните каждую копейку и не трогайте Вашего маленького фонда, он будет нужен и Вам. Именно, невозможно отдать его акулам. Также к концу года можно ожидать поражения черных предателей. Так что, видите, не так уж долго ждать. Храните мужество, бодрость и великое доверие в Высшую Справедливость. Счастлива слышать о приливах радости, которые Вам с Дедлеем знакомы, - это голос чувствознания. Мы тоже знаем эти приливы мощной радости, несмотря на грозное время, но скоро и конец этому тяжелому времени, и мы сможем свидеться.
Всем сердцем, со всею любовью,
Е.Р.
3.II.41
Родные наши, сейчас получилось письмо Ваше от 6-го - 9-го янв[аря], дошедшее, как видите, по нынешним временам чрезвычайно быстро. Вы пишете, что получили сразу письма наши от 30-го сент[ября], 9-го, 15-го и 24-го нояб[ря], а в предыдущем Вы писали о получении наших писем от 10-го и 20-го окт[ября], значит, Вы, по-видимому, не получили наши письма от октября 30-го. При такой иррегулярной доставке писем
должны в делах получаться большие и прискорбные недоразумения.
Теперь можем Вам сообщить еще более печальный факт. Ваша телеграмма от 9-го янв[яря] нам была доставлена лишь двадцать девятого января, уже после двух Ваших телеграмм от 22-го янв[аря] и 27-го янв[аря]. На две последние телеграммы мы немедленно ответили последовательно двумя телеграммами, из которых одна, последняя, была даже "экспресс", но по Вашей последней телеграмме от 29-го янв[аря] мы видим, что наши ответы Вами были получены слишком поздно, хотя мы и отвечали на Ваши телеграммы немедленно же. До сих пор никогда не было, чтобы телеграмма из Америки шла двадцать дней! Со своей стороны, мы делаем расследование, а Вы, с Вашей стороны, пожалуйста, храните квитанции от телеграмм и в особенности от 9-го янв[аря], которая была доставлена нам лишь 29-го янв[аря]. Спросите у юристов, кто же отвечает за такую задержку в телеграмме, задержка которой, по-видимому, Вам обошлась в 2300 долларов! Все адвокаты и прочие лица, которые не принимают во внимание небывалую иррегулярность почтовых сношений, должны же, наконец, понять, насколько затруднены деловые сношения и какое большое время нужно давать на оборот! Потому отложение на 60 дней совершенно не отвечало существующим условиям. Послали Вам последнюю телеграмму от 29-го января экспрессом ввиду новых обстоятельств. Все-таки странно, что Гул. сразу подметил два важных обстоятельства в неправильном решении, неужели же другие настолько небрежны и не хотят использовать лучшие данные?! Имейте в виду, что Вашу последнюю телеграмму от 29-го янв[аря] мы получили здесь 30­го янв[аря] и не знаем, успела ли дойти вовремя наша экспресс-телеграмма, посланная отсюда 29-го янв[аря]? Сверьте Ваши и наши телеграммы и сопоставьте их в последовательности. Родные наши, нас глубоко тронули и порадовали Ваши
последние письма. Сколько истинной преданности звучит во всех Ваших вестях. Друг наш очень ценит Вашу верность и просил Вам это передать. Как удачно Зина устроила выставку Святослава в Чикаго. Нужно надеяться, что отношения с Третьяковым выльются вообще в доброе сотрудничество. Наверное, в пути находится письмо Зины с описанием открытия выставки и всех возникающих возможностей. Будем надеяться, что если и не на самой выставке, то после нее Третьякову удастся устроить продажу или заказы на портреты, ибо именно Уатсон отмечал его [Святослава] исключительное дарование как портретиста. Хорошо, что отношения Ваши с Катрин и Инге опять улучшились. Святослав продолжает верить в возможности и
исполнительность Трудного Человечка, потому я посоветовала Катрин предложить Трудному Человечку устроить его выставку в Южн[ой] Америке и предоставить все необходимые "демарши" ей одной. Пусть она выявит, что она может сделать, не будем в это вмешиваться. Причем, предложение об этой выставке должно идти не от меня, но от Катрин. Увидим. Не думаете ли Вы, что ввиду деятельного участия Дедлея во всех делах С[офья] М[ихайловна] могла бы передать ему свою share Музея? Впрочем, это должно быть обставлено юридически, и Вам виднее на месте, какою процедурою это можно сделать. Милый Дедлей, он так во всем близок, и, конечно, хотелось бы видеть его полным участником во всем.
У нас находится целая серия присланных Вами томов
судебной процедуры, не нужны ли будут Вам эти тома? В обратном письме ответьте определенно на этот вопрос. Если они Вам нужны или полезны, будем пытаться переслать их Вам вместе с архивом "Flamma". Интересно будет получить газетные отзывы
о выставке Святослава, было ли что в "Рассвете"? Здесь все по-прежнему, печатаются статьи и книги о нашем искусстве - очень хорошие статьи. Святослав приедет к Вам скоро. Все живет и движется, чуем, идут большие события, которые помогут и Вашим делам. Убеждены, что грабители скоро почувствуют Руку
Справедливости. Будете писать Джину, передайте ему и его семье наш самый сердечный привет, какие они славные люди, ценим их верность. Это ценнейшее и редчайшее качество, которое охранит и оградит от многого. Морис писал, жалуясь, что в малом месте ему трудно доставать уроки. С самого начала мы писали ему, что Санта-Фе не может способствовать развитию дела. Косность в маленьких местах велика. Пишем это письмо, как всегда, вместе и вместе же посылаем Вам и всем друзьям наши лучшие мысли и пожелания. Счастливы, что рука [Зины] прошла и Катрин удачно поправляется, ей нужно очень беречься. Передайте ей и Инге нашу сердечную любовь. Крепко обнимаем Вас и Дедлея. Привет сердца С[офье] Мих[айловне]. Радость впереди. Много радости впереди.
Всем сердцем с Вами,
Е.Рерих.
17.II.41
Родные наши, по обыкновению предыдущее письмо Зиночки
пришло раньше, нежели последующее, которое было написано перед отъездом в Чикаго. Наверное, в пути находится сообщение о впечатлениях этой выставки. Ведь удалось повидать интересных и для настоящего и для будущего людей. Так давно уже прервались всякие сношения с Чикаго, и за эти годы подросло целое новое поколение деятелей. Невольно опять вспоминаем, как нужны связи с молодыми и начинающими, чтобы получилось крепкое сотрудничество для будущего. Интересно, вернул ли Плаут недостающие бумаги. Было бы недопустимо, если бы он забрал деньги и растерял нужный материал, в других странах за это судят. Странно, что, судя по Вашим письмам, Давид, относится так безразлично к поступкам Плаута. Вообще, многое остается странным, и в том числе непонятно, почему соображения Гул., по-видимому, слабо воспринимаются Джаксоном? На днях мы перебирали меморандумы, в свое время посылавшиеся Плауту. Их было целых семь, и сколько в них было ценных и любопытных соображений. Даже странно подумать, чтобы все эти резонные соображения не могли быть полезно использованы. Вообще непонятно, что адвокаты оказались настолько ограниченны, что не умели воспользоваться самыми интересными и живыми фактами. Также остается непонятным, почему письма Альмы остались без употребления. На днях нами получено очень милое письмо от биософа Франсис - [г-на] Мерчэнда по поводу прочтения им "Аум". Передайте ему и всем его друзьям наш привет и поясните, почему мы сейчас сами не пишем. То же самое скажите и Брэгдону, и Шраку, и Стоу, и всем, чтобы они не удивлялись нашему молчанию. Была и карточка от Гребенщикова. Местная почта тоже, подражая заграничной, пришла в расстройство. Так, письмо от Лагора вместо обычных двух дней приходит к нам через две, а иногда и три недели. Можете себе представить, как это отражается на всем. Вы, может быть, уже получили наше письмо, разъясняющее, что Ваша деловая телеграмма, посланная Вами 9-го янв[аря], была нам доставлена 29-го янв[аря]. Вы сами знаете последствия этого. Храните эти квитанции телеграмм и заказных писем. Вы пишете о сердечных отношениях с Катрин и Инге - это нас крайне радует. Из телеграмм мы понимаем, что операция прошла успешно и Катрин уже дома, но письма от нее или от Инге еще не было, а так хотелось бы знать все подробности. Дошли ли до Вас два экземпляра англ[ийской] монографии, посланные Маном? Как жаль, что Вы не имели больше экземпляров из Риги. У нас остается лишь один экземпляр. Вполне понятно, что без газетной рекламы такая книга могла идти лишь постепенно, и потому некоторый запас свободных экземпляров был чрезвычайно нужен. Больше их достать нельзя. Также и из прежних изданий Музея и [Agni Yoga] Press тоже необходимо Вам
иметь на всякий случай свободные экземпляры. Удивительно, что дело Франсис с печатником, по-видимому, надолго повисло в пространстве. Странно, почему одно дело может быть бессрочно откладываемо, а другие почему-то спешат. Думается, что во всем какие-то особые воздействия, но неужели адвокаты работают на две стороны и не находят поводов для отсрочек? Вообще, так многое остается таинственно непонятно. Но, может быть, эти тайные воздействия и темные махинации скоро обнаружатся во всем своем безобразии. Интересно бы Вам знать, что именно происходит в той Школе и в том Музее. Вы пишете, что даже каталог Школы не издан - из этого можно понять, что Школа вообще перестала действовать или обратилась во что-то иное. Мы почему-то перестали получать воскресный "Таймс",
хотя Святослав говорил, что подписка была на два года, ибо в свое время Катрин и Дедлей внесли плату двойную, и она была зачтена на два года. Там иногда бывали сведения о выставках в том музее, а может быть, сейчас и выставки эти превратились во что-то иное. Прилагаем наш Привет к Памятному Дню*, пусть согреет Ваши милые сердца, и мы будем светло думать о Вас всех.
Родные мои, всем сердцем верю, что этот День будет
радостным, ибо очень его жду. Прошу мою Зиночку явить самую большую бережность к книге "Надземное" и никому не давать ее читать на дом. Конечно, многое из имеющегося у Вас материала будет разделено на две книги. Храните все документы, все наши письма, они очень и очень понадобятся. Н.К. работает как никогда, и здоровье его немного лучше, я же сижу на молочной диете из-за перебоев в сердце. Несмотря на тяжкие события, большая радость и торжественность живут во мне. Свят[ослав] сейчас на юге Индии с выставкой, очень собирается к отъезду. Не понимаю, что происходит с copyright'ом на последнюю книгу. Если необходимо знать имя переводчика, то, родные, Вы сами должны решить, как лучше сделать это. Ведь трудились над этим переводом трое, потому, если хотите, можно иметь все три имени или одно - как по обстоятельствам лучше. Переводить можете первую часть "М[ира] Огн[енного]", как я уже писала, она сейчас больше ко времени. И Свет[ик] может Вам помочь в сохранении правильности смысла. Как радостна будет работа с такими сотрудниками, как Дедлей и моя Зиночка, Катрин и Инге. Привет сердца и Джину, пусть не огорчается, все придет, трудные времена переживем. Как здоровье С[офьи] Мих[айловны]? Привет душевный и ей. Она может быть спокойна за мою Зиночку. Скоро будем вспоминать трудное время и радоваться, что оно многому нас научило и обернулось на пользу великую.
Обнимаю всех Вас, живите дружно, все будет лучше, чем
можно было ожидать. Преданность оградит от всего. С любовью, Е.Р.
13.III.41
Родные наши, сейчас пришли письма Зиночки от 23-29-го янв[аря]. Они представляют целую горестную страницу нынешнего положения человеческой морали. Наверное, Вы сохраняете копии этих писем, и они являются целым томом повести о вопиющей несправедливости и злонамеренности. Будем хранить и Ваши слова, и слова Джаксона, наконец признавшего, что какая-то темная рука действует пресекающе во всех фазах этого дела; мы-то все давно это знаем, но очень важно, что и сторонний наблюдатель отмечает это позорное обстоятельство. Даже Гул., при поверхностном ознакомлении с делом, в письме своем к Вам определенно указал пункты явного несправедливого решения. Наверное, и Джаксон, кроме этих пунктов, найдет еще многие, которые сделают его appeal ярким и неотразимым. Конечно, для бандитской темной руки не существуют никакие законные доводы. Тьма хочет пресечь и разрушить культурное дело и, как видим,
не останавливается ни перед какими действиями. Очень жаль, что в истории культуры останется такая вопиющая страница вандализма и несправедливости. Никакие темные руки не смогут ее стереть, ибо живы свидетели этого безнравственного вандализма и гангстеризма. Гангстеры могут думать, что им удастся долго укрываться и прятаться за ширму разных аппаратов. Хорошо делаете, что пишете меморандум всего дела, чтобы все потрясающие детали были запечатлены. Конечно, Вы помяните добрым словом и того справедливого судью, который счел своим долгом поднять голос за правду и не испугавшегося закулисных телефонов. Также помянете и другого судью, который был возмущен вторжением в дело таинственных покровителей. В меморандуме должны быть выявлены как мрачные гангстеры, так и те немногие честные деятели, которые встали за правду. Вы хорошо делаете, что составляете этот меморандум по частям, спеша внести в него все, что еще свежо в памяти. Храните весь архив, все посланное нами, копий у нас не осталось. Никогда не знаете, какая подробность окажется существенной. Часто кажущаяся незначительной, подробность может явиться ключом к наиболее важному.
Преданность Ваша в защите культурных дел навсегда
останется памятником несломимого мужества в борьбе против мрачных сил тьмы. Гангстеры окопались на золотом основании, и тем труднее честной бедности бороться за правду. Правильно поступаете, имея глаз за всякою деятельностью мошенников, многое может неожиданно обнаружиться. Также следите и за прессою и записывайте и отрицательных и положительных авторов. Можно будет найти нити связи с гангстерами. Нет ли каких-либо новых предположений о реализации картин, находящихся в Академии, чтобы покрыть Ваши расходы? Безмерно тронуты Вашим сердечнопреданным отношением, Ваш пример должен дать силу всем утесненным не утратить веру в лучшее будущее человечества.
В английском журнале "Post", в рождественском номере, архиепископ йоркский говорит: "Сам я думаю, что после этой войны у нас должна произойти моральная революция или же революция насилия... Если мы намерены на практике любить своих ближних как самих себя - мы должны очистить трущобы и предоставить всем достойное жилье за плату, доступную каждому... Необходимо покончить с недоеданием с помощью системы дотаций семьям. Надо установить равенство в условиях получения образования, а угрозу безработицы необходимо смягчить".* Конечно, в эти правильные суждения должно быть включено и слово о справедливости, именно нужно возрождение моральное, если мы хотим избежать революций насилия. Мы уже писали Вам, что теперь нужно переводить первую часть "Мира Огн[енного]", третью же книгу пока отложите. Отрадно слышать
о том, как расходится "Аум". Вы спрашиваете о годе на книгах. Он должен быть сохранен тот же, что и на оригинальном издании. Большую ошибку допускала Франсис, ставя на книге год выхода перевода. Конечно, не трогайте Формана, если он, по Вашему мнению, занят чем-то другим. Перевод последней книги всеми одобряется. Очень хорошо, если Вы получили две монографии от Гаральда, может быть, выпишите от него и еще, ибо спрос на такую книгу всегда может появляться неожиданно. Напишите, когда именно дойдут к Вам две монографии, посланные отсюда Маном? Интересно знать, сколько времени берет посылка. Отсюда с Г.Г. нет никакой возможности снестись. Вы пишете о Бартлете, но, вероятно, Вы имеете в виду Барнета Конлана? Напишите, правильна ли наша догадка, и это лишь описка? Вообще, вопрос почты, как и Вы замечаете, совершенно иррегулярен, и если письмо воздушное приходит через шесть недель, то считаем это максимумом скорости. Так что на оборот письма приходится класть не менее четырех месяцев.
Рады слышать, что выставка будет у Дюран Рюэля, ибо эта
фирма первоклассная. Конечно, в Нью-Йорке могут быть выпады,
инспирированные апостатами. Цены должны быть подвижными, и хороший покупатель может рассчитывать на уступку.
Да будут добрые мысли. Привет сердечный всем друзьям,
лучшие мысли наши с Вами. Родные мои Зиночка и Дедлей, крепко обнимаю Вас и радуюсь безмерно Вашей твердости и преданности. Апрель всегда был счастливым месяцем, пусть будет таким и в этом году для наших дел. Что Катрин и Инге?
Е. и Н. Рерих
19.III.41
Родные наши, письмо Ваше от 5-7-го фев[раля] и телеграмма
о деле Джаксона лишь еще раз доказывают, насколько деятельны темные руки. Прямо можно удивляться этой ярости темных действий. А то, что Вы пишете о "курсе мистицизма", еще более добавляет мрачной уродливости всему происходящему. Еще раз можно убеждаться, насколько необходим дозор за мрачными деятелями. Пожалуйста, продолжайте и углубляйте его во всех доступных направлениях. Вы сами убедитесь, насколько необходима будет такая зоркость. Нормально рассуждая, положение ста вещей, составляющих собственность Катрин, совершенно ясно и неопровержимо. Также точно shares Картинной Корпорации твердо устанавливают преимущества за друзьями. Все это неопровержимо, но для этого нужны какие-то своевременные действия. После друзей еще могут претендовать bondholder'ы, но об этом нечего сейчас и говорить, ибо позиция друзей очень ясна и тверда. Сумеет ли Рок что-либо своевременно сделать? Так же точно и Смит не упустит ли своих лучших возможностей? Например, мы никогда не слыхали, как Смит уладил какие-то формальные промахи, допущенные Плаутом в связи с deposition здесь по делу манускриптов? Если тогда что-то было не соблюдено с чисто формальной стороны, то ведь оно могло быть исправлено, и deposition могла все-таки состояться. Если же deposition по формальным причинам не состоялась, то не произведет ли это где-то неприятное понижающее впечатление? Странно, но даже в таком простейшем деле, как манускрипты, видимо, тоже протягивается та же темная рука. Конечно, при новоявленном подложном классе "мистицизма" темным деятелям особенно нужны материалы из манускриптов. Тем более необходимо, чтобы Смит не упустил своих возможностей, - ведь вопрос о deposition опять может быть поднят, а Вы знаете, насколько не следует торопиться. Ведь одни письма берут на полный оборот до пяти месяцев. Впрочем, и этот срок оказывается слишком кратким, ибо сейчас мы получили письмо от прошлого сентября, и уже писали Вам о письме Конлана от 2-го июня прошлого года. Всякие такие сроки приходится принимать во внимание, а Ваша нужнейшая телеграмма от 9-го янв[аря] была нам доставлена лишь 29-го янв[аря]. На наш запрос о причине такой задержки до сих пор нет никакого разъяснения! Неужели Зиночка забыла, что никаких рукописей "Аум" не может быть у захватчиков, ибо они захватили лишь то, что кончалось 3-им февр[аля] 1935-го года. А рукопись "Аум" помечена 36-ым годом. Точно так же, как треть третьей части "М[ира] Огн[енного]" тоже не вошла в захваченные рукописи.
Теперь еще раз о годах, поставленных на книгах. Как мы
уже писали, необходимо сохранять год первого издания книги, иначе пропадает смысл многого в ней сказанного. В свое время Франсис допустила огромную ошибку, поставив год новый при втором издании. Будете готовить, не торопясь, не третью книгу, но первую часть "М[ира] Огн[енного]", сохраняя ее год - 1933-й. Относительно copyright'а является вопрос, каким образом он был дан, а затем через некоторое время все
изменилось? Если нужно американское гражданство для получения copyright'а, то все указанные переводчики являются таковыми, если нужно - их можно переименовать, хотя бы всех. Еще и еще
раз можно пожалеть, что в свое время Стокс так настаивал на Плауте, а сейчас упорствует, как Вы пишете, на Рок. Будем надеяться, что эта неудачная адвокатша не допустит чего-то непоправимого. Право, удивительно видеть, как нечто самое простое, самое ясное и убедительное вдруг начинает покрываться какими-то сложностями, против которых вопиет здравый смысл. Но кривые пути нужны для кривого решения. Иногда приходит в голову, не повидать ли такого честного человека, как О'Маллей, и чисто по-человечески спросить его мнения (если вообще по местным обычаям это допустимо). Чудовищное мошенничество, которому суждено рано или поздно быть раскрытым, должно быть утверждаемо при всех случаях, оно должно держаться на глазах общественного мнения. Каждая гласность, каждая правда укрепляют нашу общую позицию. Жаль, очень жаль, что в свое время друзья не нашли своевременной передачу моего письма Кузен[у], теперь такое письмо уже не по времени, но тогда оно внесло бы новое определенное обстоятельство в историю дела. Грустно, что после стольких лет некоторые милые друзья не понимают, как точно нужно исполнять Указания. Полумеры во всем ужасны. Хорошо, что Вы продолжаете Ваш меморандум; ничего, если он выходит объемистым, сократить всегда можно, но важно не упустить характерные подробности. Ведь подобного дела в истории культуры, в истории искусства еще не бывало, и это обстоятельство нужно поставить во главу меморандума. Милые поборники правды, разыгрывается последняя страница трагедии, но конец будет неожиданным и светлым. Тактика адверза пусть выявит всю гнусность мошенников. Доверие до конца принесет и радость всеобщую. Обнимите от нас Катрин и Инге. Радуюсь, что Вы опять вместе. Сердцем с Вами,
Е.Рерих, Н.Рерих.
27.III.41
Родная моя Зиночка, перебирая наш архив, нашла собранный когда-то Морисом симпозиум мнений об искусстве Н.К. Думаю, что он может пригодиться Вам в Америке, и потому сделала с него копию и посылаю Вам. Полезно знать друзей. Конечно, многие среди поименованных уже перешли в Тонкий Мир, но все же их слово остается авторитетом. Много хороших мнений высказано американцами, и со многими можно было бы Вам возобновить добрые отношения. Никогда не знаете, откуда может получиться наибольшая польза, а сейчас нам нужно быть очень на дозоре, ведь готовится покушение на картины. Знаю, что в конечном итоге Х[оршу] ничего не удастся, но мы не можем оставаться равнодушными зрителями совершаемого неслыханного мошенничества и вандализма. Между решением Высшей Справедливости и ее исполнением протекают многие события, которые могут приблизить или отдалить срок выполнения решения, но само решение непреложно. Так, если бы некоторые друзья передали бы в срок письмо Куз[ену] от Н.К., то многое бы сложилось иначе, и тем друзья помогли бы себе и нам. Но Вы знаете, родные, кто был против этой передачи. Так некоторые люди одной рукой помогают, а другой разрушают, и где те весы, которые взвесят правильно, где был нанесен б'ольший вред или же б'ольшая польза? Часто думающий, что он помог, на самом деле оказывается, что именно он был среди вредителей. Трудно земному сознанию распознать, где враги и где друзья. Но часто повторяемое речение - "ищите ближе" - в нашем и Вашем случае явило всю непреложность свою. Итак, доживем и переживем тяжкий год конца Кали-Юги, но радостно сознавать, что сроки эти приходят к концу. Родные, шлю Вам всю бодрость и веру мою в Вас. Храните здоровье и помните о заповеданной торжественности в дни трудные. Доверие до конца в Высшую
Справедливость перенесет через все пропасти.
Сердцем с Вами,
Е.Рерих
5.IV.41
Родные и любимые, долетело письмо Зины от 23-го
февр[аля]. Главным пунктом его является сообщение о странном предложении Рок о каком-то соглашении с грабителями. Вы поступаете совершенно правильно, противодействуя этим попыткам - устроения новой ловушки. Удивительно подумать, что могут быть хотя бы предположения о каком-то "соглашении", когда явное большинство shares [Картинной] Корпорации находится у друзей. Владея этим большинством голосов, друзья могут предписывать, а вовсе не идти на какие-то соглашения. Особенно любопытно, что идея соглашения исходит от их же адвоката, который, казалось бы, должен защищать именно их интересы, а не заботиться о мошенниках и грабителях. Также Вы совершенно правы, полагая, что никто из трех друзей не может доминировать, но все они находятся в совершенно равном положении. Поэтому, если бы даже один голос, о котором Вы поминали, начал бы малодушничать и колебаться, то остальные два остаются достаточно сильными, впрочем, надо надеяться, что и этот один голос наконец поймет всю странность или, лучше сказать, всю недопустимость предложения своего же адвоката о каком-то нелепом, противоестественном соглашении. Ведь именно в деле shares Картинной Корпорации дело обстоит так ясно и прочно, и потому никакие увертки адвокатов не уместны. Очень хорошо, что Вы обсуждаете положение с Катрин и Инге и, таким образом, сохраняете ясное представление о положении дела. Если по каким-то причинам вообще нельзя было отвязаться от сомнительной Рок, то, во всяком случае, нужно иметь в виду, что все ее советы и поползновения должны быть очень здраво рассмотрены. После всего бывшего поведения Рок, о котором все друзья достаточно знают, пора окончательно понять, что она действует по каким-то таинственным наущениям, в которых Биль является мрачным маклером-передатчиком. Конечно, при нынешних состояниях почты письма доходят всегда гораздо позднее всяких сроков и даже, как Вы знаете, и телеграммы неизвестно где бывают целые три недели. Между прочим, не забудем, что наши запросы о такой фатальной задержке остались без ответа.
Все указанные сейчас соображения много раз повторялись в наших письмах и, конечно, являются как нашими, так и Вашими соображениями. Но когда читаем в Ваших письмах о новых поползновениях Рок и Биля, то невозможно не привести еще и еще раз те же неопровержимые данные, которыми, казалось бы, друзья так хорошо защищены. При случае, передайте Стоксу, Сторку, Брэгдону, Уатсону и прочим добрым друзьям, и, прежде всего, конечно, Джину, о том, что мы не пишем по причине почтовой протягновенности, которая делает переписку, вместе с разными цензурами, лишенной ее внутреннего значения. Кроме того, совершенно ясно, что какое-то количество писем, и журналов, и газет вообще не доходит. Так, например, воскресный "New York Times" прекратился в прошлом ноябре. Но, как нам помнится, подписка на него была сделана и Катрин, и Дедлей одновременно, и потому лишняя подписка была засчитана на следуюший год, но тем не менее газета прекратилась. Может быть, произошла какая-то ошибка в самой редакции? Присланный Вами листок календаря и письмо какого-то Черткова из Софии нас озаботили, ибо мы этого Черткова совершенно не знаем, а кроме того, листок составлен престранно - две, три фразы взяты подлинно, а затем идет неполезная отсебятина. Между прочим, последние фразы листка оказались оторванными, интересно, получили ли уже Вы его в таком виде или это
произошло на пути сюда? Таким образом, мы даже не можем судить, чем кончается этот листок. Но, во всяком случае, всякие вставленные отсебятины и опасны, и очень нежелательны. Впрочем, вероятно, сами события остановят это нежелательное издание. Очень хорошо, что Вы получили не только отсюда, но и от Гаральда по две монографии. Может быть, Гаральду удастся Вам выслать и еще несколько, ибо спрос на них может постепенно обнаружиться. Жаль, что от Гаральда мы не имеем никаких вестей. Сейчас у нас нет ни одной англ[ийской] монографии, но имеются восемь на оригинальном языке. Если они требуются, то известите. Пароходной почтой Вам посланы два пакета симпозиума мнений об искусстве - интересно, дойдут ли и когда? Все это Вам может очень пригодиться не только для Вашего меморандума, но и для всяких других возникающих обстоятельств. Последние несколько дней оба сидим наверху - весенняя инфлуэнца, по счастью, не очень сильная на этот раз. Пусть и у Вас, и друзей со здоровьем все будет хорошо. Пространственная напряженность велика, и нужно пережить это сложное время, сохраняя спокойствие, и доброе единение, и полное доверие. Как Сказано: "Я приму в свой Щит все твои стрелы, но с улыбкою пошлю тебе лишь одну".
Обнимаю Вас, родные, всем сердцем. Поток несется, но Вас
не заденет, все будет так, как нужно. Устремление - лучший доспех. Доверие - лучший щит.
Н. и Е. Рерих
24.IV.41
Родные мои Зиночка и Дедлей, пишу Вам в знаменательный и памятный День и предлагаю Вам новое поручение, новое действие, указанное и одобренное В[еликим] Вл[адыкой]. Примите его всем сердцем, всем пониманием Вашим и явите еще раз Вашу чудесную преданность. Пусть это поручение завершит победою Вашу битву за истину и справедливость. Необходимо явить самый строгий дозор за картинами в Painting Corporation, и для этого нужно принять ряд новых неотложных действий. По получении этого письма немедленно снеситесь с Джином; еще лучше, если Зиночка сама поедет к нему, чтобы переговорить с ним, как ей и Дедлею найти ход к свиданию с Вильки. Необходимо, совершенно необходимо предупредить его о действиях и методах Глина. Он должен понять какая опасность возникнет, если при безвременном уходе Кузена во главе окажется наследник его, Глин! Явить нужно как можно ярче все методы и мошенничества, примененные и применяемые апостатами и их покровителем в делах. Также не забудьте довести до его сведения все данные, сообщенные Вам И.Народн[ым] о предателе и его финансовых попытках. Слухов уже ползет много, и пора начинать собирать их, чтобы уличить мошенников. Неплохо было бы затребовать отчет их банковских операций. Вильки прям и честен и очень не любит жуликов, потому ему полезно знать, что может грозить при неожиданной смене персонажей. Также он очень активен и, именно, может помочь во многом. Для ближайшего будущего Ваша дружба с ним окажется весьма ценной. Самая большая Помощь будет оказана Вам, родные, в этих новых действиях. Пусть они лягут в основание новой счастливой ступени. Вы будете так же полезны Вильки, как и он Вам. Явите ему всю Вашу симпатию и в дальнейшей его деятельности.
Ваше неотложное действие будет очень оценено В[еликим] Вл[адыкой]. Потому явите безотлагательно все необходимые действия, пусть ничто и никто не смутит Вас. Явите ярко всему Миру мошенничества и предательства, явленные против друга Америки, большого человека и честнейшего из людей.
После свидания с Вильки будете искать такой же
возможности и с Линдбергом. Последний не так активен, но осведомить его нужно для оповещения кругов науки и искусства
о творимом безобразии. Если апостаты сеют свою злобную клевету, где только могут, то мы должны восстанавливать истину в кругах культурных. Но сначала явите подход к первому названному другу.
Не буду загромождать этого письма никакими иными соображениями, чтобы не отвлечь Вашего внимания от главного задания, порученного Вам В[еликим] Вл[адыкой]. Вы знаете, как мы доверяем Вам и знаем, что Вы выдержите битву до конца. Преданность есть величайшее качество, ибо в основании его лежит Космический Закон притяжения, на котором держится все мироздание. Знаю, что и Джин будет много радоваться и поможет Вам найти возможность необходимую, от которой будет зависеть все наше и Ваше будущее. Итак, в добрый час, действуйте, но явите бережность и полное молчание. Пусть это будет только Вашим действием.
В заключение хочу привести лишь знаменательный сон,
который я видела дважды, а Вы знаете, что все мои сны исполняются. Была я в Нью-Йорке на судебном разбирательстве большого мошенничества, на скамье подсудимых сидели апостаты и покровители их. На стене висел календарь, и я успела прочесть месяц апрель и год 1941-й, но последняя цифра вдруг исчезла и заменилась другой, которую я не смогла уловить. Итак, родные, знаю, что поймете сердцем, что действовать нужно неотложно. Именно, нельзя отложить, ибо от действия этого зависит все наше и Ваше будущее. Потому будем действовать в полном доверии, в полном сотрудничестве, не принимающем никаких полумер и не знающем никаких отговорок. Будем действовать как истинные ученики заветов Учения Жизни. Эти действия Ваши будут очень оценены В[еликим] Вл[адыкой]. В знании этом будем поспешать, родные, в твердом устремлении и благом дерзании. Без дерзаний не бывает побед, как в духовном, так и в материальном мире.
Шлю всю мою веру в Вас, всю любовь, радость и помощь в
новых действиях. Все будет с Вами, явите, родные, эту радость В[еликому] Вл[адыке]. Сердцем и духом с Вами,
Е.Рерих.
1.V.41
Родные и любимые наши, надеюсь, что мое письмо от 24-го апр[еля] уже дошло до Вас. Теперь отвечаю на Ваши письма от 7-го марта. Понимаю, что тяжко собирать материалы и записывать историю мошенничества и предательства апостатов, но сделать это совершенно необходимо, иначе пройдет еще некоторое время, и многое уже будет не восстановить в памяти. Правильно записывать отдельные факты и эпизоды, по мере того, как они вспоминаются, после можно будет нанизать их в хронологическом порядке. Получится очень ценная работа. Можно представить себе, как будут интересоваться в недалеком будущем малейшими подробностями в истории Учреждений в связи с неслыханным мошенничеством и предательством апостатов. Конечно, совершенно необходимо продолжать записывать и все вновь накапливающиеся данные по этому вопиющему делу, столь ярко демонстрирующему положение вещей в известной среде. Так, очень полезны сведения, доставленные Вам Народн[ым]. Думаю, что подобных и других самых странных операций немало у апостатов и их покровителя, и если прислушаться и, главное, иметь друзей, многое может быть усмотрено, что ляжет в основу крушения.
В связи с вопросом Зиночки о контракте помещения,
прилагаю листок Н.К., дающий исчерпывающий ответ на него. Думаю, что ввиду всех новых обстоятельств лучше не связывать себя контрактами и дорогими помещениями. Милому Дедлею могу сказать, что всякое знание полезно, почему бросать то, что было начато. Конечно, нужно закончить перевод третьей книги и
можно читать ее среди друзей, но издавать ее сейчас не время. Издание ее предполагалось тотчас же после выхода кн[иги] "Аум", которая должна была выйти не позже 38-го года. Переводить первую часть "М[ира] Огн[енного]" можно не спеша, ибо, конечно, в будущем году она не выйдет. Между прочим, кроме перевода Гартнера имелся и наш перевод первой и второй части "М[ира] Огн[енного]", и в свое время все было отослано
и отвезено в Америку. Не помню сейчас, какой именно перевод имеется у Катрин и Эми - наш или Гартнера? Параграф 75-й из третьей книги труден для перевода. Смысл его в том, что при каждом новом построении неизбежно происходит непонимание новых путей со стороны некоторых сознаний, и тогда, именно, получается как бы явление мертвой точки или неподвижности осознания. Если же при таком непонимании будет отсутствовать и основное устремление духа, то, конечно, всякое продвижение, всякое вдохновение и посылки из высших сфер становятся недоступными. Таким образом, творчество жизни, направленное к эволюции, затрудняется безмерно.
Нужно строго придерживаться русского оригинала во всех переводах, ничего не добавляя и не изменяя. Также год сохраняется тот же, что и на оригинале, ибо он знаменует не год выхода книги, но именно год, когда содержание данной книги было закончено. Потому я так говорила, когда второе издание "А[гни]-Й[оги]" выпущено было с новым годом. Сохранение года имеет большое значение для всего содержания книги. Также, родные, храните, как зеницу ока, все документы, касающиеся дел и предательства; также и имеющийся у Вас незаконченный манускрипт последней книги. Не давайте его читать никому, кроме указанных Вам лиц. Там имеются страницы, которые в первом издании не будут напечатаны. Никому не давайте читать на дом и не разрешайте делать выписки из неизданного манускрипта. Будем относиться со всем вниманием, со всею бережностью к Указанию В[еликого] Вл[адыки]. Сейчас пришло Ваше письмо от 19-го февр[аля]. Итак, было отказано в праве апелляции, и отказано без всяких объяснений. Вы правы, родные, что хорошо, что Вы довели дело до последнего этапа и тем доказали, что не отступились от защиты своих прав в этом вопиющем деле, но мы знали о результате, и нам было больно вводить Вас в новые тяжелые расходы в то время, как в силу многих обстоятельств мы не могли прийти на помощь. Глубокая признательность живет в наших сердцах за Вашу самоотверженную помощь, родные. Радуется ею и В[еликий] Вл[адыка]. Именно, самоотвержением мы сплетаем узы нерасторжимые.
Родные, храните спокойствие, ничем не устрашайтесь, все обернется к лучшему. То, что Зиночка пишет о Стоу, перестало уже удивлять нас, но, насколько возможно, нужно пытаться обезвредить его, пользуясь тем, что большинство голосов, именно две трети в деле Paint[ing] Corp[oration], на нашей стороне. Очень прошу милую Катрин и Инге стоять твердо на их правах. Из того, что апостаты хотят достичь какого-то settlement'а, ясно, что им не так-то легко покончить с Paint[ing] Corp[oration], что-то мешает им. Но откуда произошло столь нелепое деление картин противной стороной? Почему 400 картин являются собственностью Хорша, 300 предлагаются ими друзьям, остальные же картины будто бы являются собственностью Master Institute? Что за новая выдумка для мошеннического захвата всего! Причем, те 300 картин, которые они предлагают друзьям, вероятно, будут выбраны ими из серии костюмов? Что за гнуснейшее обирательство? Неужели они думают, что все это пройдет им безнаказанно? Нет, истинно, не пройдет; как было Сказано, - путь избран труднейший, и, думаю, только слепой не замечает грозных знамений. Высшая Справедливость действует неисповедимо и со стороны наименее ожидаемой. Родные мои, охраните еще немного Ваше мужество и терпение, устремляйтесь духом на выполнение нового поручения, переданного мною Вам.
Поручение это будет иметь блестящие результаты, но охраните его. Устремление и доверие перенесут через все препятствия. Давно Сказано: "Соберу в Щит все твои стрелы, но с улыбкою пошлю тебе лишь одну". Так оно и будет. Какая новая радость возгорится, когда поручение будет выполнено и дружба с указанными лицами прочно установлена! Куйте, родные, ежечасно броню доверия, броня эта самая неуязвимая. Твердите себе постоянно, что все делается так, как нужно, именно, все будет так, как нужно, - живем ведь в самое изумительное время, давно предуказанное.
Потому приложим все наше сотрудничество, особенно в
последнем поручении, и тем докажем нашу любовь и преданность. Радость будет велика. Храните бережность во всем. Спасибо Зиночке за ее заботу даже о нашей диете. Еда наша не сложна, и мы имеем вдоволь фруктов. Последнее время я питаюсь корнфлексами и апельсинным соком. Вешу сейчас не больше 116­ти фунтов, это немного при моем росте, но прибавлять не хочется. Н.К. тоже мало ест, и исключительно вегетарианскую пищу, он тоже очень похудел.
Радуюсь каждому слову Зиночки о Дедлее, о Джине и его
милой семье. Часто, часто, родные, думаем о Вас всех, и знаем, что Уч[итель] тронут отношением Вашим и посылает Вам свой привет. Напишите Джину это и скажите ему, что все делается так, как нужно. Все лучшее приложится, если огонек преданности и доверия горит в сердце. И в неизбежных трудностях жизни преданное сердце всегда будет охранено от опасности явной. Всегда помните, что часто очевидная неудача и даже бедствие таят в себе залог будущего счастья. Храните спокойствие и сотрудничайте дружно. Обнимаем Вас, родные, единым объятием и просим явить терпение и устремление духа к новому поручению. Может быть, сможете достать от Гартнера его перевод первой части "Мира Огн[енного]", но я его не проверяла. Спросите его, получил ли он два тома моих писем, которые я просила выслать ему. Опасаюсь, что друзья не успели это выполнить.
Еще раз целую Вас крепко, берегите друг друга. Меня очень тревожит Катрин; видимо, ей трудно оправиться после тяжелой операции. Будьте ласковы с нею. Привет С[офье] Мих[айловне]. Сердцем и духом с Вами,
Е.Рерих.
3.VIII.41
Родные наши, последние письма Зины были от 24-го мая и 3-
го июня. С тех пор ничего не было от Вас, впрочем, вследствие всяких новых событий можно ожидать новых затруднений с почтою. Бывает и так, что письмо, опущенное в кружку за две мили от нас, приходит к нам через семь дней. Значит, что же может происходить с Вашими и нашими дальними письмами, которые должны проходить всевозможные цензуры! Иногда можно видеть на конвертах явные следы трех цензур. За это время была телеграмма от Катрин об известном Вам посещении ее по поводу ста картин, ей принадлежащих. Еще раз подтвердили, что на основании письма от июня месяца 1935-го года эти картины составляют ее несомненную собственность. Так же точно ясны и права трех друзей на сохранность картин Музея. Но в теперешнем мире происходит столько чудовищных несправедливостей и преступлений, что и в данном случае можно ожидать всяких злоумышленных беззаконий. Поэтому на всякий случай и в минуту крайности нужно вспомнить все возможности, которые могут оказаться полезными. Вы помните, как в свое время восхищался картинами Сикорский, а теперь его средства и возможности еще возросли. Следовало бы Зине (опять-таки в случае крайней нужды) повидать его и тактично и сердечно рассказать ему, чему могут подвергнуться картины Музея, и
теперь не только общекультурный, но и высокопатриотический поступок мог бы быть выявлен с его стороны, если бы он не допустил до разгрома русское достояние и сохранил бы его для Родины. История этого не забудет. Грабители в своих интересах будут стараться уронить цены, чтобы скупить по дешевке, но это лишь может помочь его благородным намерениям. Будет ли он действовать сам или через кого-то, это ему уже виднее по обстоятельствам. В культурные времена люди собирали воедино плоды определенного творчества, а тем более произведения, посвященные одной идее. Но сейчас темные силы работают лишь на разгромление и рассеяние, и никаких идейных построений и не может быть в их злоумышленных намерениях. Конечно, может быть, Вам придется повидать Сикорского не один раз, чтобы ввести его постепенно в понимание обстоятельств, и он поймет, что это собрание не будет ему в ущерб, но большим плюсом во всех отношениях в недалеком будущем. Конечно, Вы не будете говорить ему, что идея эта исходит от нас. Вы сами с ним встречались, слышали о нем так много, восхищались и его достижениями, и книгою его отца, изданной в "Алатасе"* "Книгою Жизни". В этой книге собраны жемчужины русской мысли, и человек, проникнутый этими заветами, может понять всю сущность того, что Вы ему скажете. Советую Вам и это предложение сохранить для себя исключительно. Если бы с его стороны не было проявлено понимания, то, вероятно, Вы слышали о другом деятеле в той же области - о Северском. Мы о нем ничего не знаем, но всяко бывает, и где промолчит одно сердце, зазвучит другое. Помню, как Сикорские посетили нашу часовню Преподобного Сергия, которая была так безумно и кощунственно уничтожена грабителями. Столько говорилось о всяких постыдных вандализмах, но этот вандализм тоже останется в истории. Дружба Сикорского с Георгием Дмитриевичем в таком вопросе не может мешать, но предупреждать Г[еоргия] Дм[итриевича] о Вашем намерении не стоит, помня его ревнивую натуру. Таким образом, даже и на самый худой конец, какие-то меры должны быть предусматриваемы. Обычно, во время военных обстоятельств, все отлагается и видоизменяется, но по нынешним временам права попираются и ловкие мошенники могут пользоваться именно особыми обстоятельствами. Вам на месте еще ближе это наблюдать. Победа России над гитлеризмом несомненна, и чувство патриотизма будет расти. Было еще одно сердечное письмо от Джина, при случае, передайте им наш самый душевный привет. Встречаются ли ему какие-то молодые, начинающие, которых можно было бы ободрить и собрать в полезное ядро? Не было ли у Вас еще новостей из Филадельфии? По нынешним временам самые любопытные данные могут притекать из неожиданных источников. Конечно, если условия на студии в Карнеги выполнены, то зачем терять эти деньги? Конечно, всегда возможен случай, когда одно можно обменять на что-то более полезное, но и это решить можно лишь на месте. Дорогая моя Зиночка, очень прошу сохранить новое предложение в связи с Сикорск[им] в полной тайне, ибо ведь это тоже, так сказать, испытание духа человеческого. Если все же придется к нему обратиться, а он окажется не на высоте понимания, то пусть это останется между нами. Родные наши, будем мужественны и бодры, события развиваются, и победа России над Германией скоро будет очевидна. Исполнится древнейшее пророчество - кто в дни мировой войны будет с Россией, тот победит. Обнимаю Вас сердцем, духом с Вами,
Е.Рерих.
7.I.42
Родные наши, вот уже месяц, как от Вас не было писем,
только две телеграммы. Содержание их нас порадовало, ибо в
теперешнее время особенно ценна бодрость и светлая вера в светлое будущее. Мы не удивляемся отсутствию Ваших писем, ведь теперь все идет какими-то новыми путями, и, конечно, приходится устанавливать новые цензуры, что еще более задерживает доставку. Увы, не удивимся, если какая-нибудь почта и совсем пропадет, все стало ненормально. Наверное, и во всех делах сейчас темп изменился, и вряд ли можно ожидать сейчас каких-либо деловых подвижек. Вероятно, этот наш привет дойдет к Вам уже в марте, к памятному дню. За последние годы с каждым днем все сокращались возможности посылки памятных приветов, а сейчас осталась лишь одна возможность к Вам, да и то через все препятствия. За этот месяц из многих мест письма наши вернулись, впрочем, друзья, наверное, понимают эти обстоятельства. Вот из Новой Зеландии получили вчера письмо от 10-го ноя[бря], приглашающее меня приехать на их конвенцию в начале текущего года, а пока дошло это приглашение, все обстоятельства уже изменились. Ваше счастье, что сейчас Вы можете сосредоточиться как можно глубже над изучением и переводом книг Учения Жизни, при этом прекрасно делать выписки и сопоставлять Указания. На этих сопоставлениях вырастает широта сознания. Ум научается выбираться из кажущегося тупика и прикладывать Советы на сорок причин и сроков. Такой метод сопоставления, произведенный на протяжении некоторого времени, обнаруживает ясно, как узко понимались некоторые Советы и Указания. Конечно, совершенно необходимо отбросить все предрассудки и предубеждения. Между прочим, была дружественная весточка от Пелиана. Пожалуйста, передайте ему наш привет. Мы так радовались, что милая Катрин, видимо, поправилась и окрепла, также как и Дедлей, но пусть Дедлей очень бережет теперь ухо от малейшей простуды и не забывает всегда иметь при себе кусочек ваты на случай ветра и сквозняка. Ухо, раз простуженное, остается навсегда очень чувствительным к колебаниям температуры и особенно к ветру.
Ничем не смущайтесь, все делается так, как нужно.
Истинно, можно сказать сейчас - да будет Твоя Воля. При том грандиозном переустройстве Мира, которое встает перед нами, человеческий ум не может охватить и правильно оценить кажущиеся неожиданности, давно подготовленные самим человечеством. Счастливы те, перед которыми мерцает Свет грядущий. Но и в самые смущенные дни могут подойти новые и молодые души. То, что вчера лишь скользило по их сознанию, теперь особенно привлечет их внимание. Жаль, что временная пропажа параграфов новой книги задержала отсылку дальнейших. Они очень пригодились бы теперь. Также жаль, что в свое время не удалось получить больше книг Конлана и писем Е[лены] И[вановны]. Особенно людям трудно смотреть в будущее, и получается решение лишь по дню настоящему, по самой неверной оценке, ибо в действительности настоящего и не существует, есть лишь будущее. Несмотря на все трудности, большая радость живет в сердце. Было письмо из Либерти от милых фламмистов. Конечно, Вы им передаете наши лучшие приветы. Уверены, что у них все будет хорошо. Вообще, скажите всем друзьям, как мы помним о них и шлем лучшие пожелания. Надеемся, что и Эми чувствует себя лучше, часто посылаем ей привет сердца. Живет в сердце и милая Инге, передайте ей, что многое в ней мы ценим очень. Особенно дорожим, что Вы можете сейчас собираться вместе и обсуждать дела без всяких обоюдных недоверий. Недоверие друг к другу - самая страшная ехидна. Лишь на доверии можно строить. Берегите здоровье, храните бодрость и единение, и все будет хорошо. Привет Софье Михайловне. Обнимаем Вас крепко и держим Вас в мыслях и в сердце.
Духом и сердцем с Вами,
Е.Рерих, Н.Рерих.
[Без даты]
Родные наши, сейчас получена телеграмма от Катрин о новых попытках грабителей. Отвечаем: вследствие ненормальных условий войны дело должно быть отложено до окончания войны. Весь мир чует исключительность условий. Очевидно, что грабители хотят воспользоваться именно теперешними ненормальными условиями для завершения своих мрачных намерений. Остается протестовать, чтобы не оказаться в одном стане со злоумышленниками. Замечательно то, что даже сами грабители признают значение Ваших shares [Картинной] Корпорации, иначе они не пытались бы подсунуть Вам подачку в виде сперва 250-ти картин, а теперь, как видим из Вашей телеграммы, - в 300 картин. Значит, происходит какая-то торговля, ибо грабители отлично понимают, что в Ваших руках большинство shares и, в конце концов, решающее положение за Вами. Корпорация была создана с единственною целью - для безопасности картин, и это обстоятельство остается нерушимым. Так же остается бесспорным, что Вы платили за приобретение этих shares. Злоумышленники приняли эту плату и тем самым признали Ваши права. Эти факты настолько очевидны, что никто не сможет их отрицать. Также всякий понимает, что подобная Корпорация создается вовсе не для раздробления и уничтожения картин. Вероятно, злоумышленники хотят своими недостойными торговыми предложениями опрокинуть самую основу Корпорации, созданной для охраны и безопасности картин. Конечно, невозможно говорить о суде, когда известно, каким насилиям подвергаются судьи. И этот произвол, очевидно, лишь нарастает. Опять начнутся таинственные приказательные телефоны, и где найдется тот смелый человек, который превозможет эти "всесильные" приказы! Вы лучше нас знаете все подробности таких обстоятельств.
Да и где тот адвокат, который посмотрит в существо дела и сумеет представить правую сторону во всей ее неоспоримости? Такой адвокат должен проникнуть во всю обстановку дела, когда грабители имели в руках весь аппарат и бессовестно злоупотребляли полным доверием сотрудников и вели свой предательский захват, можно сказать, с первого же дня вступления их в дело. Сколько ими было изобретено положений и сфабриковано и подтасовано множество документов. Оглядываясь на эти систематические происки, видишь в этом целую науку зла; тем более ясно, что злоумышленники торопятся воспользоваться экстраординарными условиями военного времени, чтобы под шум мирового боя завершить свои тяжкие преступления. Они надеются, что в смятении народов их преступление потонет.
Если судиться трудно, то все же необходимо протестовать.
Не только судебное производство, но и всякие переговоры сейчас затруднены неслыханными современными условиями. Среди условий, требующих отложения дел на послевоенное время, немалое место занимает и следующее обстоятельство. Из Вас троих один находится на учете призыва, а другие - на учете сестер милосердия. Обстоятельства могут потребовать и каких­то передвижений. Во всяком случае, такие условия нельзя считать нормальными, как будто ничего и нигде не происходит. Вот теперь грабители предлагают Вам меньше трети, но, может быть, пошли бы и дальше, зная Ваше командующее положение, но в данную минуту говорится не о торговой сделке, но о принципе. Всякие переговоры о принципе, имея в виду мрачную душу злоумышленников, естественно будут длительны. В то же время весьма возможно, что Вы или кто-либо из Вас по местным условиям, будет временно отсутствовать.
Во время прошлой войны подобные положения принимались в соображение и были справедливо отлагаемы. Невозможно допустить, чтобы теперешние мировые положения были легче и
менее сложны, чем раньше, и тем более необходимо принимать во внимание реально существующее положение. Как видите, у Вас в руках настолько неоспоримые факты, что даже злоумышленники считают необходимым торговаться с Вами, очевидно, не находя возможным игнорировать как само существование Корпорации, так и цели ее, и командующее положение приобретенных Вами shares. Необходимо, чтобы остался сильный и мотивированный протест с Вашей стороны, который засвидетельствовал бы нотариально, что Вы не покончили это дело. Не забудем, что в Мире все процессы ускорились в силу космических условий, таким образом, и Космическая Справедливость не замедлит. Шаги этого переустройства уже видимы. Великое Благо в том, что Вы храните единение. Итак, злоумышленники свирепствуют, а сроки все ближе и ближе. Широкое оповещение друзей всегда полезно как цементирование пространства. Несмотря ни на что, будьте мужественны и храните доверие до конца. Сердцем с Вами. Америка могла бы явить больше внимания своим союзникам,
но, видимо, Карма настолько сложилась, что нет возможности остановить ее стремительного бега. Путь труднейший избран добровольно. Крепче чем когда-либо держите Знамя Культуры, крепите единение, и щит Света покроет Вас. Исполнится все предуказанное, но явите понимание широкое.
Обнимаю Вас одним объятием. Сердечный привет всем близким друзьям. О Катрин думаю часто и посылаю ей самые нежные мысли. Берегите друг друга. Явите внимание друг другу. Единение - всё.
Е.Рерих
24.III.44
Родные и любимые, с болью в сердце прочла письмо Зиночки
от 25-го янв[аря], и яро захотелось мне отеплить мою Радночку, мою верную воительницу во имя Культуры. Знаем и понимаем всю тоску от прикасания к отуманенным сознаниям. Но родная должна чуять, насколько она сама, и Дедлей, и Джин являются нашими самыми близкими воинами, и потому сама тоска, разделенная близкими сердцами, должна уже терять свою остроту. Родная должна помнить и о той великой тоске, которая порой охватывает и Величайшее Сердце при виде пути, по которому устремляется человечество в своем безумии ненависти, насилия, невежества и нежелания познать Мир чудесный, Мир Надземный. Памятование о Великом Источнике Любви и Света в самую тяжкую минуту принесет мужество и готовность принять подвиг трудный, подвиг служения человечеству. Истинно, нет подвига труднее, ибо нужно уявить высшую меру терпения, терпимости и великодушия, нужно быть готовым к непониманию и осуждению даже друзьями, ибо часто наивысшее благо принимается людьми как явление обратное. Спасение, уявленное им, кажется им злом, а ярое попустительство рассматривается как добродетель...
Да, родная права - нельзя выказывать непротивление злу,
тем более во время Армагеддона. Во всех древнейших Учениях и в Живой Этике Сказано: "Если мы не будем противиться злу, то волна хаоса зальет нас". Потому те, кто критикует борьбу за Культуру путем наглядного примера снимков с разрушенных и разоренных озверелыми ордами Общественных Зданий и Хранилищ Культурных Ценностей (хотя бы одной только страны), являют непонимание, что культурные достижения являются достоянием всего человечества, ибо Культура - понятие общемировое, именно все человечество должно ополчиться против разрушения великих вех человеческой эволюции. Истинно, человек, не уявляющий порицания злу разрушения, тем самым являет непонимание и самой страшной опасности, именно уявления массами полного равнодушия к высшим ценностям, к проявлению человеческого гения и духа, что неизбежно приведет к
огрубению нравов. Допущение разрушения, падения знания и непротивление злу и, как следствие этого, всеобщее огрубение означают расхождение между эволюцией человечества и эволюцией космической. Такой разнобой есть настоящее бедствие, ибо он приносит еще больший отрыв человечества от высших энергий и от Мира Надземного, в котором заложены основы и продвижение нашего земного Бытия. Нет места духовности среди массового огрубения. Грубость утверждается на разложении, но не на восхождении. Потому будем бороться против всяких разрушений и сеять, где только возможно, зерна Культуры. Не забудем, что ярая опасность равнодушия и непротивления может проявиться среди масс настолько яро, что в грозный час они не захотят бороться против врагов своего отечества. Ведь доблесть народа слагается на действенной любви к родине и ее накоплениям.
Хочу думать, что друг, высказывающийся сейчас против
выставки и порицания германских зверств, друг, мечтавший об установлении по окончании войны goodwill'а между всеми народами, вероятно, думает, что порицание германских зверств вызовет озлобление среди германского народа и тем самым проведение goodwill'а будет затруднено. На это можно было бы напомнить, что те германцы, которые будут жить в новой Германии, вряд ли будут похваляться своими прошлыми преступлениями, так же как и новое поколение русского народа не будет гордиться своими разрушениями, Стенькой Разиным, Пугачевым и тушинскими ворами, но сильное духом поколение снова зазвучит на Заветы великих Строителей и истинных Воспитателей Духа народного, как Преп[одобный] Сергий Радонежский, Ярослав Мудрый, Александр Невский, Иоанн Третий, Петр Великий и так далее, и так далее. Закон чередования, закон смен ритма непреложен, и волна разрушения и падения сменится волной созидания и восхождения. Радостно оказаться у начала волны созидания! Итак, родные, продолжайте свое доброе дело, защищайте Культуру именно добрым словом и поощрением каждого труда на пользу и защиту Культуры как биологической жизненной основы Бытия. Никакая страна не может жить, если она боится вскрывать свои нарывы. Истинно, Мир не может существовать без осознания значения культурных достижений, и эта аксиома должна быть запечатлена с самого раннего детства в нарождающемся поколении.
Теперь мой совет, очень прошу не являть словопрений с друзьями, еще не осознавшими опасность непротивления злу, нужно выждать некоторое время, пусть улягутся некоторые навеянные мысли, а там подойдет Помощь, и новые недобрые влияния окажутся развенчанными. Родные, продолжайте начатую Вами прекрасную работу, делая иногда неизбежные уступки, чтобы не погубить всего дела, и все же неуклонно стремитесь к своей цели - к насаждению и защите Культуры.
Теперь, что касается до знакомой нам издательницы
присланных Вами двух номеров журнальчика. Могу сказать, но совершенно доверительно, что эта особа опасна как друг, но еще опаснее как враг, потому окажите ей вежливое равнодушие. Очень прошу никому не критиковать ни издательницу, ни ее книги или учителей. Лучше скажите, что Вы настолько заняты Вашей деятельностью, что не имеете и получаса свободного ни на что другое, и потому не могли ознакомиться ни с ее трудами, ни с ее деятельностью. И это будет правда. Помните твердо о ее опасности и не делайте себе новых сильных врагов. Скажите вопрошающим о ней и ее учителе, что каждый волен избрать свой путь и учителя, и не входите ни в какие обсуждения уявленных Вам новых учений и учителей. Сердце и чувствознание пусть подскажут в выборе Учителя. Шатающийся последователь немногого стоит, потому не будем скорбеть об отпадающих.
Также хотела бы знать условия, на которых Вы приняли
помощь нового друга на издание серии книг "Этики". Очень прошу, не отяжеляйтесь сами расходами, но не отяжеляйте и
помощь друга. Не торопитесь с переводом второй части "Мира Огн[енного]"; гораздо лучше дать второе издание "Сердца" и "Иерархии", причем можно уявить эти две книги не
одновременно, чтобы не отягощать помощь, пусть для второй наберется нужная сумма от продажи вышедших книг. Вторая часть "М[ира] Огн[енного]" не так уж нужна ввиду выхода первой части. Согласна, что можно не пользоваться услугами Валент[ины] Д[утко]. Лично я ничего не писала ей о переводах книг Учения, но лишь указала ей на писание ее собственных статей и на перевод моих "Писем". Она, несомненно,
талантливая и по-своему может явить пользу. Она уже поняла личность писателя, и контакт не состоялся.
Очень тревожусь за Соф[ью] Мих[айловну]. Будем надеяться
на лучший исход. Также хотела бы, чтобы Катрин была осторожна со своим здоровьем. Она в свое время очень помогла делам, и моя признательность так хотела бы явить ей радость, но сейчас это трудно. Родные, не обижайтесь на нее, ей тоже нелегко. Но каждая ласка и доброе слово от нее к Зиночке и от Зиночки к ней - радость мне. Вас так мало, а злых много.
Родная, помнить нужно о любящих сердцах и не допускать уныния. Пусть в сердце живет радость подвигу, радость посвящения своего труда Наивысшему. Всем сердцем с Вами, Ел.Рерих.
31.V.44
Родные и любимые, получили Ваше письмо от 14-го апр[еля]
с новой просьбой посоветовать, как лучше быть с инкорпорацией или простой регистрацией Agni Yoga Press в Нью-Йорке. Но ввиду того, что на оборот писем нужно положить от четырех до пяти недель, очень просим Вас, родные, действовать согласно обстоятельствам, положив в основу всякого дела наибольшую целесообразность или жизненность. Форма организации или названия ее не играют никакой роли; важно охранить сущность дела, именно, необходимо облегчить, как только и где только возможно, деятельность культурных проявлений. Знаю, что никто из Вас не будет серьезно отягощаться вопросом местничества или назначений. Кто может уделить больше труда и времени, тот и должен стоять в таком положении, чтобы иметь право решать вопросы, требующие спешных действий, дабы не затруднить продвижение дел. Сердечная устремленность к успешности возложенного на себя труда должна подсказать нам правильное решение. Участие в деле оценивается мерами надземными, и земные весы не пригодны там, где оявляется мир духовный. И потому, если название "фирма" ради удобства более приемлемо, пусть будет так, если удобства ради что-то должно быть перенесено или же сосредоточено в одном месте, пусть будет так. Подвижность всегда и во всем Указывалась нам, потому примем за правило ничем не тормозить продвижения дел.
Радуемся деятельности АРКА, продолжайте, родные, не
смущаясь ничем. Ваша прекрасная работа, лишенная корысти, привлечет и полезных людей. В переживаемое нами небывало трудное время необходимо преисполниться мужеством и уявить наибольшее напряжение энергии, где только возможно, на единение и строительство культурное, чтобы преобороть ужасные токи, порождаемые безумцами и захватчиками, не ведающими, что насильственные захваты осуждены и должны отойти в прошлое. Будущая эволюция будет строиться на кооперации народов, на полном равноправии рас, рождения и пола, на переоценке ценностей, ибо лишь знание, труд и умственное и нравственное превосходство дадут преимущество. И это не утопия, но действительность, ибо ум человеческий не может представить себе ничего такого, что бы уже где-то не существовало в необозримых просторах Вселенной. Если бы это не было так и кажущееся сейчас утопией не было бы где-то осуществлено - мы
не могли бы изумляться и восхищаться той гармонией, которая царствует в мироздании.
Грустно было узнать, что и Зиночка страдает ослаблением зрения. Очень сочувствую в этом. Мое зрение сильно сдало за последние три года. За неимением врачебной помощи в деле подыскания очков, я подбираю сама и, должно быть, беру слишком сильные, ибо глаза страшно болят после усиленной работы. Это очень затрудняет мою работу. Надеемся, что С[офья] Мих[айловна] прекрасно выдержит операцию, которая, как говорят, сама по себе не трудная. Я поправляюсь сейчас от неприятного кашля, заразилась от Светика. Кашель этот нечто вроде крупозного или коклюшного, сопровождается сильным удушием, и такое напряжение сказывается на сердце. Сердце мое, только что наладившееся после последнего падения моего в декабре из-за ярой судороги в солнечном сплетении, вызвавшего страшное напряжение в нервных стволах позвоночника, опять ослабело. Снова придется укреплять его лучами, которые не всегда возможно применить, ибо для этого необходимо наличие равновесия в соответствующих пространственных токах.
Получили посланные Зиночкой издания ВОКС*, но только на английском языке. Получили их недели три тому назад. Изредка получаем русскую газету "Красная Звезда" от местного русского представителя; встречаются любопытные сведения, указующие на несомненное народное возрождение. Героизм, как мужчин, так и женщин, поразителен! Конечно, при такой любви к Родине, к своему народу победа обеспечена стране. Интересно отметить любопытный факт, что в деле осуществления равноправия женщин, не столько сами женщины, сколько именно мужчины настаивали на нем; это явление обратное Европе, где было уявлено столько суфражисток, и все же настоящего уравнения так и не было достигнуто.
Какое изумительное время! Какое героическое, но и какое жестокое в неумолимости хода вековой Кармы! Но уже скоро должны проявиться гении новых открытий и откровений, вожди, которые сумеют направить поток обезумевших толп в новые русла, чтобы остановить истребление человеческого рода. Верю, что и в этом женщины уявятся на высоте и проявят полное самоотвержение.
Родные, поможем всеми нашими силами великой эре, научимся действовать в единении и полном устремлении к благой цели. Е.Рерих
Родные, любите друг друга, Вас так мало! Шлю всю ласку
моего сердца.
21.VIII.44
Родная моя Зиночка, с грустью прочли письмо от 29-го
июня, полученное нами в половине августа. Никогда еще не было нам так жаль нашей Зиночки. Сердцем чую, как моя родная устала от постоянного нервного напряжения при уходе за больной матерью и при полной невозможности иметь хотя бы двухнедельный отдых в природе! Последнее обстоятельство особенно восчувствовал Н.К. и нет-нет, да и скажет: "И подумать только, что бедняга Зина не может даже на две недели выехать за город!" Очень опечалила нас и весть о заболевании милой Жанет, но я уверена, что она может вполне излечиться. Пусть Джин не слишком тревожится. В[еликий] Вл[адыка] советует ей начать принимать тинктуру строфанта. Вы на опыте знаете, насколько это средство действительно, и оно особенно хорошо, ибо не аккумулируется в организме, как прочие яды. Пусть Жанет начнет принимать по три капли на прием два раза в день, утром и вечером в течение одной недели, затем перейдет по пяти капель на прием, но только один раз в день перед
сном, и продолжает три недели, затем по шести капель на прием тоже только перед сном в течение трех недель и, наконец, дойдет до семи капель на прием перед сном и будет так продолжать несколько месяцев, скажем - полгода. Но при приеме строфанта не следует принимать других лекарств, строфант их не любит. Кроме того, нужно обратить внимание на свое самочувствие: нельзя принимать строфант при возмущении или раздражении. Сама я принимаю строфант каждый день по семи капель на ночь на протяжении нескольких лет и могу сказать, что сердце мое очень окрепло. Перебои и остановки пульса очень, очень редки. А было время, когда мой пульс был настолько хаотичен, что каждую ночь я могла ожидать полного прекращения его. Но полное доверие к В[еликому] Вл[адыке] и знание, что я должна еще закончить мою работу, давало мне необходимое спокойствие. Помощь В[еликим] Вл[адыкой] может быть оказана Жанет много действительнее при проведении такого лечения. Именно, через три недели после приема строфанта по пяти капель на прием перед сном, Помощь эта будет оказана сильнее, ибо Жанет легче будет воспринимать посылаемые лучи. Шлю Жанет и Джину всю мою ласку, и нежность, и заботу о них. Мои силы немного восстановились после мучительного кашля, и моя энергия уже летит на помощь милой Жанет. Так родная моя скажет им. Думы о ней будут постоянны. Надеюсь немного помочь и С[офье] М[ихайловне]. Конечно, Джин и Зиночка напишут мне о дальнейшем ходе болезни Жанет. Не забудьте, что строфант не хорош при других ядах.
Родная, запасемся еще некоторой долей терпения. Мечтаю о помощи моей Зиночке и Дедлею в их чудесной деятельности. Знаем, родные, и хронический недостаток в сотрудниках для наиболее нужной, неотложной работы; последнее обстоятельство стало, истинно, повсеместным явлением в тяжкое время разрушительной полосы. Впрочем, и раньше находить годных сотрудников было нелегко, и тем более неоплачиваемых. Всюду потрясающая бедность в знающих и ответственных тружениках. Всякого рода суеты, толчения в ступе и ношения воды в решете хоть отбавляй, но участие в красивом добровольном труде на культурном поприще рассматривается как жертва или великое одолжение, и даже как своего рода психопатия. Так было, так есть, но так не должно продолжаться, иначе мы не взойдем на следующую ступень эволюции. Радостно читать новое направление мышления в России. Страна осознала ценность знания и мощь объединения в труде и, что особенно отрадно, начинает обращать внимание на воспитание высокой нравственности, и ставит воспитание выше образования. При таком осознании нет предела достижениям. Теперь о кандидатуре Мяс[ина(?)] и Куп. - лично я никого из них не знаю, также мало знавал их и Н.К. Нужна большая осторожность и хорошие ознакомления с их воззрениями. Но Зиночка не должна волноваться, помощь придет в напряженное время. Новый друг уявится, и, как всегда, неожиданно. Пусть такое сознание живет в сердце и тем облегчает тягость настоящего. Будем помнить о великой пользе "Ноши Непомерной". Судя по Вашему описанию и письму к нам, Магд[алена] Лерер достойная душа, может быть, ей удастся получить должность в Нью-Йорке. Шлем ей сердечный привет. Теперь о Мусоргском. К сожалению, я не только никогда не встречала его, но мало что слышала о нем в семье. Несколько анекдотов, которые описаны Н.К. в "Delphian Quarterly" и рассказ о том, что Мусоргский в молодые годы был женихом прекрасной девушки и глубоко любил свою невесту, которая скончалась от скоротечной чахотки незадолго до свадьбы. Утрата ее настолько была ему тяжела, что он с горя пристрастился к вину и уже не мог отвыкнуть от этой пагубной привычки. О дальнейшей его жизни я ничего не слышала и только незадолго до последней революции в России узнала от одной из моих кузин, что Мусоргский последнее лето перед смертью провел у моей тетки княг[ини] Ан.Вас.Шаховской, урожденной
Голенищевой-Кутузовой, в ее имении в Псковской губернии. Уезжая, он оставил в занимаемом им помещении кипу бумаг и исписанных нотных листов. На следующий год при ремонте дома и весенней уборке всех помещений экономка, наводя порядок, решила сжечь исписанные листы, найденные в помещении Мусоргского, ввиду того, что сам он оставил их без всякого внимания к ним, и после его смерти никто не запрашивал о них... Вот и все, что я знаю об этом печальном инциденте. Само собою разумеется, что биографы не должны возлагать такой вандализм на мою тетку, но могут уявить невежественность экономки... Так Зиночка передаст им мою просьбу.
Н.К. уже писал Вам о нашем здесь бедствии. Ливни снесли
все мосты, разрушены даже новые, большие железнодорожные, в общем числе до тридцати пяти мостов. Обещают наладить сообщение с долиной в конце месяца, но с пересадками; сквозной путь откроется, вероятно, не раньше шести недель. Все посылки и даже простая почта все еще затруднены.
Сегодня посланы Вам заказным пакетом пять эскизов к
"Весне Священной". На пакете ценность их не оявлена во избежание всяких затруднений. Была телеграмма из Карачи. Консул дает invoices.
Родная моя Зиночка, еще раз хочу сказать, как ценю ее несменный дозор и неутомимость преданности порученному труду. Чую и все устремление Дедлея, и его усталость. Но после труда придет и радость особая. В преддверии особенно тяжко ожидать открытия Врат.
О выставке картин Свят[ослава] ничего не могу сказать. Он
сам пишет о ней Катрин. Не думаю, чтобы он особенно стремился сейчас выставлять в Нью-Йорке. Кроме того, все выставки без участия и присутствия самого художника обычно не могут быть показаны с надлежащим успехом. Очень прошу Зиночку передать мой сердечный привет и ласку Катрин. Очень мне грустно, что я настолько отвыкла от английского языка за последние годы, что написать письмо по-англ[ийски] для меня - целое предприятие. Но дума моя около нее и Спенсера. Конечно, он будет охранен и вернется возмужалым и счастливым юношей. Шлю привет и Инге, и Эми, все хорошие души на счету, не много их сейчас. Итак, родные, любите друг друга - это лучший завет для успешного сотрудничества. Обнимаю мою Зиночку и часто буду держать ее у сердца, чтобы облегчить тягость настоящего времени. Все придет, и как всегда в более широких размерах, нежели мы могли представить себе. Родина радует нас своими победами и духовным пробуждением. Валентина Леон[идовна] пишет: "Познакомилась с группой русских матросов, это совсем новая Россия. Много достоинства и силы у этих милых юношей, большое уважение к женщине, чистота и целомудренная сдержанность в разговоре". Где эти основы заложены в молодых сердцах, там и мощь, и победа. Сердечный привет С[офье] М[ихайловне]. Всем сердцем,
Е.Рерих.
Теперь о новом Общ[естве] А[гни]-Й[оги]. Все соображения
о членском взносе и о плате секретарше вполне справедливы. Жизнь сама покажет, как будет развиваться новая деятельность, но, истинно, лекции не нужны. Гораздо существеннее беседы на основании прочитанных параграфов Учения. Можно делить членов по группам, ибо беседы будут оявляться по мере изучения книг Живой Этики, уявленных в их порядке. Не гонитесь за многолюдством, избегайте спорщиков и просто любопытствующих. Знаю, что трудно, но все же можно отодвинуть нежелательных типов. Подчеркивайте в беседах обязанности ученика, говорите о радостном долге и осознании ответственности за каждую мысль и поступок, о дружелюбном сотрудничестве и терпимости с людьми - все эти основы совершенно необходимы в новых людях. Совместное чтение книг Учения и обсуждение прочитанного могут очень развиться и затронуть научные области, и принятие
молодым созданием намеков и указаний на новое направление мысли и науки, данных в кн[игах] Живой Этики, может озарить новым светом и новыми достижениями.
Радуемся выходу новых книг. Пока, не торопясь,
продолжайте перевод второй части "Мира Огненного". Имеются ли у Вас книги "Агни-Йога" и сколько именно? Не знаю, кто
прислал мне первую часть "Листов Сада М[ории]" в английском переводе, но в рукописи, и с какой целью?
Очень радуемся удачной глазной операции С[офьи]
М[ихайловны]. Надеемся, что Жанет тоже чувствует себя крепче. Так хотелось бы, чтобы у Вас все было хорошо. Время трудное, время сложное, но все же приближается к новому строительству и новому подвигу. Сердце сжимается, когда читаю о трудностях и страданиях народа русского. Но сила духа рождается и закаляется в страданиях, и сердце, много испытавшее, может сильнее любить и радоваться.
Очень много думаю о всех Вас, родные, постоянно посылаю
Вам лучшие пожелания сердца и силы на несение подвига. Истинно, твердить о Культуре в наши дни есть несение подвига. Люди не задумываются, как они остановят развитие грубости - этого неизбежного следствия бессмысленной братоубийственной бойни. Посылаю любовь и нежность Катрин, как переносит она отъезд Спенсера? Я верю, что он вернется здрав и невредим, но как тяжко сердцу матери сознавать все опасности, окружающие сына. Оявите ей внимание и нежную дружбу. Передайте ей мою постоянную память о ней и ее мальчике. Она живет в моем сердце, ибо в свое время она поддержала дела В[еликого] Вл[адыки]. Пусть не думает, что я ее забыла. Истинно, я думаю о ней сейчас больше, чем раньше. Обнимите ее от меня. Часто беседую с ней мысленно, но - по-русски. Мой англ[ийский] язык ушел. Сердечный привет Эми и милой Инге. Всем сердцем обнимаю мою Зиночку и Дедлея. Храните здоровье. Как дела Джина? Всем привет,
Е.Рерих.
1.I.45
Родная моя Зиночка, только что получили письмо от 9-11-го нояб[ря] и приложенную записочку о нездоровье. Прочтя ее, очень огорчились, но Вел[икий] Вл[адыка] успокоил меня, сказав, что это недомогание от напряжения в солнечном сплетении. При духовном росте это явление обычно, и нужно пройти эту ступень. Конечно, всякие лекарства неполезны, нужен покой и легкая диета: молоко, каши, cereals, легкие овощи, ничего сырого, все вареное, ничего жирного, лишь немного сливочного масла в вареных овощах; и грелка при болях на желудок, ибо солнечное сплетение прилегает к стенкам желудка. Также можно принять пять капель строфанта при болях. Строфант бывает очень полезен при нервных заболеваниях желудка. И вообще Зиночка может опять принимать строфант ежедневно по пяти капель в течение месяца и два раза в сутки в случае болей в области солнечного сплетения. Может уявиться тошнота, тогда следует попробовать принять небольшую дозу двууглекислой соды на кончике ножа. При напряжении солнечного сплетения возможны сильные движения в нем, напоминающие вращение, и ощущается как бы морская болезнь, появляется обильная слюна и даже потуги к сухой рвоте, последняя очень мучительна; и тогда можно выпить для облегчения что-либо горячее, напр[имер], кипяток с молоком. Припадки эти будут повторяться. У меня они продолжались на протяжении двух, трех лет, теперь они уже не беспокоят меня. Также не следует прибегать к исследованию рентгеновскими лучами, они могут уявить вред, и немалый.
Родная Зиночка не должна тревожиться, ибо это недомогание доказывает рост духовности, и можно лишь приветствовать эту
ступень. Зиночка скоро поправится, но, конечно, необходима осторожность и, насколько возможно - покой. Но состояние это не является заболеванием. Боли в боку - явление рефлексов. Радуюсь, что Жанет, по-видимому, тоже поправляется. Так хочу, чтобы она стала еще крепче, чем раньше. Посылаю ей самые нежные мысли. Сейчас пришло прекрасное второе издание книг Учения, по две копии каждой. Спасибо, родные. Передайте мое сердечное спасибо и Уиду. Конечно, он мог бы явиться президентом АРКА. В[еликий] Вл[адыка] выражает желание, чтобы президентом Agni Yoga Press состояла Зиночка как наша первая многолетняя сотрудница в делах В[еликого] Вл[адыки], положившая все свои силы на продолжение дел, несмотря на все предательства и трудности. В[еликий] Вл[адыка] высоко ценит преданность и труды Дедлея, потому он мог бы явиться заместителем Уида, а также и Зиночки, или, иначе говоря, вице-президентом Учреждений. В[еликий] Вл[адыка] называет Дедлея своим сыном и указывает передать ему, что по окончании войны Он поручит ему новую работу. Также совет Джину оставаться в Красном Кресте и подыскать для матери хорошую помощницу в ее деле. Новая страница будет уявлена и ему. Очень радуюсь Вашей любви друг к другу - это наше большое утешение. Отрадно было прочесть, что старая копия "Агни-Йоги" продается за девять долларов. Эта книга должна была бы иметь и третье издание, она одна из самых насыщенных и любимая книга не только моя. После второй части "Мира Огненного"
можно будет приступить к переводу "Общины". Совет дать ей новое название - "Новая Эра", оставив как подзаголовок ­"Община" на второй странице. Между прочим, много раз я слышала о неудачном переводе "Агни-Йоги" со стороны англ[ийских] литераторов. Может быть, следовало бы его просмотреть и сличить с русским оригиналом, чтобы улучшить некоторые выражения в новом издании. Конечно, можно было бы посоветоваться и с Франсис, как улучшить перевод, но страшно вызывать ее к жизни со всеми ее обидами и прочим неудобным, тяжким багажом, потому лучше без нее. Дедлей поможет нам в этом. Ведь могу же я желать исправить недочеты, которые, может быть, вкрались и по моей вине, ибо я не смогла достаточно ясно пояснить тогда значение некоторых мест из-за
моего слабого знания языка. Кто может сказать что-либо против этого, тем более, что в книге не указано имя переводчика? Очень тревожусь, не имея писем от Муромцевых. Все ли у
них благополучно? Последнее письмо от них было от конца июля, получено нами в начале сент[ября], с тех пор написали им четыре письма, но на них нет ответа. Прямо не могу понять, что случилось. Не запросит ли Зиночка, хотя бы открыткой, почему они не пишут нам? Также Катрин не дала нам своего адреса во Флориде, и мы не знаем, куда писать ей и сколько времени она останется там? От нее нет никаких известий. Пришла лишь телеграмма от доктора Фогеля о подтверждении смерти Спенсера с просьбой подтвердить получение этой телеграммы, причем дает свой адрес, но о Катрин ни слова. Мы ответили телеграммой и просили держать нас в курсе о самочувствии Катрин, но никакого ответа не было получено. Очень, очень тревожимся за нее. Мне так хотелось бы иметь бедняжку при себе, чтобы утешить ее, но ни она, ни Инге ничего не ответили на телеграммы. Тяжело мне очень, что ей приходится переживать такой удар! Яро ждем окончания этой страшной бойни и разрушения Культуры. Верю, что война окончится осенью.
Родные наши, посылаем Вам самые наши любовные мысли, держитесь мужественно и крепко любите друг друга. Ваша преданность Учению - наша самая большая радость. Сердцем с Вами,
Е.Рерих.
2.II.45
Родные мои, вероятно, мое письмо к Катрин от 20-го дек[абря], адресованное на Ваш адрес, а также письмо к Зиночке о Катрин от дек[абря] и янв[аря] уже дошли до Вас. Как примет бедняжка этот удар! Из ее письма ко мне от 12-го янв[аря] вижу, что она еще верит в его возвращение. Надеюсь, что надежда, хотя бы и слабая, сменявшая приливы острой тоски, все же помогла смягчить силу резкого удара. Прошу Зиночку перевести ей это мое письмо целиком. Зиночка сумеет
передать ей, как сердце мое жаждет, чтобы она нашла силу духа очуять сердцем вполне реальное, новое, огромное счастье ее сына. Воистину, что же может сравниться со счастьем оказаться в непосредственной близости и получить любовь и заботу Отца­Учителя! Я знаю, что она чует и верит в жизнь в Тонком Мире, и потому ей должно быть легче, чем многим другим, утвердиться на этой истине. Неоднократно я имела подтверждение, что переход Спенсера был необыкновенно легким. Он не успел осознать своего перехода и уявился в объятиях Учителя, принятый, как сын. Сейчас он находится в счастливом сне, но по окончании войны он проснется, и когда пространственные токи улучшатся, он найдет, при помощи высокого Покровительства, возможность сообщить ей сам о своем счастье и радости, что и она будет с ним, когда наступит ее срок перехода в лучшее существование.
В гороскопе Спенсера имелись две роковые даты, причем обе довольно близко отстоявшие одна от другой. Но вторая дата была несравненно тяжелее во всех отношениях, и он не смог бы оявиться на такой исключительной заботе о нем, какую он имеет сейчас. Люди не ведают законов перехода и как самый подъем в лучшие сферы зависит от благоприятных космических условий и состояния духа уходящего с земного плана. Кроме того, срок ухода иногда влияет на возможность получения лучшего тела для нового воплощения. Так, в случае Е.П.Блаватской Вел[икие] Учителя могли спасти и продлить ее жизнь, ибо она не закончила тогда свой основной труд "Тайную Доктрину", но они предпочли уявить ее на уходе из-за благоприятных космических условий и некоторых нужных им стечений земных обстоятельств и событий. Этот преждевременный уход дал ей возможность получить новое прекрасное тело, на этот раз мужское, и родиться в тот срок и в тех условиях, которые помогли ей, или [вернее] ему в физическом теле достичь Ашрама*. Потому, родная, утвердимся всем сердцем, всем разумением нашим на доверии к Мудрости и Любви Вел[иких] Уч[ителей]. Они ведают лучший срок для каждого ученика. Научимся еще в земном теле жить сознанием в двух мирах, именно, осознаем Мир Надземный как более реальный, нежели наш Земной, и несказуемо Прекрасный для чистого сердца, устремленного к Добру и Красоте.
Как пример реальности наших чувств и радости в Мире
Надземном могу привести мое переживание свидания с моей матерью. Оно имело место много позднее ее ухода. Свидание это (конечно, весьма краткое) я пережила в бодрствующем состоянии, в полном сознании, но оно было таким ярким и любовным, какого я никогда не знала во время ее земной жизни. Обмен чувством любви и два, три слова уявили содержание целой беседы. Именно реальность и красота такого свидания и сила оявленного сердечного чувства превосходили всякое сравнение с земными ощущениями. И сейчас, после многих лет, при воспоминании этого видения я все еще остро чувствую полноту обоюдно уявленной любви и нежности. Так и родная моя Катрин, конечно, получит подтверждение такой любви и нежности от самого Спенсера, но она должна вооружиться терпением.
Твердо верю, что война окончится осенью, а пока что прошу родную думать о сыне как о живом, фактически более живом, чем
на земном плане. Жизнь будущая оявит компенсацию и будет много счастливее настоящей. Спенсер, уявившийся на такой привилегии, конечно, получит возможность особую к проявлению замечательных дарований в новой жизни, и Катрин, счастливая его мать, получит свою награду и радость.
Сердце, уявившее помощь в служении Общему Благу, получит
свою радость именно в лучшее время и при лучших обстоятельствах.
А сейчас прошу родную постараться и научиться радоваться радостью сына, хотя временно она лишена счастья видеть его. Она должна представить его на отъезде, и острая тоска утратит силу своего жала.
Родная должна помнить, что она имеет любящих друзей,
думающих о ней. Если бы она могла видеть, как сокрушалась вся моя семья о ее горе! Истинно, ее горе - наше горе! Но слова утешения и пояснение, данные нам, а также передача Слов Уч[ителя]: "Моя любовь охранит ее от всех бедствий" - внесли успокоение и уявили надежду, что Родная найдет необходимую силу духа для дальнейшего подъема и нового труда.
Так радовалась ее письму ко мне от 12-го янв[аря] и
теплым словам о моей Зиночке. Сердце у нее золотое, но часто наши лучшие намерения бывают непонятны окружающим и жизнь не всегда дает возможность выявить теплоту сердца. Знаю, как Зиночка горюет, как скорбит вместе с Катрин, и знаю, что она много поможет родной Катрин. Так любите и цените друг друга! Шлю всю мою любовь, и нежность, и постоянную думу о скорбящей. Также понимаю и горе нашей Инге, знаю, как она любила Спенсера. Но пусть и она оявится на понимании его счастья и поможет тем и матери утишить боль сердца. Мое сердце окружает Вас, родные, и говорит Вам: "Помогите друг другу".
Родная моя и любимая Зиночка, приложенное письмо
переведет и пошлет Катрин, если она уже имеет мое первое от 21-го дек[абря] к ней, адресованное на Зиночку и которое я просила переслать, если она подготовлена к тяжкому удару. Тогда мы думали, что Катрин вернулась с Инге на свою ферму, и, конечно, передать тяжкую весть лично, на словах, много легче, нежели письмом. Но теперь затрудняюсь, что посоветовать. В каком она состоянии, можно ли ей переслать эти письма? Полагаюсь на чуткость Зиночки и Инге. За это время могли произойти новые обстоятельства и оявить новые возможности.
Мне очень тяжела смерть Спенсера из-за Катрин. Но все же
я настолько живу и в Мире Надземном, что могу понять, насколько прекраснее сейчас его существование, но как дать понять это скорбящему сердцу матери? Вся надежда на время, на этого целителя тягчайших ран. Вспоминая наши прежние воплощения, мы можем видеть, через какие тяжкие страдания проходили мы и как каждое горе, и каждая мука оказывались не только ступенями для следующего восхождения, но именно они вели нас кратчайшим путем к достижению нашей самой заветной мечты. На великом пути служения все совершается настолько целесообразно с самыми сокровенными мечтами, что, зная это, мы должны найти силу духа и принять все трудности для ускорения такого достижения.
Очень тронута была посланным Магд[аленой] Лерер
изображением Матери Мира. Имя ее такое мне близкое и любимое. Прошу Зиночку передать ей, что сердце мое чует ее чудесную душу и так горюет, что мой убогий англ[ийский] язык не позволяет мне выразить друзьям мои думы и нежность о них. Радуюсь ее сотрудничеству, ее приближению и верю, что обстоятельства позволят ей подойти еще ближе к общей работе. Так хотелось бы, чтобы наиболее близкие души, хотя немного, ознакомились с русским языком. Не думаю, чтобы мой англ[ийский] яз[ык] улучшился. Здесь я месяцами не слышу его, летом же, когда наша долина наполняется обитателями
городскими, я иногда выхожу к посетителям, но от таких кратких, незначительных бесед язык не совершенствуется, а за последнее время я мало читаю англ[ийских] книг. Много времени уделяю нашим книгам.
Надеюсь, что С[офье] Мих[айловне] уже лучше и Зиночка
может немного отдохнуть. Радуюсь, что боли прекратились, но и желудок должен наладиться. Конечно, Зиночка уже имеет мое письмо о подробной диете, именно, все вареное, ничего сырого. Сок апельсина пока тоже не полезен, особенно при молочной пище. Также строфант следует заменить валерианом. Надеюсь, что это нервное недомогание скоро пройдет. Но Зиночке очень нужен отдых. В[еликий] Вл[адыка] советует Зиночке летом оявиться на отдыхе. Может быть, разбить его на два срока? Деятельность АРКА может теплиться до осени. Берегите здоровье. Так радуюсь за Жанет и за Джина. Пусть Дедлей тоже не переутомляется. Силы нужны. Все придет в свое время. Обнимаю Вас, родные мои, и полагаю всю мою веру в Вас. Любите друг друга.
Сердцем Ваша,
Е.Рерих.
13.II.45
Родные и любимые наши, радуюсь, что Зиночка в сердце
своем проникается любовью к народу, дух которого в период самых тяжких испытаний не поник, а, наоборот, вырос и проникся величием подвига. Истинно, в подвиге народ этот укрепит мужество, терпение, закалит волю и сложит новую жизнь, Новую Эру сотрудничества народов. Потому, родные, светло продолжайте Вашу полезнейшую работу, сейте семена дружелюбия и не слишком тревожьтесь, где и когда они взойдут. Вот и мы счастливы записывать все новые и новые Заветы, пусть они сейчас еще не доходят до сердец, их ждущих, но время не за горами, когда они понесут свою радость, бодрость и мужество для нового прекрасного строительства туда, где дух готов их воспринять. Помните, родные, что самое важное - это знать Учение Духа и прилагать его в жизни каждого дня. Перечитывая эти изумительные книги, я каждый раз нахожу новые глубины мысли, ранее не замеченные, и горюю, что лишь в сознании моем живут они, но я уже не могу запомнить их в тех самых выражениях, слишком щедро дано, и Источник их неиссякаем. Более чем когда-либо ясно, что без осознания духовного начала люди не найдут новых путей. Никакие конференции, никакие переустройства ничего не изменят и не остановят разложения человечества. Необходимо осознать сердцем, всем существом ведущее Духовное Начало, и тогда только многие жизненные противоречия и сложности найдут себе правильное объяснение и место. Только тогда народ сможет начать слагать новую культуру на основах незыблемых законов бытия. Начало этого осознания мы уже видим в провозвестиях молодых ученых, в своих изысканиях, подошедших к пределам, за которыми они уже вступают в область всяких "мета" ­метафизики, метахимии и метабиологии и так далее. Истинно, пришлось одухотворить и биологию. Итак, в прогрессе своем наука должна будет признать примат духа, или духовности, во всем сущем. Будет найдено равновесие между идеализмом и материализмом, или между духовностью и материальностью. Один из мыслителей, кажется, Успенский, назвал материализм дефективным мышлением или трехмерной собачьей психологией в противовес человеческой, четырехмерной, ибо мысль уже принадлежит к четвертому измерению. Все материалисты лично мне казались всегда ограниченными, убогими, лишенными всякого воображения людьми. Но без воображения - что же может создаваться? Наука, не окрыленная ведущим началом воображения, окажется в тупике.
Вот и для нашей милой Катрин Учение сейчас может уявиться источником великого утешения. Чую, как тяжко ей. Знаю, как велика утрата! Понимаю, как трудно примириться с указанием о Помощи, которая уявилась в иной форме; не в той, которая ожидалась нами. Сердце устремляется к ней, хотелось бы, чтобы она нашла силу духа понять, что уход Спенсера был лучшим исходом среди сложившихся обстоятельств и прекраснейшим уделом. Любящая мать прежде всего мечтает о счастье сына, и это счастье Спенсер имеет. Пусть она твердо верит и самоотверженно радуется его счастью, ибо она будет знать, она убедится в этом, когда ее срок придет. Трудность в том, что, находясь в земной сфере, люди редко вспоминают и даже отгоняют всякую мысль о Тонком Мире и тем лишают себя связи с ним еще при земной жизни. Но следовало бы с малых лет приучить себя думать о нем как об окружающем нас прекрасном мире, из которого мы временные изгнанники. Ибо, истинно, Мир Тонкий прекрасен для тех, кто был проникнут добрыми и строительными мыслями, кто умел любить. Родная моя Зиночка приласкает ее и постарается вдохнуть в нее новое отношение к ее утрате. Передайте ей мою любовь и нежность и желание уявить ей новое устремление к Сердцу Величайшему, полному сейчас великой скорбью о безумии человечества. Сердце Величайшее вмещает в себе Высочайшие Облики.
О Валентине Леон[идовне] во многом согласна с оценкой Зиночки. Человек она даровитый, и качества ее сердца могут удержать ее от чрезмерного окутывания окружающей пошлостью. Сама она, будучи чуткой по природе и приобщенной с детства к русской культуре, остро ощущает всю пошлость окружающей современной жизни. Я осторожно касаюсь ее отношений к людям, указывая лишь на необходимость бережного подхода к чуждым психологиям. Но она не так уж юна и сама может понять ограничения встречаемых ею людей. Конечно, ехать сейчас в страну, переживающую все тягости и ужасы войны, было бы губительно для нее и ее мальчика. Может быть, она права, оставаясь там, где она живет. Мальчик ее еще мал, а условия там, видимо, позволяют ей иметь больше свободного времени и иметь больше комфорта, нежели в Нью-Йорке, при настоящей дороговизне. Кроме того, знаю, как опасны советы, идущие вразрез с нашим внутренним желанием, и когда они исходят от людей, с мнением которых принято считаться. Даже Вел[икие] Учит[еля] никогда не уявляют конкретных советов в земных действиях, но ждут, пока острое желание к определенному решению не нарастет в сознании ученика, и только тогда Они утверждают его, в случае полезности его, и оказывают помощь. Но никогда не будут настаивать даже на весьма нужном действии, если значение его не осознано учеником, ибо каждое неосознанное или совершенное против желания действие не только не приносит необходимых результатов, но, наоборот, может даже осложнить существующее положение. Но, конечно, все это Вы знаете.
Очень обрадовалась получением письма от Муромцевых. Оказывается, он не писал, ибо был занят лекциями по электронике, которые он должен был читать в разных собраниях, а также серией лекций для пожилых инженеров, которые не имели этого курса в их университетском curriculum'е. Пишет также, что недавно ему пришлось прочесть лекцию по-русски русским инженерам из СССР. После лекции был банкет, немного танцевали и пели русские песни. Как пишет Илья: "Со мною были девочки. Они были очень довольны и много разговаривали. Мне столько пришлось отвечать на вопросы, что я даже не мог попробовать ужина, а девочки говорят, что он был на славу. Мне было интересно и приятно увидеть, насколько это новое поколение любит музыку, так же как и я любил ее". Из этого письма можно заключить, что лед сломан. Как обычно, многие трудности оказываются вымышленными и легко устраняются при более близком подходе. Что же касается до оценки современного
искусства, высказанной Ильей, то очень опасаюсь, не повлияло ли на них и мое определение современного искусства в письме к ним. Несомненно, что искусство, представленное на World Fair, было низко по своему уровню. Пока до нас не доходят воспроизведения творчества новых талантов, но, вероятно, они имеются и, как обычно, не оцениваются современниками. Но и "шедевры", воспроизводимые в журнале "Новое Искусство", в Ам[ерике] вызывают жуть. Но удивляться этому не приходится. Искусство всегда было и есть отразитель современной ему эпохи, и что же может отразить Эпоха безумия, человеконенавистничества, всякого кощунства и надругательства, хаоса мышления и всяких отвратительных эксцессов! Конечно, Рокуэлл Кент - прекрасный художник, но он принадлежит уже к прошлому поколению, и как трудно живется ему.
Как самочувствие Жанет? Милому Джину и ей - мой самый сердечный привет. Обнимаю мою Зиночку и Дедлея. Храните Ваше устремление и служение Высшему Идеалу. Прекраснее такого пути - на Земле нет.
Привет всем друзьям. Всем сердцем любящая Вас,
Е.Рерих.
9.V.45
Родная моя Зиночка, спасибо за обстоятельные письма. Благодаря им мы можем более или менее ориентироваться в слагающихся положениях и в настроениях старых и новых друзей, появляющихся на горизонте. Конечно, всюду трудно, всюду падение интереса к самому насущному, к культуре жизни, всюду усиление безответственности и ожидание каких-то перемен, и непременно каждому по его сознанию; но меньше всего думают о культурном строительстве. А между тем, следовало бы подготовиться к идущей новой ступени эволюции не пустыми мечтаниями о розовом будущем, но усиленным трудом, расширением сознания и мыслями о просветительных проектах. Дорожите сотрудниками, проявившими себя в действии, пусть
их будет немного, но труды их, если в сердце зажглась искра любви к Учению, будут продуктивнее во сто крат. Конечно, я с радостью принимаю поч[етное] презид[ентство] в [Обществе] Агни-Йоги и считаю, что Зиночка поступила правильно, установив членский взнос. Каждое Общество для самого примитивного существования нуждается в каком-то доходе, в средствах. Не слишком отягощайтесь личной перепиской, она может разрастись до чудовищных размеров, и Вы не сможете справиться с нею и тем породите недовольных. Англосаксы любят писать и пишут легко, даже когда им нечего сказать. Завидую иногда такой легкости пера.
Видимо, Америка счастливее, и туда доходят кн[иги] и
пр[очие] мои материалы. Но здесь происходит какая-то заморока; телеграммы иногда доходят на второй день после их отсылки, но письма берут от трех до шести и больше месяцев, а чаще вообще не доходят, исчезают в пространстве - бесследно; так утверждает местный представитель ТАСС. Он иногда пересылает нам газеты, брошюрки, отчеты о деятельности различных просветительных ячеек. Многое что среди этого материала трогает и радует, но также и удручает; видимо, всякие лишения и недохваты в интеллигентных силах - велики. Читая недавно о деятельности русских ученых, среди которых упоминалось много женщин, я пришла в умиление, но моя радость о них была краткой, автор очерка почему-то решил уявить возраст этих ученых, и я, к великому огорчению, прочла, что некоторые были старше меня, остальные же приблизительно моего возраста! Значит, живы старым жиром. Так может незаметно оявиться пустыня знания. Необходимо уявить время на усиление
кадров учителей. Но скоро ли удастся наладить нарастающий ритм правильного накопления знаний?
Пишу в дни Победы. Сколько счастья, но и горя!
Несомненно, к осени будет закончена война с Японией, но надолго ли она притихнет? Со смертью Рузвельта закончилась еще одна страница истории. Новая начнется трудно, сложен узор, но пусть будет радостно тем, кто готов на подвиг культурного строительства. Канун всегда тяжек. Еще немного терпения, и новые просветы станут возможны. Каждое зерно не пропадет там, где земля была вспахана великими страданиями народа.
Тяжко было узнать из письма Роб[ерта] Пеля о смерти
друзей в Париже. Какой смерти, неужели от голода? Ужасно, непонятно, зверское преступление над престарелым прекрасным человеком и ученым - Метальниковым! Жестокость германцев останется непревзойденной в истории народов. Лондонские журналы, которые местные друзья-англичане пересылают нам, полны описаний и фотографий безумного глума, садизма и зверства над человеческой личностью. Местные наши англ[ийские] газеты тоже передают об ужасах, творившихся в концентрационных лагерях с несчастными пленными и захваченными горожанами. Отвратительно смотреть на эти зверства, но их нужно знать. Нельзя воспитывать подрастающее поколение в незнании о творившихся безумствах, нельзя воспитывать в теплицах изнеженности поколение, которому суждено оявить Новую Землю. Героизм духа закаляется не на сусальных картинках розового благополучия, но на суровом знании неприкрашенной действительности, на мужестве осознания подвига жизни во имя истинного назначения человека - создателя миров; так можно сказать тем, кто, как пишет Зиночка, считает варварством, что народ, самоотверженно отстоявший свободу своей родины, захотел открыть глаза друзей на уявление разрушения его страны, его исторического культурного достояния и тех основ, которые создали и поддержали его героический дух. Не только это не варварство, но предупреждение тем, кто еще не познал страшного бедствия опустошения и обескровления своей страны. С грустью приходится убеждаться, насколько люди полны страшного, жесточайшего эгоизма. И народу, прошедшему страшные муки и утрату всего самого ему драгоценного, предлагается уявить сладкую улыбку на выраженное ему холодное соболезнование или заслужить упрек в варварстве, если он осмелится показать свою боль и возмущение духа.
Итак, радуемся развивающейся деятельности АРКА. Пусть крепнет. Придет время, и прекрасная деятельность расширится. Зиночка и Дедлей, - как древние жрица и жрец, поддерживающие огонь в доверенном им Храме. Ценим, родные, истинно, ценим Вашу любовь и бескорыстный труд во имя Культуры, этой бедной Сандрильоны* богатой сестры цивилизации. Где тот принц, который подымет ее туфельку! Он, истинно, будет венчан Мировым венцом. На Ваш вопрос о картинах нужно еще явить немного терпения. Не уйти предателям от сложенной ими тяжкой Кармы. Обстоятельства спешат и уявят час обратного удара. Насколько можно, следите за предат[елями] и покровителем их, но явите терпение. Получили милое письмо от Джина, передайте ему наши сердечные пожелания и мысли о нем и милой Жанет. Хорошо бы Жанет на самое жаркое время поехать куда-нибудь в горы, хотя бы на три недели, может быть, и Зин[а] поехала бы с нею, ей тоже нужен отдых.
Имею прекрасные письма от Катр[ин] и очень надеюсь, что
она найдет новое понимание Учения и любовь к работе. Если бы она могла полюбить прекрасный облик Вел[икого] Вл[адыки]! Насколько все стало бы радостным и таким легким! Любовь нужна, ибо только любовь дает жизнь, именно жизнь вечную, следует понимать это дословно. Обнимаю Вас, наши родные. Привет С[офье] М[ихайловне].
Всем сердцем,
Е.Рерих.
12.VII.45
Родные наши, так радуемся, получая Ваши письма. Видим, как наши родные не только деятельны, но, истинно, не устрашаются никаким увеличением труда и стремятся к
расширению поля действия. Родная Зиночка, деятельность АРКА нужна и должна стать центром Вашего внимания, тогда как Академия, при существующем положении в стране, вряд ли может развиваться успешно и оправдать затраченные усилия, но пусть жизнь и в ней теплится, хотя бы в каком-либо из отделов. Изменятся обстоятельства, подойдут новые люди и с ними новые возможности. Относительно associates при Общ[естве] А[гни]­Й[оги] я вполне согласна с мнением Уида о невозможности давать права голоса неизвестным нам людям. Также не вижу, как можете Вы, при Вашей занятости в АРКА, при недостатке дельных сотрудников, принимать на себя обязательство переписки с associates по вопросам об Учении? Самое большое, что возможно, это уделить некоторое время на собеседование с лицами, интересующимися Живой Этикой, но переписка может разрастись до неприемлемых размеров, и как будете сокращать ее? Мне кажется, если эти associates будут платить не один доллар в год, но даже три и за это иметь некоторую скидку на книгах Учения и возможность приходить на собеседование, скажем, раз в месяц в определенное время, то взнос этот будет вполне оправдан. Что же касается до иногородних членов, то вместо собеседований они могут получать раза четыре в год две или три страницы параграфов из еще не переведенных и не изданных книг Учения. Скажем, из первой и второй книги, причем первая книга должна быть сверена с русским изданием и дополнена, - такие страницы заменят целые лекции. Вообще, пусть все развивается постепенно и естественно, пусть растет, так сказать, изнутри. Если у людей, нашедших книги Живой Этики, пробудится желание серьезно приобщиться к новой жизни в Свете Учения, то они найдут и пути, и способы приблизиться и стать полезными сотрудниками в Служении Общему Благу. Я всегда была против даровой раздачи книг Учения, ибо любой предмет, полученный даром, никогда не ценится так, как тот, за который было заплачено. И до того это психологическое явление вкоренилось в человеческое сознание, что можно привести много примеров этому во всех областях жизни. Мои предложения относительно associates обсудите между собою, а также с Уидом. Он может подать добрый совет. Но, пожалуйста, не создавайте себе трудностей предоставлением права голоса неизвестным и часто вредным людям. У Вас уже имеется опыт, и Вы знаете, что интерес, выказанный к книгам Жив[ой] Этики, еще не значит, что выказавший его достоин особого доверия. Лишь время и поступки человека в самой обыденной жизни могут уявить его истинный лик.
Зиночка спрашивает, нет ли чего-либо еще более насущного,
что она могла бы выполнить? Но родная должна утвердиться на мысли, что она делает именно самое насущное. Что может быть нужнее сейчас, нежели проведение дружелюбного обоюдного ознакомления между странами и народами? Что может быть насущнее даяния Высокой Этики, великой Мудрости, новой Науки и Прогноза величественного Строительства Новой Эры под знаком Сотрудничества всех народов, равноправия Начал и нового понимания тончайших энергий, стучащихся к человеку. Все это Вы имеете и можете давать щедрою рукою, не опасаясь оскудения Источника Дающего. Явите соизмеримость и утвердитесь в радости сердечного принятия и даяния самого насущного.
Как только будет закончен перевод второй части "Мира Огненного", можно приступить к печатанию. Если явится
возможность, следует переиздать "Агни-Йогу", но издать ее в одной книге, как это было сделано во втором издании. Хорошо проверить перевод по второму рижскому изданию. Затем начните переводить "Общину" или "Новую Эру" тоже по рижскому изданию. На днях пришла телеграмма от Катрин о покупке Уидом картины. Это очень знаменательно, хотелось бы знать все подробности, связанные с покупкою. Очень были тронуты помощью, оказанной Уидом и в этом деле. Передайте ему наше самое сердечное спасибо и радость его близкому подходу к делам. Надеюсь, что можно будет уявить протест от Карт[инной] Корпорации так, чтобы, не начиная нового сейчас процесса, подтвердить существование этой Корпорации и тем парализовать дальнейшие действия грабителей. Также совершенно необходимо, чтобы члены Корпорации безотлагательно нашли себе заместителей, нужно сохранить наше большинство. Что скажете о Магдалене Лерер? Мне кажется, она достойна доверия. Родные мои, радуюсь передать Вам похвалу Вел[икого] Вл[адыки]: "Вижу труды и ценю горение сердца. Пусть не страшатся нападений, Помощь будет явлена". Не тревожьтесь, родные, для лучших результатов возмущение вод необходимо. Постарайтесь установить хотя бы некоторую ознакомленность с деятельностью грабителей. Справедливость восторжествует, но следует явить еще некоторое терпение. Очень меня трогает подход к Учению нашей милой Магдалены Лерер. Несомненно, между ею и мною имеется связь, иначе я не могла бы, не видя, не зная ее, питать к ней такое теплое чувство. Посылаю ей волну горячей сердечной симпатии. Хотела бы получить ее фотограф[ическую] карточку.
Все больше и больше начинаем думать о Родине. Скоро там начнется прекрасное строительство. Пушки отгремят, недолго уже ждать. Безумие Японии окончится не менее трагично, нежели Германское Бешенство.
Получила милое письмо от нашей Катрин, видимо, она и Эми очень огорчены возникшим недоразумением, вызванным посылкою ей циркулярного письма от АРКА. Она, видимо, не поняла, что письмо было не лично к ней, но общее, циркулярное, о взносе. Может быть, Зиночка или Дедлей явят великодушие и напишут
ей милое письмо об исчерпанном прискорбном недоразумении и явят ей приглашение по-прежнему участвовать в близких ей делах. Родные, Вас так мало, дорожите каждым сердцем, могущим звучать на более тонкие восприятия. Любовь к Учению и Вел[иким] Уч[ителям] должна объединять Вас, только на объединении возможно строить и совершенствоваться духовно. Порадуйте меня и прекратите это маленькое, но вредное недоразумение. Явите соизмеримость перед ликом великих событий. Ведь много еще предстоит пережить, многое еще не закончилось. Поможем друг другу уявлением дружелюбия всюду и всегда. Знаю, что иногда трудно, но радостно осилить именно нечто трудное.
Теперь совершенно конфиденциально.
Свет[ик] вернулся на днях из Бомбея и заявил нам, что он женится. Мы этого не ожидали, именно, эта новость свалилась, как снег на голову. Он далеко не юн и, конечно, может решать свой путь самостоятельно. Его невеста - внучатая племянница Тагора и, как все говорят, прекрасная душа. Она вдова и тоже не первой юности, последнее обстоятельство нас радует, ибо она сможет стать не только женой, но и прекрасной сотрудницей. Мы ее не встречали, но, судя по фоторгафиям она действительно мила, крайне доброе лицо, и письма ее ко мне и сыну прекрасны. Видимо, она сильно любит его и готова посвятить всю жизнь свою мужу и его искусству. Новые веяния среди нравов современной молодежи не коснулись ее. После женитьбы, которая, вероятно, произойдет в начале августа, они поедут к матери ее, живущей недалеко от Симлы, а оттуда к нам в горы. Итак, атмосфера и наш обиход несколько изменятся.
На днях буду писать Катрин. Свет[ик] тоже пишет ей. Очень хотелось мне встретить ее и Инге у нас в горах, но кто знает,
может быть, эта встреча суждена в другом месте. Твердо верю, что ей предстоят еще счастливые годы, были Даны намеки на это. Так хотелось, чтобы ее сердце нашло не только успокоение после тяжелой утраты, но новую радость в жизни. Это моя молитва.
Также много думаю о Жанет, ей нужно очень следить за
собою, не утомляться. Всякая тяжелая работа должна быть отставлена. Потом она окрепнет. Шлю ей мое самое сердечное приветствие, также бодрость милому Джину. И родному Дедлею нужно уявить еще терпение, привожу чудесную пословицу: "В тяжкий час не теряй надежды, ибо кристальная монета выпадает из темных туч"* (Низами). Очень радовалась его успехам в русском языке - он очень и очень пригодится.
Родные и любимые, любите друг друга. Любите Вел[икого] Вл[адыку], творите сердечную молитву в подвиге труда Вашего. Наблюдайте за сложным узором событий; переустройство Мира не может даваться легко. Много думаем о Родине, о переменах, неизбежно нарастающих. Твердо верим, что Родина, как и раньше, из всех испытаний выйдет победительницей. Обстоятельства всюду настолько меняются, что необходимо держать в большой подвижности и ум, и тело. Очень просим Зиночку никому не говорить о нашем запросе о шести листах. Пусть это останется между нами. Пока что почта еще более осложнилась. Письма стали приходить еще менее регулярно. Сейчас прислали из таможни бумагу о невозможности выдачи нам пересланного Вами холста и красок из-за отсутствия консульских invoice'ов и запрашивают нас о них. Какая нелепость! Посылаем Вам этот образец нелепости, причем на выполнение их требований дается срок до 30-го июля. Переслали бумагу нашему знакомому в Карачи, посмотрим, что сможет он сделать.
Итак, вместо облегчения все еще больше затруднилось.
Храните огонь преданности и веры в Мощь Высшую, направляющую все ко Благу. "Теснина велика, но перед выходом на простор поток всегда особенно бурен".
Шлю Вам, родные, всю мою любовь и нежность.
Привет всем друзьям,
Е.Рерих.
5.IX.45
Родные наши, получили Ваши письма от 3-го и 18-го июля, причем последнее пришло раньше. Но между 5-ым июня и 3-им июля никаких писем не было, тогда как по установленному Зиночкой ритму мы должны были бы получить еще два. Зиночка пишет, что почта ускорилась, мы этого не замечаем, ибо письмо Ваше от 3-го июля дошло лишь 3-го сент[ября].
Именно, никакого улучшения с почтою и транспортом не произошло, но ухудшилось. Телеграммы получаются безграмотными и искаженными до такой степени, что если телеграмма принята из-за ее длины на двух бланках, то начало передается от одного лица, конец же ее - от совершенно неизвестной нам американской фирмы и так далее. Местные экспресс-телеграммы приходят на четвертый день, тогда как простая иногда доходит в тот же день, - таковы перебои. Итак, анкеты получены, большое спасибо. Но с[оветского] консульства здесь ни в одном городе не имеется, говорят, что к зимнему сезону ожидается приезд какого-то представителя, будем надеяться, что на этот раз он доедет.
Относительно протеста, посланного Хоршу, Н.К. снова
повторяет прекрасные формулы, к которым я всецело присоединяюсь. Очень признательны Уиду за все его действия и прекрасный совет относительно нового адвоката. Конечно, только действительно культурный человек может понять всю вопиющую гнусность совершенного преступления против
просветительных Учреждений, для других же это лишь уявление еще одного обирательства, к безнаказанности которых люди настолько привыкли, что они уже не возбуждают в них возмущения. Кроме того, современная психология твердо усвоила, что выигрыш правого дела никогда не может принести столь крупного гонорара, как "правота" сомнительная, потому никто и не интересуется первым, - так обстоят дела в высокоцивилизованных странах. Н.К. прав, что тут нужен уже Суд Общественный, Суд культурных деятелей или сознаний, но не только купленные услуги.
Получили статью Зиночки "Pax Cultura", очень одобряем.
Каждый голос о Культуре - уже вклад в строительство новое. Наступили последние дни для основания Красного Креста Культуры. Думается мне, что следовало бы вызвать к жизни, к новой деятельности наш заброшенный Комитет Знамени Мира. Не должен ли этот Комитет с новыми избранными Силами и Членами приступить именно к краснокрестной работе по Культуре? Пора народам осознать всю неотложность деятельности по охране и собиранию Инвентаря Культурных Сокровищ! Но кроме описи всего уничтоженного, частично разрушенного, нужен полный инвентарь всего еще сохраненного. Причем, такой инвентарь должен быть снабжен снимками и широко распространен среди масс населения с соответствующими пояснительными статьями исторического и гуманитарного их значения. Каждый гражданин должен знать не только культурное достояние своей страны, но и то именно состояние, в котором Культура находится в его стране и во всем Мире. Достижения Культуры как выявление жизнедательной праны принадлежат всему Миру! Истинно, Культура с ее основами высокой Этики много нужнее всяких витаминов и изысканий новых универсальных средств против бичей человеческого невежества, как венерические заболевания, рак, малярия, чахотка и др. Каждый истинно культурный человек обладает психической энергией высокого качества, при осознании которой он может помочь не только своему зараженному организму, но незаметно оздоровить и всю окружающую атмосферу. Именно, пора обратить внимание, насколько при нормальных условиях высококультурные люди не только сами живут дольше, но и способствуют здоровью близких им людей. Итак, родные, подумайте о воскрешении деятельности Комитета Знамени. Посоветуйтесь с ближайшими друзьями. Ведь, по существу, Комитет Знамени Мира является как бы отделом АРКА или расширением ее деятельности. Сколько новых возможностей может принести такая расширенная деятельность!
Давно Сказано, что все возможности приходят от людей и
через людей. Такая деятельность не может ограничиться одной страной, ей, именно, нужны связи и ознакомление со всем Миром. В каждой стране нужны многочисленные кадры молодежи, которые могли бы зажечься такой истинно просветительской работой. Общество, правительства должны явить содействие такой деятельности, имеющей первостепенное значение для всего человечества. Если сейчас это еще трудно, ибо люди не задумываются